Капля яда. Бескрайнее зло. Смерть на склоне (сборник) - Джадсон Пентикост Филипс

– Все кончено, Джордж, – спокойно проговорил Питер.

– В каком смысле? – Причард сложил первый сэндвич и разрезал его по диагонали. Я не мог оторвать глаз от сверкающего ножа.

– Если не откажете в небольшой помощи, мы за полчаса закончим расследование.

– Что за помощь? Я сделал все, что в моих силах, Стайлс.

– Скажите мне название гаража, где стоит ваша машина в Нью-Йорке.

– Гаража? – Причард нахмурился.

– Чтобы проверить время: когда вы выехали сюда из города в пятницу вечером, возвратились обратно, а затем опять поехали в «Дарлбрук» после того, как вам позвонил Макс и сообщил о смерти Джейн.

– Вы говорите какую-то чушь. – Причард повернулся ко мне: – Трэнтер, хотите кофе? Уже закипел.

Я как сомнамбула подошел к плите и снял с конфорки кофейник.

– Чашки прямо над вами.

– Также сэкономим время, если назовете фамилию детектива, которого вы наняли, чтобы следить за Джейн, – продолжил Питер тем же обыденным тоном. – Все это, конечно, мы узнаем и без вас, но с вашей помощью получится быстрее. Поверьте, Джордж, все кончено.

Чашки звякнули, когда я их ставил на стол. Причард налил себе кофе, и при этом его рука не дрожала. Он поднял на нас глаза.

– Так вы знаете? – Его голос был пугающе спокойным.

– Достаточно, чтобы предъявить обвинение в убийстве трех человек и в попытке убить вашу дочь Лору, – ответил Питер.

Прежде чем мы успели пошевелиться, Причард протянул руку и взял разделочный нож.

– Прекрасный образец кухонной утвари. – Он провел большим пальцем по сверкающему лезвию. В его взгляде не было тревоги. – С дочерьми я потерпел неудачу. Они выросли похожими на мать. Нельзя было и дальше позволять им отравлять общество, в котором они живут. Джейн едва не разрушила семью Ландбергов. Я не виню Макса. Ни один мужчина не устоит перед женщинами такого сорта. Когда я в пятницу возвратился с побережья, нанятый мною детектив сообщил, что Джейн в «Дарлбруке». Я знал, что должен положить этому конец. Сыщик ответственно относился к работе. Он выяснил, что Джейн со своей жалкой подружкой остановились в шестом коттедже. Я приехал сюда без четверти три и пошел в их домик. Подружки еще не спали. Тауэрс пыталась поднять шум. Я приставил нож ей к горлу и велел Джейн ее связать. Затем сам связал дочь.

– Чтобы они вас выслушали? – спросил Питер.

– Они должны были меня выслушать, чтобы понять, почему я собираюсь их убить, – ответил он безмятежным голосом. – Все сказав, сделал то, зачем приехал.

– Откуда нож?

– Взял в машине из набора для пикника. – Причард снова провел по лезвию пальцем. – Он до сих пор там, разумеется, тщательно вымытый.

– Затем вы уехали домой и ждали, чтобы вам сообщили об убийстве?

Причард кивнул:

– Дорога занимает пять часов. В этом был главный риск. Я не пробыл дома и двадцати минут, как позвонил Ландберг.

– Вы не знали, что Льюис вас видел, когда вы проезжали Манчестер.

– Так вот в чем дело. Я вышел к машине взять салфетки. И поскольку был одет по-городскому и в легких туфлях, а на улице было скользко, позаимствовал в коридоре лыжную палку и опирался на нее, как на трость. Подойдя к парковке, увидел, что вокруг моей машины крутится Льюис. Он спросил, не я ли ее владелец. Сначала мне не показалось это подозрительным: люди часто таращатся на мой «кадиллак», он сделан по спецзаказу. Но прокурор вдруг сказал: «Значит, вы были здесь вчера». – Причард отхлебнул кофе. – Медлить было нельзя, и я ударил его лыжной палкой. Так было надо. Видите ли, Стайлс, я не мог допустить, чтобы кто-то наказывал меня за мои поступки.

– Почему вы напали на Лору?

– Решил, что ей тоже не следует жить. – Причард сказал это так, словно они рассуждали о погоде. – Как вы помните, мы не числились в подозреваемых и нам разрешалось подниматься на второй этаж. Я подумал, что Лоре лучше уйти в «Дарлбруке», пока полиция ищет убийцу. Так было бы безопаснее, чем затевать это дело потом. Следовало избавиться от дурной крови. Когда она пришла в номер позвонить, я ударил ее по голове. Решил, сделал все, как надо. Но, поверьте, это неприятная обязанность убивать собственных детей.

– Представляю, – заметил Питер. – И неприятно об этом говорить. Поэтому давайте на этом остановимся, и вы сделаете официальное признание Гарделле. Рано или поздно вам это все равно предстоит.

– Я бы предпочел, чтобы вы позаботились об этом вместо меня, – ответил Причард. – Не сомневаюсь, вы прекрасно объясните, почему я сделал то, что должен был сделать.

Он отвернулся. Я решил, чтобы скрыть внезапно отразившееся на лице чувство. Но он наклонился вперед. Питер что-то мне крикнул. Но Причард упал, прежде чем мы успели его подхватить. В его груди по рукоять торчал длинный разделочный нож.

Доктор Френч не сумел остановить сильное внутреннее кровотечение, положившее конец нелепой жизни Джорджа Причарда. Он умер, не приходя в сознание, на операционном столе в медпункте приюта.

На следующее утро вскоре после завтрака мы с Гарделлой и Питером пришли к его дочери сообщить обо всем, что случилось. Она сидела в кровати очень прямо, левая рука висела на шелковой перевязи, кто-то принес Лоре ее темные очки, и ее глаза были скрыты от нас.

– В том, что случилось, я виню только себя, – признался ей Питер. – Был убежден, что, узнав, что нам все известно, он захочет публично оправдаться. Ведь он как будто искренне верил, что сделал то, что должен был сделать. Был готов к тому, что он бросится на Джима или на меня, но не станет совершать самоубийства.

– Так лучше, – бесцветным голосом проговорила Лора. К ней вернулась способность железной волей держать себя в руках. – Ни долгого процесса, ни пожизненного срока в психиатрической клинике. – Ее губы задрожали. – Мне не скоро удастся осознать, насколько глубоко он нас ненавидел.

– Он очень сильно ошибался, – сказал ей Питер.

Мы оставили Лору с ее переживаниями. Мне показалось, что она сама этого хотела. Вернувшись в кабинет Макса, Гарделла принялся складывать бумаги в потертый чемоданчик. Ему еще предстояло выяснить кое-какие детали: установить личность частного детектива Причарда, запросить в гараже график выездов желтого «кадиллака». Но дело в целом было закрыто.

– А что насчет вас, дружище? – спросил инспектор Питера, катая во рту новую сигару.

– Что насчет меня? – Стайлс выглядел совершенно измученным.

– Вы ведь сюда приехали кое-кого найти. И не нашли.

Питер закурил и сощурился от дыма. В окне за его спиной десятки лыжников оставляли перекрещивающиеся следы на свежевыпавшем снегу горных склонов. Вдалеке ударил гонг на вышке трамплина. Для большинства гостей «Дарлбрука» жизнь в приюте вошла в прежнее русло.

– Тот, кто убил моего отца, еще где-то веселится. Я бы хотел его отыскать.