Достанем врага везде! - Иван Стрельцов

В Аденском заливе, где вовсю шла борьба с пиратами, «Забияке» по каким-то причинам не «удавалось» брать в плен чернокожих корсаров, но уже через год как союзники, так и враги начали уважительно именовать его «Секир-башка».

— Товарищ командир, «гости» на подходе, — после короткой паузы сообщил начальник радиорубки, кивая в сторону берега.

Из-за гор вынырнула зелено-коричневая стрекоза транспортника МИ-8МТ. Вертолет сделал крутой разворот и стремительно стал снижаться, заходя на корму «Забияки».

Масягин взял микрофон громкой связи и объявил:

— Посадочной команде приготовиться к встрече гостей.

Наконец вертолет достиг фрегата и, развернув свой корпус, завис в полуметре над посадочной площадкой, поднимая над водой за бортом легкую зыбь. Из-за шума двигателей не было слышно, как отворилась дверь десантного отдела и на палубу стали выпрыгивать «гости» из группы Стрелка.

Вид у прибывших был самый что ни на есть воинственный. Легкие берцы с натуральной каучуковой подошвой, камуфляжные универсальные комбинезоны «Амфибия», лица расписаны маскировочными узорами, а за спиной каждого висел рюкзак, больше смахивающий на набитый спальный мешок.

Возле корабельной надстройки собрались бойцы из абордажной команды фрегата. Савченко взглядом сразу выхватил командира группы морских пехотинцев, с которым был хорошо знаком. Подняв вверх правую руку, он громко объявил:

— Приветствую флибустьеров Черного моря!

— Салют суперрейнджерам, — рассмеялся командир абордажников. — Только мы не флибустьеры, а скорее антикорсары. По крайней мере, так на той стороны Африканского Рога нас воспринимают аборигены.

Мужчины обменялись крепким рукопожатием, Виктор похлопал морпеха по плечу и кивнул в сторону капитанского мостика «Забияки»:

— Как шеф?

— Как боевой конь. Уже сутки, как объявлена боевая тревога, а мы стоим в бухте, как говорится, «ни тпру, ни ну». Вот и бьет копытом. А мы все гадали: зачем задержка? Оказывается, без суперменов никуда.

— Да мы сами летели с двумя пересадками. Видимо, начальство никак не могло определиться, в каком направлении нас бросить на мясо, — честно признался Стрелок, сказав истинную правду — после отлета со Змеиного Глаза их больше суток доставляли в Новороссийск.

— Бывает, — философски заметил бравый борец с пиратами. — Значит, выпал нам общий фарт, будем воевать плечом к плечу.

— Вот и отлично. — Вспомнив, что он командир группы, Виктор сказал: — Ты моих людей размести, а я к вашему шефу на доклад.

— Лады.

Оставив свои рюкзаки, Стрелок и Скорцени стали подниматься в командную рубку. На корабле бросался в глаза недавно проведенный регламентный ремонт, кроме идеально чистой палубы, нагретый летним солнцем металл источал запах свежей краски, оружейного и машинного масел.

— Здравия желаю, товарищ капитан первого ранга, — входя в рубку, громко поздоровался Савченко. — Разрешите представиться по случаю прибытия на «Забияку».

С Масягиным Виктор тоже был хорошо знаком: четырежды в составе группы диверсантов офицерского отряда участвовал в автономных походах и даже однажды воевал с пиратами — правда, на Средиземном море.

— Мой заместитель, Скорцени, — Виктор указал на стоявшего рядом офицера.

Командир фрегата взглянул на гиганта с квадратной челюстью и рваным шрамом на щеке. Пожимая крепкую руку, только и сказал:

— Похож. — Следом добавил, обращаясь к Стрелку: — А ты, я смотрю, двигаешься по карьерной лестнице.

— Да нет, — немного смутился тот. — Я, выражаясь бюрократическим языком, И.О.

— А где сам человек-гора? — моряк вспомнил Серванта, на что получил исчерпывающий ответ: — Мы люди военные, куда Родина пошлет.

— Ясно, значит, уже где-то гремит, и там он супостату черепа дробит. — Командир включил внутреннюю связь и поднес микрофон ко рту, отдавая приказ: — По местам стоять, с якоря сниматься.

Корпус могучего корабля мелко задрожал, фрегат, поднимая за собой белый бурун, набирая ход, двинулся на выход из бухты.

Через два часа «Забияка» нагнал ордер и, следуя параллельным курсом, двинулся дальше, обгоняя громоздкие и массивные десантные корабли, возле которых суетились юркие корабли охранения — корветы.

Поравнявшись со стремительным силуэтом «убийцы авианосцев», Масягин приказал:

— Радио на флагман: «Приступаю к выполнению поставленной задачи. Выхожу в головной дозор. Подпись — командир „Забияки“».

Военный корабль — это не просто набор служб, именуемых на флоте боевыми частями (БЧ). Это сложнейший многофункциональный механизм, где главной движущей силой является экипаж, и чем обученней и дисциплинированней команда, тем эффективней будут использованы достоинства корабля.

В боевую рубку постоянно приходили доклады от локаторщиков, которые неустанно контролировали небо, поверхность и морские глубины. Пока горизонт был чист…

— Я понимаю работу радарной группы, но зачем сейчас гидролокаторы гонять? Насколько мне известно, у грузин подводных лодок нет, — поинтересовался Виктор.

— У них нет, зато есть друзья-иезуиты, — хмуро проворчал Масягин. — А у тех этого добра хоть отбавляй, и, главное, субмарины можно использовать тайком, без предъявления государственного флага. А иезуиты никогда не упустят случая подергать нас за нос.

На флоте ни для кого не было секретом, что командир «Забияки» иезуитами именует бывших вероятных противников, а ныне союзников по антитеррористической коалиции, то есть военный блок НАТО. Из-за этой непримиримой позиции Масягина старались не приглашать на всевозможные международные приемы, а фрегат редко направляли на совместные учения.

Тишину вдруг нарушил ревун тревоги, затем из динамика донесся голос командир БЧ-7.

— Наблюдаю приближение надводной групповой цели…

Скорцени, для которого это был первый выход в море, почувствовал неприятную сухость во рту, страшно захотелось курить. Это тебе не на земной тверди, где защитой может стать любая кочка, бугорок. В воде либо плыви, либо тони. Чтобы как-то себя подбодрить, он вполголоса произнес:

— Как сказал классик, «вечер перестает быть томным».

«То ли еще будет», — подумал про себя Савченко: в настоящих морских сражениях ему не приходилось участвовать…

Сообщение локаторщиков нисколько не смутило командира фрегата.

— Данные радара кругового обзора перенесите на центральный индикатор. — Экран центрального монитора, по кругу которого побежала мерцающая золотом развертка, тут же вспыхнул оранжевым цветом. Вскоре показались и дужки целей: их было шесть, и все они с каждым оборотом развертки становились все ближе к центру.

— Цель скоростная, — доложил командир радиолокационного поста.

— Вижу, — подтвердил капитан первого ранга. Дужки целей шли почти идеальным треугольником. Командиру фрегата почему-то припомнилась сцена психической атаки каппелевских офицеров из фильма «Чапаев», он озвучил фразу оттуда.