Капля яда. Бескрайнее зло. Смерть на склоне (сборник) - Джадсон Пентикост Филипс

– Ну, нет. Знаете, Гарделла, мы что-то упустили, не разглядели очевидной модели.

– Хорошо. Если у вас в голове сложится картина, найдете меня на одной из свободных коек. Пошлите за мной.

После того как он ушел, Питер стал нервно расхаживать по кабинету.

– Как ни стараюсь, Джим, картина не складывается. Принимаем за аксиому, что имеем дело с одним убийцей, а не с цепочкой не связанных друг с другом преступников. Не могу поверить, что один злоумышленник явился расправиться с Мартой, а Джейн просто попалась ему под руку. Другой убил Льюиса по совершенно иным причинам, третий ударил по голове Лору, чтобы не дать ей поговорить по телефону. – Питер помолчал и закурил. – Последнее беспокоит меня больше всего. Нападение на Лору не могло ничего дать, кроме отсрочки. Через какое-то время мы бы все равно получили свидетельство старшего официанта клуба и показания человека Фрэнка Девери в Нью-Йорке об отношениях Макса и Джейн. Какой смысл пытаться выиграть время, если он все равно не может никуда убежать?

– Счастливая случайность, что он не убил Лору, – заметил я. – Доктор Френч сказал, что если бы она в последнюю секунду не обернулась, удар пришелся бы по голове и расколол ей череп.

Питер уставился на меня, будто я произнес что-то важное.

– Черт возьми, Джим, может, вы и правы. Не исключено, что он намеревался ее убить и решил, что все получилось.

– Но зачем? Помешать позвонить – это одно, а в остальном она не представляла для него опасности.

– Ответ на этот вопрос, наверное, и есть недостающее звено. То самое, что соединяет остальное воедино. – Питер глубоко затянулся. – Некто хотел, чтобы умерла Джейн, а также Лора. Нанял частного сыщика, чтобы тот следил в Нью-Йорке за Джейн.

– Получается, что это Хедда, если бы мы ее достаточно не обелили, – заметил я. – Она ненавидела увивающихся вокруг мужа девиц.

Питер нетерпеливо махнул рукой.

– Вам известен кто-то, причастный к делу, у кого была бы привычка нанимать частных детективов?

– Нет… хотя пятнадцать лет назал Джордж Причард нанял частного сыщика следить за женой. Но… – Я осекся, увидев, как заблестели глаза Стайлса. – Но Причарда здесь не было в то время, когда убивали девушек.

– Откуда это известно?

– Ну, хотя бы потому…

– А если это и есть то самое, на что наткнулся Льюис? Скорбящий отец находился в «Дарлбруке» во время убийства.

– Бессмыслица! – возразил я. – Речь идет о его дочерях.

– Ошибаетесь. Все складывается, если представить, что мы имеем дело с рехнувшимся человеком. Он ненавидел жену, потому что она сбежала от него с другим мужчиной. Хотел внушить дочерям, что мужчины – их враги. Не получилось. Обе девушки интересовались мужчинами. Они выросли похожими на мать!

Я почувствовал, как у меня по спине побежали мурашки.

– Джейн была готова совершить то, что ему казалось верхом аморальности – разрушить чужую семью.

– Все так, но его здесь не было.

– А если был и Льюис это установил? Послушайте, Джим, это первая версия, в которую укладывается все от начала до конца. Даже веревки на руках и кляпы во рту девушек, чего я никак не мог понять. Причард, прежде чем убить, пожелал прочитать проповедь о морали. И они стали его плененными слушательницами.

Я вытер капельки пота со лба.

– Что мы предпримем?

– Вам известно, на какой машине ездит Причард?

– Конечно. На построенном по специальному заказу ярко-желтом «кадиллаке» с откидывающимся верхом. Заметен среди других машин, как маяк.

