Достанем врага везде! - Иван Стрельцов

— Тут главное — обойтись без самодеятельности, — подвел итог военного совета командир фрегата, и вновь потекли долгие часы ожидания.

Только через пять часов из Москвы пришла команда к действию в виде шифрограммы.

«Команде Стрелка. Уничтожить надводные силы противника и совместно с абордажной командой „Забияки“ обеспечить плацдарм для высадки основных сил морского десанта». И внизу подпись начальника спецназа Военно-морских сил России.

Военная машина была запущена, но пока каждый механизм в ней работал самостоятельно. Группа, которой сейчас командовал Савченко, носила позывной «Росомаха» и подчинялась непосредственно командованию «комитета информации». Но сейчас было не до выяснений, нужно действовать.

— Что скажешь, Стрелок? — уставился на Виктора Масягин. В конце концов, его подчиненные идут вторым эшелоном, а может, и первым.

— Мы пойдем под водой, рванем грузинские калоши, затем обследуем причалы. Твои антикорсары подскочат на «Зодиаках», вот тогда и займем плацдарм, — Савченко коротко выдохнул и продолжил: — Только придется у вас одолжить скутера и «С3-6»[28]. Мы вышли в море налегке.

— Добре, — согласился с морпехом Масягин, — у моих черноморов этого барахла навалом.

— Все, идем готовиться, — Виктор рукой указал Скорцени на выход из рубки. Корма фрегата уже опустела, прикомандированные диверсанты и абордажная команда собрались на нижней палубе возле оружейного отсека. Долгих совещаний не было, Стрелок поставил задачу, коротко обсудили детали, после чего возник всего один вопрос, и задал его самый молодой из группы Упыря:

— А если нас накроют глубинными бомбами?

К сожалению, вопрос не был праздным: достаточно нескольких близких подводных взрывов, чтобы вся группа боевых пловцов всплыла, что называется, кверху брюхом.

Сила подводных диверсантов в их скрытности, а о какой скрытности можно говорить, белым днем погружаясь со стоящих на рейде кораблей? Со стороны это больше напоминало театрализованное представление на день Военно-морского флота. Но выбирать не приходилось, приказ есть приказ.

— За берегом будут наблюдать с кораблей ордера, — медленно заговорил Виктор. — В случае попытки обстрела акватории бухты будет тут же нанесен ответный удар. Наибольшую опасность для нас могут представлять боевые пловцы противника, поджидающие за волноломами порта, или дрессированные морские животные — дельфины, тюлени… Хотя, по данным нашей разведки, грузинский флот не располагает подобными подразделениями. Но, как говорит командир «Забияки», «от иезуитов всего можно ожидать». Поэтому пойдем тремя четверками: первой командую я, второй — Скорцени, третьей — Микис. Каждая четверка двигается на расстоянии пятидесяти-шестидесяти метров от впереди идущей, действуем соответственно со сложившейся ситуацией. При благоприятной обстановке первая четверка заходит в бухту и минирует боевые корабли противника, две другие ожидают ее у входного створа. После минирования возвращаемся к основной группе и уже все вместе выходим на поверхность в районе входного маяка. Дальше по наработанной схеме. Еще вопросы?

Больше вопросов не было, диверсанты стали готовиться к выходу. Хоть и просил Савченко у Масягина только подводные скутеры и магнитные мины, но одним этим дело не ограничилось.

Ласты и маски, оснащенные акваскопами (подводными приборами ночного видения) у диверсантов были, а вот акваланги закрытого типа они с собой не носили из-за солидного веса и громоздкости. Тоже пришлось одалживаться.

Зато индивидуальное оружие у них было свое. Уходя на это задание, каждый боец брал с собой многофункциональный автомат АСМ «Морской лев», автоматический пистолет «Гюрза», набор холодного оружия — нож «Катран», стреляющий нож разведчика «НРС-2» и несколько метательных ножей «Оса». И это не считая запасных магазинов и гранат. В общем, получалось тяжело и громоздко, утешали только две вещи — в бою лишних боеприпасов не бывает, и соленая вода облегчит часть веса…

Скутеры, именуемые холодным языком официоза «индивидуальными подводными носителями», у абордажной команды «Забияки» были последней отечественной разработкой и именовались «Барракуда плюс». Это была мини-платформа с водометным двигателем, которая крепилась к груди пловца, после чего последнему оставалось лишь управлять движением. Савченко не особо приветствовал подобный вид подводного передвижения, заранее чувствуя себя «черепахой на колесиках». Но в тайной войне лучше плохо ехать, чем хорошо идти — значительно экономит силы…

Потийская бухта встретила боевых пловцов мутной зеленоватой водой, больше смахивающей на густой овощной бульон, на поверхности которой в большом количестве плавал всевозможный мусор, а в лучах солнца разноцветными красками играли маслянистые пятна топлива.

Заплыв за волнолом, Стрелок подал знак бойцам своей группы приготовить оружие к бою и подвинул поближе к груди «Морского льва», так чтобы долго не тянуться к спусковому крючку. Разведка, утверждающая, что на этой базе нет ни подводных противодиверсионных подразделений, ни боевых дельфинов, могла чего-то не знать. А вышедшие на задание фрогмены должны быть готовы ко всему.

Катера, несколько часов назад пытавшиеся атаковать ордер российских кораблей, они обнаружили «припаркованными» у главного мола, в десятке кабельтовых у створа в бухту.

Сторожевики, стоявшие на вооружении ВМС Грузии, оказались западногерманскими ракетными катерами типа «Ильтис», построеными в начале семидесятых годов. Спустя три десятка лет эксплуатации их кое-как отремонтировали и даже в чем-то модернизировали, после чего руководство Североатлантического блока щедрой рукой даровало новому нищему сателлиту. За последние несколько лет «грамотного» использования днища катеров обильно поросли ракушками и морской травой, которая, как щупальца медузы-убийцы, угрожающе шевелилась даже от легкого морского волнения.

Подводная магнитная «СЗ-6» была внешне похожа на тазик конической формы — две боковые ручки, только верх запаян.

Оказавшись под днищем одного из катеров, Виктор Савченко вытащил из транспортного отсека «Барракуды» мину и, ухватив ее двумя руками, поднял вверх. Мощный магнит намертво прилип к металлической поверхности корабельного корпуса, скрывшись в густой морской растительности.

Вся операция по проникновению в бухту, минированию пяти оставшихся кораблей противника и выход заняла немногим больше часа; это был вполне приемлемый результат для диверсионной группы.

«Интересно, сколько бы пришлось бултыхаться, полагаясь на силу собственных мышц?» — подумал Стрелок, направляя свой скутер к выходу из бухты.

Заполнив транспортные отсеки скутеров, их затопили и оставили на дне, не забыв прикрепить акваланги, маски, ласты. Всплыв, диверсанты по вмурованным в бетон скобам свободно забрались на мол. Первым делом группа Скорцени исследовала башню входного маяка и не обнаружила ни одной живой души. Но все следы, оставленные смотрителем, говорили, что не далее как сегодня утром он еще был здесь.