Аэробус смерти - Вера Воронцова

– Что еще за новости? – нахмурился тренер.

Подростки, наоборот, обрадовались.

– Эпидемия? О! Супер! Давай-ка притащим сюда вирусов! – Стасик усиленно защелкал клавишами, а Лера радостно захлопала в ладоши.

Только Настя и энтомолог оставались верны себе – первая потому, что оторвать ее от чтения, как видно, не смог бы даже апокалипсис, а второй, как всегда, спал.

Петр Никанорович, перебитый на полуслове и только сейчас понявший свою оплошность, молча нащупывал в нагрудном кармане пузырек.

– Что вы там говорите об эпидемии?! Что вы от нас скрываете?! – неистовствовала Мегера. Она включилась на полную громкость и теперь наравне с двигателями сотрясала салон децибелами. – Я обращусь к командиру. Я это сделаю немедленно! И вы меня не остановите! Прочь с дороги!

Она грузно поднялась с кресла, и, оттолкнув попытавшуюся преградить ей дорогу Ольгу, ринулась в кабину пилотов. По раздавшимся оттуда крикам стало ясно, что относительно спокойная и мирная жизнь, которую удавалось поддерживать в течение последних нескольких часов, кончилась.

Не успела Ольга перевести дух, как на нее накинулся тренер:

– Что это за разговоры насчет эпидемии? Почему вы скрыли от нас? Вы должны были немедленно проинформировать меня как главу официальной делегации! Понимаете, что будет, если с моими мальчиками что-нибудь случится? Вся ответственность ляжет на вас! Лично! Вы со мной никогда не расплатитесь!

Разъяренный мужчина наклонился над Ольгой, угрожающе жестикулируя. Девушка вжималась все глубже в кресло, всерьез опасаясь, как бы тренер не перешел к прямому рукоприкладству. Петр Никанорович попытался вмешаться, но бессильно рухнул, схватившись за сердце.

– Вы за все ответите! – Тренер сердито наставил на Ольгу указательный палец. – А теперь немедленно выкладывайте все!

Деваться было некуда, и, припертая к стенке, Ольга призналась:

– Вы правы. На борту действительно эпидемия.

– Что за эпидемия? – Тренер снова грозно навис над девушкой, напоминая не то бандита, не то следователя на допросе в каком-нибудь детективе.

– Ничего особенного… всего лишь грипп! Я вам уже говорила, – попыталась выкрутиться Ольга и тут же поняла, что ее неловкая ложь не удалась.

Тренер сжал зубы так, что на его скулах заходили желваки, и проговорил:

– Вы что же, за полных идиотов нас принимаете? «Всего лишь грипп»? И это «всего лишь из-за гриппа» нас так любезно перевели в этот салон и заперли здесь? И из-за гриппа меня оторвали от моих подопечных?

– Да, действительно! – поддакнули вдруг подростки. Оказалось, что они уже не играют, а с интересом вслушиваются – в первый раз за это время реальные события стали интереснее виртуальных! Оторвавшись от экрана, они, как это часто бывает, радовались скандалу и встревали не по делу, а просто так, чтобы подбросить дровишек в огонь разгоравшегося «большого базара». Стасик даже на время прекратил чихать.

– А нас в туалет не пустили! Это тоже из-за гриппа?

– А я не могу даже сумочку свою взять! – с ходу вступила в беседу вернувшаяся от пилотов Мегера. – А у меня там таблетки, между прочим! И деньги! И драгоценности!

– И у меня там деньги остались! – присоединилась к общему хору Лера. – А че, народ, давайте сходим туда! Подумаешь, грипп. Я в этом году уже болела.

– Да, пойдемте! – Тренер, возглавивший бунт, мягко оттолкнулся от Ольгиного кресла и развернулся, чтобы идти в хвост самолета.

И тогда Ольга, ужом проскользнув в проход, рванулась к дверям и встала перед занавеской, широко раскинув руки и преграждая пассажирам путь.

– Стойте! – крикнула она. – Не пущу! Туда нельзя! Никому нельзя!

– Почему это нельзя? – Теперь уже Мегера грозно нависла над ней. Несмотря на Ольгин рост, массивная дама подавляла ее своими габаритами. Казалось, протяни она руку – и переломит тоненькую девушку, как прутик. Дама и в самом деле протянула руки – но только для того, чтобы отшвырнуть «живой щит» с дороги.

– Это не грипп! Это… это другое! – не отступала Ольга.

– Ну вот что, киска. Что бы там ни было, вы достаточно долго морочили нам голову. Отойдите, дайте пройти. – Тренер, словно верный адъютант, выглядывал из-за плеча Мегеры.

– Говорю вам, туда нельзя! Там опасно! Смертельно опасно! Там все больны, понимаете, все до одного! И если вы пойдете туда, то тоже можете заразиться и даже… даже умереть… Как тот человек!

– Умереть? – Мегера нахмурилась, однако слова Ольги испугали ее – она отступила, едва не отдавив ногу тренеру. – Что значит – умереть? Там что же, чума? Холера? Тиф?

– Я… я не знаю точно… Предварительный диагноз – птичий грипп.

– Птичий грипп? Тот самый? – загомонили пассажиры.

Тренер повысил голос:

– Минуточку… Вы сказали, «умереть, как тот человек». Там что, действительно кто-то умер?

Ах, как же Ольга корила себя за несдержанность! Не сдержалась, наговорила лишнего. Однако теперь было поздно – пассажиры в ожидании ответа сверлили ее глазами, а Ольга никогда не умела правдиво лгать.

– Да, в экономклассе есть один смертельный случай, – с обреченным видом пробормотала она.

Ее слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. Потрясенные пассажиры замерли в тех позах, в каких их застало страшное известие.

– Как это? – ошеломленно выдохнула Лера.

– Один – что? – переспросила Мегера, чье красное лицо постепенно начало становиться свекольно-багровым, а затем – бледным и несчастным. – То есть вы хотите сказать… один человек уже умер?

Ольга едва заметно кивнула, и Мегера, сдавленно проговорив «о господи!», рухнула в кресло рядом с энтомологом.

– А кто, кто умер, вы знаете? – спросил вмиг присмиревший тренер, но Ольга только покачала головой.

– Бизнесмен, тот, что был моим соседом.

Притихшие бунтовщики, ошеломленные только что полученным известием, вернулись на места. Они старательно избегали Ольгиного взгляда, особенно тренер, который, нахмурившись, отвернулся к иллюминатору и озабоченно тер лоб. Ольга осталась стоять в дверях.