Вечный сон. Прощай, красавица. Высокое окно - Реймонд Чандлер

Я медленно ехал по улице, выискивая, где бы поставить машину. Решил на минуту подняться к себе в контору, а потом уже двигаться дальше в центр.

Метрах в десяти от моего дома, перед табачным магазином, от бровки отъехал «паккард». Я скользнул на его место, запер машину и вышел. И тут только заметил, что рядом стоит мой старый знакомый — двухместный автомобиль песочного цвета. Впрочем, вовсе не обязательно тот самый. Таких тысячи. Человека в шоколадной соломенной шляпе с желто-коричневой лентой ни в нем, ни рядом не было.

Я обошел машину спереди и заглянул внутрь. Пусто. На всякий случай записал на конверте номер машины и вошел к себе в подъезд. Ни в вестибюле, ни в коридоре наверху его не было.

Зашел в контору, поискал под дверью на полу почту, не нашел, промочил горло из «служебной» бутылки и вышел. Времени до трех часов оставалось в обрез.

Двухместный автомобиль песочного цвета по-прежнему торчал на стоянке против дома и по-прежнему пустовал. Я сел в свою машину, включил мотор и влился в поток транспорта.

Он догнал меня только под Сансет-он-Вайн. Я ехал, улыбался и размышлял, где же он так ловко спрятался. Может, в соседней машине. Это не пришло мне в голову.

Я свернул на Третью улицу и проехал по ней в центр города. Двухместный все время держался от меня футах в трехстах. Я миновал Севент-энд-Грэнд, остановился возле Севент-энд-Олив, вышел купить совершенно ненужные мне сигареты и, не оборачиваясь, пошел по Седьмой улице на восток. В Спринте я вошел в отель «Метрополь», купил спичек в табачном киоске, напоминавшем по форме огромную подкову, и сел на старый, обитый кожей стул в холле.

Вскоре в холл вошел блондин в коричневом костюме, темных очках и знакомой уже шляпе и, мелькая между пальмами в кадках и лепными сводами, как ни в чем не бывало двинулся к табачному киоску. Купил пачку сигарет и, открывая ее, как бы невзначай повернулся к стойке спиной, чтобы окинуть холл своим орлиным взором.

Взял сдачу, отошел от стойки и сел у колонны. Надвинул шляпу на темные очки и, казалось, уснул с незажженной сигаретой во рту.

Я встал, подошел и сел на стул рядом. Покосился на него. Он не шевелился. С близкого расстояния лицо еще совсем юное, полное, розовое, на плохо выбритом подбородке светлая щетина. За темными очками быстро вздрагивают ресницы. Рука на колене сжалась и смяла брючину. На щеке под правым веком бородавка.

Я зажег спичку и поднес к его сигарете.

— Огня?

— О, благодарю, — очень удивившись, сказал он. Втянул в себя воздух и долго прикуривал. Я потушил спичку, бросил ее в урну и стал ждать. Прежде чем заговорить, он несколько раз искоса взглянул на меня.

— Я вас уже где-то видел?

— В Пасадене, на Дрезден-авеню. Сегодня утром.

Щеки блондина еще более порозовели. Он вздохнул.

— Олух я, — сказал он.

— Еще какой, — согласился я.

— А все из-за этой шляпы, — сказал он.

— И шляпы тоже, — сказал я. — Но и без шляпы тоже хорош.

— В этом городе трудно работать, — с грустью сказал он. — Пешком нельзя, на такси никаких денег не хватит, а собственной машины, когда надо, никогда нет под рукой. Вот и попадаешься на глаза.

— Вы бы еще ко мне в карман спрятались, — сказал я. — Вам что-то от меня надо или просто тренируетесь?

— Это будет зависеть от вашей сообразительности. Посмотрим, стоит с вами иметь дело или нет.

— Очень даже стоит, — заверил его я. — Сообразительней меня не найдете.

Он внимательно осмотрелся по сторонам — разве что под наши стулья не заглянул — и только тогда достал небольшой бумажник из свиной кожи… Извлек оттуда совершенно новенькую визитную карточку и вручил мне. Я прочел: «Джордж Энсон Филлипс. Частый детектив. Сенегербилдинг, 212, Норт-Уилкокс-авеню, 1924, Голливуд». Ниже — номер телефона. В верхнем левом углу изображен открытый глаз с очень длинными ресницами и вздернутой от удивления бровью.

— Не годится, — сказал я, указывая на глаз. — Это эмблема Пинкертона. Они подадут на вас в суд.

— Господи! — воскликнул он. — Разве я могу составить им конкуренцию?

Я поковырял карточку ногтем, попробовал ее на зуб и сунул в карман.

— Дать вам свою или вы уже собрали на меня досье?

— Я все про вас знаю, — сказал он. — Я был помощником шерифа в Вентуре, когда вы занимались делом Грегсона.

Грегсон был мошенником из Оклахома-Сити, за ним в течение двух лет по всем Соединенным Штатам охотилась одна из его жертв, пока наконец он со страху не пристрелил рабочего на заправочной станции, который принял его за своего знакомого. Давно это было.

— Что вы еще обо мне знаете?