Жертва разума - Джон Сэндфорд

Грив переоделся в свежий синий костюм; глаза Лестера покраснели от недосыпания.

– Они тебя достали? – спросил Лукас, входя в убойный отдел.

– Да, – ответил Лестер, выпрямляясь. – Что у тебя?

Дэвенпорт за минуту рассказал ему последние новости.

– Возможно, это был он.

– Или Лоуренс Айовский, – пробормотал Грив.

Лестер передал фоторобот, сделанный на основе информации, полученной от школьницы и Гердлера.

– Потратил кучу времени, прежде чем уговорил их в этом участвовать, – сказал Лестер. – У меня такое впечатление, что наши свидетели… М-м-м, какое слово я ищу?

– Провал, – подсказал Грив.

– Вот именно, – кивнул Лестер. – Наши свидетели – полный провал.

– Может быть, мой человек сможет кое-что добавить, – сказал Лукас. Лицо фоторобота было жестким и пустым, что могло означать как недостаток информации, так и полное безумие. – Андерсон рассказал про футболку ЖенКона?

– Да, – кивнул Лестер, потянулся и зевнул. – Мы пытаемся получить список людей, которые регистрировались на конвентах в последние два года в отелях… Ты видел сегодняшний номер «Стар трибюн»?

– Да, но пропустил телевизионные новости, – сказал Лукас. – Насколько я понял, они слегка перестарались.

Лестер фыркнул.

– Они устроили истерику.

Дэвенпорт пожал плечами.

– Она белая, высококлассный специалист, из верхушки среднего класса, женщина из богатой семьи. Прекрасный повод начать истерику. Будь она черной, все помалкивали бы.

На пустом столе лейтенанта зазвонил телефон. Грив подошел, снял трубку после четвертого сигнала, немного послушал и посмотрел на Лукаса.

– Послушай, Лукас, это тебя. Парень утверждает, что ты ему срочно нужен. Доктор Мортон.

Дэвенпорт недоуменно потряс головой.

– Никогда о нем не слышал.

Грив пожал плечами и помахал в воздухе телефонной трубкой.

– Ну?

– Господи, неужели Уэзер? – сказал Лукас. – Он взял трубку у Грива. – Дэвенпорт.

– Лукас Дэвенпорт? – послышался молодой голос, но в нем чувствовалась хрипотца, характерная для тех, кто курит марихуану.

– Да? – В ответ промолчали, и Лукас добавил: – Доктор Мортон?

– Нет, вовсе нет. Я так сказал, чтобы ты взял трубку. – Он снова замолчал, дожидаясь нового вопроса.

Лукас почувствовал, что у него перехватывает горло.

– Ну?

– Ну, Энди Манетт и ее дети у меня. Я прочитал в газете, что ты ведешь расследование, и решил тебе позвонить, потому что я твой поклонник. Я люблю играть в твои игры.

– Ты их похитил? Миссис Манетт и ее дочерей? Проклятье, кто это? – Лукас добавил в голос нетерпения, одновременно он отчаянно махал коллегам рукой.

Лестер схватил телефон; Грив завертел головой, не зная, что делать, потом поспешно зашел в свой маленький кабинет, а через секунду вернулся с магнитофоном с вакуумными присосками. Лукас кивнул, и пока Мэйл говорил, Грив вставил в телефон микрофон и включил магнитофон.

– Я вроде как Мастер Подземелий в этой игре, – продолжал Джон Мэйл. – И я подумал, быть может, ты захочешь бросить кости и начать партию.

– Чепуха, – сказал Лукас, стараясь потянуть время. Лестер что-то быстро говорил по своему телефону. – Мы получаем такие звонки всякий раз, когда в газетах пишут о похищениях. Послушай меня, приятель: если хочешь, чтобы тебя показали по телевизору, ты должен что-то сделать сам. Я ничем не могу тебе помочь.

– Ты мне не веришь? – ошеломленно спросил Мэйл.

– Я тебе поверю, если ты мне расскажешь хоть что-то, чего не было в газете или телевизионных новостях.

– У Энди шрам, похожий на ракетоноситель, – сказал Мэйл.

– Ракетоноситель?

– Да, я так и сказал. Старый немецкий «Фау-2», а сзади из него вырывается пламя. Можете спросить у ее мужика, когда с ним встретитесь.

Дэвенпорт прикрыл глаза.

– С ними все в порядке?

– У нас есть потери, – небрежно сказал Джон Мэйл. – Однако я собираюсь закончить наш разговор, пока вы не отследили звонок и не послали за мной полицейских. Но я еще позвоню, чтобы узнать, как продвигаются наши дела. У тебя есть сотовый?

– Да.

– Дай номер.

Лукас назвал свой номер, и Мэйл повторил.

– И носи его с собой, – сказал он, а потом добавил: – Ох, как это меня заводит, Дэвенпорт… Ладно, бросай D20.

– Что?

– Ты сдаешься?

– Ладно… минутку. – Лестер склонился над телефоном и что-то напряженно говорил в трубку. – Я бросаю… у меня четыре.

– Что ж, хороший ход. Вот подсказка: иди к нефинеям[36]и проверь их. Ты понял?

– Нет.

– Ну, тогда вы все в глубоком дерьме, – заявил Мэйл. – Похоже, у тебя ничего не получится.

– У нас очень даже неплохо получается. Мы знаем, что ты геймер, – сказал Лукас. – И с прошлого вечера сидим у тебя на хвосте.

Мэйл нетерпеливо вздохнул.

– Тебе просто повезло, вот и всё.

– Нет, дело не в удаче: ты все просадил на деталях, приятель. В противном случае твое положение было бы гораздо лучше…

– Только не надо мне это говорить. Ни один проклятый придурок из миллиона не узнал бы футболку. Чертова слепая удача.

И он повесил трубку. Дэвенпорт повернулся к Лестеру, который говорил сразу по двум телефонам. Вскоре он положил сначала одну трубку, потом другую, посмотрел на Лукаса и покачал головой.

– Не хватило времени.

– Господи, половина людей в городе сразу узнаю́т номер того, кто им звонит. А мы все еще связываемся с компанией, чтобы она отследила звонок? – возмутился Лукас. – Почему мы не можем получать информацию, как обычные гражданские лица в нашем штате?

– Ну… – Лестер пожал плечами: он не знал. – Это был он?

– Могу делать ставки, – сказал Лукас.

И он рассказал Лестеру про шрам в форме ракетоносителя.

– Ты думаешь, ему была нужна именно она?

– Да, я так думаю, – ответил Лукас. – Необходимо связаться с Данном. То, как он это сказал… И еще он сообщил мне, что у них есть потери. Думаю, кто-то мертв.

– О, дерьмо, – пробормотал Лестер.

Они вместе прослушали запись на магнитофоне Грива, к ним присоединились еще трое или четверо полицейских. Сначала прокрутили всю запись, потом останавливались на отдельных кусках и почти сразу заметили шум проезжающих машин.