Жертва разума - Джон Сэндфорд

– А вот и Дэвенпорт, – сказал Блэк, и Шерилл оглянулась на парковку.

Лукас выходил из своего «Порше». На парковке было полно «БМВ» 700-й серии и «Мерседесов» S-класса, несколько «Лексусов» и «Кадиллаков» и одинокий «Ягуар», затесавшийся среди обычных «Фордов» и «Шевроле». Лукас обошел черную «Акуру NSX», аккуратно припаркованную в стороне от остальных автомобилей, и остановился, чтобы заглянуть внутрь.

– Кстати, о богатеях, – сказала Марси.

Они дождались, когда Лукас оторвется от «NSX» и выйдет на дорожку. Он кивнул Блэку, улыбнулся Шерилл, и она ощутила странный импульс.

– Если я решу угнать машину, то приду сюда, – сказал Дэвенпорт. – Посещения психоаналитика стоят немалых денег.

– Или можно добиться, чтобы визиты оплачивал округ, – заметил Блэк.

– Вы уже с ней разговаривали? – спросила Шерилл.

– Пока нет, – ответил Лукас.

Они изучили указатель – изящный прямоугольник, украшенный синей райской птицей. Офис Манетт находился в задней части здания и состоял из нескольких комнат с нейтральным серым ковром и скандинавской мебелью. Почтенная секретарша, тоже скандинавского происхождения, сидела за письменным столом из светлого дуба и что-то печатала на клавиатуре. Она отвела взгляд от монитора и посмотрела на Лукаса, Блэка и Шерилл.

– Могу я…

– Мы офицеры полиции Миннеаполиса. Я заместитель начальника полиции, Лукас Дэвенпорт. У нас имеется ордер на получение всех документов доктора Манетт и проведение обыска в ее кабинете, – сказал Лукас. – Вы не могли бы проводить нас туда?

– Я позову миссис Карней и доктора Вулф…

– Нет. Сначала отведите нас в офис, а потом можете звать кого угодно, – вежливо сказал Лукас. – Кто такая миссис Карней?

– Офис-менеджер, – сказала секретарша. – Я позову…

– Нет. Проводите нас в кабинет доктора Манетт.

Кабинет доктора Манетт оказался удобным и уютным; здесь стояли комфортабельная кушетка и диван для двоих, расположенные под углом друг к другу, а также стеклянный кофейный столик. Столик украшали две керамические фигурки Кирка Литтла: раненые птицы, стремящиеся в небо.

– Где хранятся документы?

– Вот здесь. – Секретарша была на грани паники, однако указала на ряд деревянных дверок.

Шерилл подошла и распахнула их. В алькове за ними оказалось полдюжины отделений – в каждом по четыре выдвижных ящика – и деревянный столик с кофейным автоматом и маленьким холодильником.

– Благодарю вас, – сказал Лукас, кивая секретарше. Женщина отступила назад, повернулась и умчалась прочь. – Теперь будет много шума, – добавил он.

– Крутое дерьмо, – пробормотала Шерилл.

Дэвенпорт снял пальто, бросил на кресло, подошел к ближайшему ящику и вытащил его.

– Убирайтесь отсюда! – закричала Нэнси Вулф.

Она ворвалась в кабинет с поднятыми руками, словно собиралась вышвырнуть Лукаса за дверь или ударить его. Дэвенпорт пошире расставил ноги, и, когда она его толкнула, даже не пошевелился. Вулф отскочила назад.

– Если вы еще раз до меня дотронетесь, я арестую вас и увезу в полицейский участок в наручниках, – спокойно сказал Дэвенпорт. – Нападение на офицера полиции – это гарантированный судебный приговор.

В черных глазах Вулф сверкал гнев.

– Вы пытаетесь взять мои карточки, у вас нет права…

– У меня судебная повестка, ордер на обыск и письменное разрешение ближайшего родственника доктора Манетт, – заявил Дэвенпорт. – И мы просмотрим все документы.

Она снова шагнула к Лукасу, ее руки пришли в движение. Он повернулся на полдюйма и слегка опустил подбородок, но увидел, как в ее глазах что-то дрогнуло. Вулф поверила, что он ударит ее в ответ, а потому вновь отступила и скрестила руки на груди.

– Вы имеете в виду Джорджа Данна?

– Да.

– Джордж Данн уже очень далек от Энди, – сказала Вулф. Если сначала ее лицо побелело от гнева, то сейчас на щеках появились алые пятна. Она была привлекательной женщиной – стройная, волосы цвета соли с перцем, совсем немного косметики. Но сейчас раскрасневшееся лицо резко контрастировало со строгим костюмом оттенка зеленой мяты и изящным шейным платком. – Я не считаю…

– Мистер Данн является мужем миссис Манетт, – вмешалась Марси. – Энди Манетт и ее дети похищены, и хотя никто не говорит об этом вслух, возможно, они уже мертвы.

– А если и живы, то очень скоро могут погибнуть, – добавил Лукас. – Если вы будете и дальше так паскудно мешать нам просмотреть записи миссис Манетт, то проиграете. А отсрочка может грозить смертью вашей партнерше и ее детям.

Лукас совершенно сознательно употребил слово «паскудно», чтобы шокировать Вулф и заставить ее перейти к обороне.

– Я хочу позвонить своему адвокату, – сразу сказала она.

– Звоните, – равнодушно ответил Дэвенпорт.

Вулф бросила на него ненавидящий взгляд, развернулась на каблуках и выскочила из комнаты.

– Насколько надежно наше положение? – спросил Блэк, когда дверь за ней захлопнулась.

– Вполне надежно, но они могут найти дружественно настроенного судью, и это нас задержит, – ответил Лукас. Шерилл кивнула и вытащила другой ящик. – Просмотрите всё, нам необходимо получить имена и адреса – зачитайте их на диктофоны, запишем потом. Нам нужно спешить. Если возникнут проблемы с доступом к файлам, у нас будет хоть что-то. Если кто-то попытается вмешаться, свяжитесь с офисом окружного прокурора и продолжайте работу. Когда имена будут записаны, вернитесь к карточкам и начинайте искать подозрительных лиц. Любые упоминания о насилии или угрозах. Сексуальные извращения. Для начала только мужчины.

– А вы куда? – спросила Шерилл.

– Хочу кое-что уточнить у своих знакомых.

Нэнси Вулф встретила его в коридоре.

– Мой адвокат уже в пути. Он сказал, чтобы вы не трогали документы до тех пор, пока он не приедет.

– Ну да. Как только ваш адвокат займет соответствующую должность в окружном суде, я сразу начну выполнять его указания, – сказал Лукас, но потом заговорил немного мягче: – Послушайте, мы не собираемся привлекать к суду ваших пациентов; более того, мы даже не станем обращать внимания на большинство из них. Но сейчас нам необходимо действовать с максимальной быстротой. У нас нет выбора.

– Вы отбросите нас на годы назад с некоторыми из них. Вы уничтожите доверие, которое нам удалось получить – многие из этих людей верят только нам. А если мы лечим кого-то от сексуальных отклонений или других опасных вещей, они сюда больше не вернутся. Во всяком случае, после того, как узнают, что вы сделали.

– А зачем им это знать? – спросил Дэвенпорт. – Если вы не станете устраивать скандал, о нас узнают лишь те люди, с которыми мы побеседуем сами. А им мы скажем, что получили информацию в другом месте, а не в вашей картотеке.