Достанем врага везде! - Иван Стрельцов

Диверсанты и моряки с «Забияки» почти бегом бросились в сторону главных ворот порта. Только одного из пулеметчиков, круглолицего могучего бурята, успел остановить Скорцени — все-таки в одиночку против целой команды матерых рейнджеров управиться сложно.

— Камрады, туда, — диверсант качнул стволом своего автомата в направлении тупика, образовавшегося между кирпичной стеной древнего склада, с боков сжатого рифленым железом новых ангаров. Американцы понуро проследовали в указанном направлении. В их движениях не чувствовалось ни агрессии, ни испуга, но такое напускное послушание могло быть и уловкой, поэтому конвоирующий их пулеметчик не убирал указательный палец с гашетки своего «Печенега».

— Вот здесь вы переждете смутное время, — когда «джи-ай» вошли в тупик, сообщил им Скорцени. Потом обратился к морскому пехотинцу: — Ты присматривай за ними, землячок, и действуй соответственно закону военного времени. Короче, шаг влево, шаг вправо, прыжок на месте является провокацией…

— Моя твоя не понимает, твоя бежит — моя стреляет, — явно дурачась, ответил пулеметчик и засмеялся, обнажив крепкие белые зубы. А и без того узкие глаза превратились в две щелочки.

— Правильно мыслишь, земеля, — диверсант одобрительно похлопал пехотинца по плечу и бросился догонять своих…

Бронеколонна, ворвавшаяся на территорию порта, была внушительной. Во главе двигались четыре танка «Т-72», облепленные квадратами динамической защиты, как коровы слепнями. За танками тащились БТРы, совсем новые, с еще не успевшей выгореть на солнце краской; броневики густо облепили грузинские солдаты.

— Их не меньше двух рот, — быстро прикинул командир абордажной команды. — Как бы они нас не смяли. — Это не был испуг или малодушие, а трезвый расчет опытного бойца, просчитывающего соотношение сил и возможные варианты развития событий.

— Могут, — согласился Стрелок, — если мы не подойдем к этому вопросу технически. Главное — не дать им разбрестись по всей территории базы.

— Да они сами не особо горят желанием отходить друг от друга, — презрительно скривился находившийся рядом Скорцени.

— Тогда сделаем так… — Виктор уже воочию видел картину предстоящего боя.

Засаду они организовали по всем правилам современной тактики, включив в огневую мощь вооружение двух штурмовых групп и вставшего на рейде «Забияки».

Когда колонна наконец целиком втянулась на территорию порта, с крыши портоуправления грянул выстрел гранатомета. Реактивная граната «Вампир», оснащенная боевой тандемной частью, врезалась в борт замыкающего броневика. Мощный взрыв буквально разорвал пополам боевую машину, разбрасывая в разные стороны кровавые ошметки экипажа и десантников. Пылающие обломки надежно закупорили возможность к отступлению.

Бронеколонна в ужасе замерла, как гигантская змея, недоумевающая, кто посмел наступить ей на хвост. Чуть позже башни танков с длинными хоботами пушек задергались и стали разворачиваться в сторону, откуда прозвучал выстрел…

Морской пехотинец, с комфортом разместившийся в кабине портового крана, установил на открытом окне продолговатую коробку портативного лазерного целеуказателя. Прижавшись к резиновому наглазнику, боец навел прибор на башенный люк головного танка — это была самая уязвимая точка боевой машины.

В следующую секунду со стороны моря был совершен выстрел с носового орудия «Забияки», затем донеся свист летящего снаряда, и тут же на башне головного вспыхнул алый куст взрыва. Следом — другой взрыв, куда более мощный. От сдетонировавших боеприпасов «Т-72» разворотило, как баллончик из-под аэрозоля, брошенный в костер; наружу выглядывали лишь острые лепестки выгнутой брони, над которыми бушевало пламя.

Вторгшаяся в порт бронеколонна теперь была наглухо закупорена, а дальше началось элементарное и беспощадное избиение.

Очередной снаряд с фрегата разворотил моторный отсек второго танка, экипаж которого не успел выбраться наружу. Танк запылал, как сухие дрова, выбросив вверх густой смолянистый дым. Шансов уцелеть у бронетехники не было ни единого, моряки работали по ней высокоточным оружием. Стомиллиметровый морской снаряд «Китолов-М», оснащенный лазерной головкой наведения, раз за разом точно ложился в те места, что указывал оператор целеуказателя.

Засевший на портовом кране наводчик был специалистом высокого класса, и меньше чем через минуту все четыре «Т-72», защищенные с бортов динамической защитой, были уничтожены; лишь с последнего танка успели выбраться люди до того, как его разворотил очередной снаряд «Забияки». Дальше фрегат перенес огонь на бронетранспортеры, которые к тому времени покинули и десантники, и экипажи, оказавшиеся, к вящему ужасу, между молотом и наковальней. Позади рвались корабельные снаряды, курочащие алюминиевую броню боевых машин, а спереди вели огонь моряки и диверсанты. Пулеметчики секли над головами, воздействуя больше психологически, и лишь снайперы работали по-боевому, успокаивая навеки бронебойными пулями самых неугомонных.

Бой длился около десяти минут. Бравые генацвале еще немного посопротивлялись после уничтожения последнего броневика, потом затихли. В черных комбинезонах лежащие десантники напоминали кляксы, разбросанные по асфальту среди раскуроченной техники. Все они находились под прицелом засевших на крышах морских пехотинцев. Положение было безвыходным.

Савченко опустил автомат и привычным движением надел предохранительный колпачок на оптический прицел, потом посмотрел на командира абордажной команды с легкой усмешкой:

— Ну, что, антикорсар, фрукты созрели, можно брать голыми руками. Они твои.

Морпех молча кивнул, встал у проема, сложил ладони рупором и громко крикнул:

— Граждане гвардейцы, бросайте оружие и сдавайтесь! Только в этом случае мы можем гарантировать вам жизнь! На размышление одна минута, время пошло!

Он едва успел опустить руки, как с асфальта поднялось сразу несколько солдат, отстегивая сбруи, со звоном и лязгом полетели автоматы. За ними последовали остальные.

В этих людях не чувствовалось ни агрессии, ни отваги, они были напуганы и затравлены. Сейчас никто бы не поверил, что перед ними те самые вояки, которые с гордо поднятыми головами и фанатично блестевшими глазами маршировали под бело-красными стягами. Они были окончательно сломлены, представляя не группу личностей, а просто биомассу, не представляющую никакой угрозы…

Снова ожила портативная рация. Виктор, чтобы получше слышать, прижал наушник. Группа Микиса, посланная за пределы порта в разведку, докладывала: «В Поти начался гон, из города бегут и гражданские, и военные. Опасность еще одной атаки отсутствует».

— Все, гроза Веселого Роджера, давай радио на флагман. «Плацдарм держим крепко, готовы к приему основных сил».

— Вот так, война в духе лучших военных теоретиков. «Огонь и натиск — главные компоненты победы», — процитировал командир абордажной команды. Легкость, с которой они захватили главную военно-морскую базу Грузии, его если не взбесила, то уж точно не порадовала. Такие «прогулки» лишь расслабляют бойцов, вселяя в их подкорку уверенность в своей непобедимости. А потом, когда дело доходит до схватки с настоящим супостатом, приходится за пренебрежение платить самую большую цену — собственными жизнями…