– Давайте посмотрим, не обнаружится ли этот автомобиль на парковке. – Питер направился к двери и вдруг замер. – Джим, все сходится! Точно сходится! У Причарда не было другой возможности приехать сюда в ночь с пятницы на субботу или рано утром, кроме как на машине. Он заявился в «Дарлбрук», потому что нанятый им частный детектив доложил ему про Джейн. Пришел в шестой коттедж, связал девушек и заткнул им рты, чтобы прочесть назидания, а затем убил. Потом, никем не замеченный, поехал домой и уже добрался до Манчестера, но тут по чистейшей случайности его пролетающий по городу приметный желтый «кадиллак» увидел окружной прокурор. Он как раз выходил из дома друга, где всю ночь играл в покер. Вы сами сказали, что машина Причарда выделяется среди других автомобилей, словно маяк!

Прокурор не придал встрече значения, пришел домой, лег спать, а наутро был вызван в «Дарлбрук» в связи с убийством девушек. Он забыл про желтый «кадиллак», пока вечером не заглянул на парковку и не заметил там желтую машину. Что-то шевельнулось у него в голове. Он стал осматривать автомобиль, как вдруг рядом появился Причард. Его заинтересовало, почему прокурор крутится возле этой машины. Льюис потерял бдительность и спросил: «Так это ваш „кадиллак“? Значит, вы вчера были здесь». Этой фразой он подписал себе смертный приговор. Умер, не успев ничего сообразить и даже пальцем пошевелить, чтобы себя защитить.

Все нанизывалось друг на друга, как звенья одной цепи. Трудно было поверить, что отец убил дочь, но в каждом шаге рассуждений Стайлса был смысл. Впервые я взглянул на развитие событий от начала до конца. Вспомнил слова Лоры, которая говорила, как Причард все эти годы ненавидел жену. Как пытался внушить дочерям вражду к ней. Держать их подальше от мужчин. Я ясно представил всю картину, сцементированную темой ничем не контролируемой ненависти.

– Надо взглянуть на машину, – сказал Питер.

Ошеломленный, я вышел за ним в вестибюль. И там мы наткнулись на Джорджа Причарда. Посеревший и измученный, он все-таки сумел улыбнуться нам:

– Тоже не спится?

– Не спится, – ответил Питер.

– Вот собрался в кухню посмотреть, не найдется ли там горячего кофе и сэндвичей. Составите компанию?

– Да.

– Я сидел у комнаты Лоры. Решил, что надо быть рядом, если она проснется. Тогда ей захотелось бы увидеть близкого человека. Но врач, видимо, дал ей очень сильное снотворное.

– Полицейский все еще на посту? – спросил Питер.

Причард кивнул:

– Хотя не понимаю зачем. Ландберги теперь дома.

Мы вошли в кухню. Я чувствовал внутри холодок. Чистое помещение блестело нержавеющей сталью кастрюль и сковород. На газовой плите стоял кофейник. Он был полон. Причард зажег под ним конфорку.

– Ни за что бы не поверил, что мне еще когда-нибудь захочется есть. Но вот проголодался. – Он подошел к большому холодильнику и открыл дверцу. – Холодная индейка. – Причард поставил блюдо с птицей на центральный стол, нашел хлеб и взял длинный блестящий разделочный нож. – Вам отрезать?

– Есть не хочу, – ответил Питер. – Кофе выпью, когда согреется.

– Когда я был маленьким, все мужчины в семьях умели обращаться с кухонным ножом. А вот сейчас большинству мужчин это занятие не по душе. – Он принялся нарезать ломтики белого мяса с ловкостью хирурга. На столе в покрытой пергаментом чаше хранилось фунта два сливочного масла. Причард намазал им пару ломтей хлеба и стал выкладывать на них индейку. – Будь я проклят, если понимаю, что вокруг происходит. Предлагая вознаграждение, я думал, что полицейские, журналисты и все остальные мертвой хваткой вцепятся в расследование. Разве возможно, чтобы за сутки не нашлось ни одной зацепки?