Разведывательно-диверсионная группа. Братишки - Андрей Негривода

«…Нормально! Два «лишних» боекомплекта патронов собрал! Теперь точно отобьемся! - Думал он, отирая испачканные чужой кровью руки дорожной пылью. - Щас только посмотрю, как там «растяга» на ОЗМке поживает, и пора возвращаться…»

Он, сторожась, прошелся вдоль всех семи, пока еще ожидавших своего часа, «лягушек», увидел нисколько не пострадавший тонкий проводок натяжного взрывателя на третьей мине, и только-только собрался было поставить, как и говорил другу, «на всякий случай», еще одну растяжку, соорудив ее из парочки Ф-1, как…

- Б-ба-бах! П-ш-ш-ш!..

Откуда-то, с той стороны перевала, со склона, к «гнезду» пошла огненная комета с ярко-оранжевым дымным хвостом…

«…Кот!!!»

Больше ничего подумать Мишка не успел… Он просто стоял и смотрел на то, как огненная комета, пролетев насколько метров, закончила свой полет, встретившись с камнями «гнезда»…

- Д-ду-дух-х!..

Яркий, красно-оранжевый шар взрыва осветил окрестности, а на дорогу полетели камни…

«…РПГ! С-суки! С-суки-и-и!..» …Док, что было сил, рванул от дороги к тропинке, ведущей наверх… Он еще успел прихватить все то оружие, которое собрал несколько минут назад, и, напрягая последние силы, сгибаясь под грузом, взлетел к «гнезду»… …Здесь еще стоял белесый дым, и кисло пахло пороховыми газами…

Но…

Нос врача учуял и еще один запах, который он никогда и ни за что не спутал бы с каким-либо другим… Запах свежей крови…

- Кот!!! - Крикнул Мишка во все горло. - Котяра!!! …Всего-то одна единственная граната, но она принесла сюда неимоверные, и едва ли поправимые разрушения…

Разорвавшись, скорее всего, прямо в бойнице, она обвалила часть стены ДОТа, соорудив довольно большую пробоину, и почти полностью завалив булыжниками пулеметчика вместе с его оружием - из-под груды камней в лунном сете были видны только прыжковые ботинки и одна рука…

И этот запах… Кислый запах смерти…

- Что же ты наделал-то, земеля?! - Док с каким-то исступлением хватал камни и сбрасывал их вниз, на дорогу. - Как же ты его не заметил-то, Котяра? Как же мне тебя выносить-то отсюда теперь?!!

Сколько прошло времени Мишка не знал, да и не до того ему было… Но вот, наконец-то, в «гнезде» больше не осталось ни одного камня…

Костя Белый лежал навзничь на спине, и в его мертвенно бледном лице небыло ни кровинки:

- А-а-а!!! А-а-а-а!!! - Тихо, как побитая собака, подвывал Мишка, сидя на коленях над своим погибшим другом. - А-а-а-а-а!!! С-сук-ки-и-и!!!

…Мне еще будут долго сниться

Горы, вставшие на дыбы.

Здесь писалась кровью страница

Тонкой книжки моей судьбы…

В той странице прощанья и встречи,

Нежность писем, жестокость боев,

И до крови истертые плечи

Горной тяжестью вещмешков…

В ней - суровая жажда походов,

И шумящий горный поток,

В ней приевшийся за полгода,

Застревающий в горле паек…

В ней все то, что не сможет забыться,

Что навечно в душе моей:

В ней душманов звериные лица

И улыбки погибших друзей…

И цветы на могиле десантника,

И звенящая тишина…

Одного лишь в ней нет - романтики…

Не романтика здесь! Война…

«…Открой глаза, дружище! Просто открой глаза!.. - Молил он. - И я тебя вытащу отсюда! Открой глаза, Котик!..»

Слез небыло… Был большой, тугой, как баскетбольный мяч, комок в горле, напрочь перекрывший дыхание…

- Ни хрена не получится у тебя, земеля! - Мишка вдруг склонился над другом. - Не получится у тебя вот так из армии свалить! Не дам!!! Нам с тобой еще в Москву ехать вместе надо!!!

В эту минуту в Мише вновь возродилась и восстала ото сна сущность врача, дававшего присягу «всегда и везде спасать жизни страждущих», и взяла верх над сержантом-спецназовцем…

- Давай!!! Давай!!! Давай!!! - Он исступленно, раз за разом, давил обеими руками на грудь своего друга, делая прямой массаж сердца. - Давай, гад!!! Дыши!!! Дыши, сволочь!!!

И опять время потеряло для него свой счет…

Он остановился только тогда, когда услышал вдруг:

- Ты мне уже все ребра сломал, замок…

Глаза Кота были закрыты, но его губы…

Его пересохшие губы шевелились:

- Не дави… Больно!..

И тут Мишка улыбнулся и отер рукавом пот со лба, валивший градом:

- Вернулся… Дезертир… А еще «спец» называется… Как же это ты, засранец, меня одного здесь решил оставить, а?.. А как же насчет нашего закона?

- Отвали, «замок»… Дай поспать…

- Ну, не-е-ет, Костя! Теперь спать нельзя! Я тебя сейчас лечить буду!.. - Миша посмотрел на склон за перевалом, через пролом в каменной стенке. - Только «бородатых» отгоню немного, и лечить буду!

По склону, по дороге от Дайлакора, к перевалу поднимался еще один отряд «духов», шедший на подмогу первому, и теперь он насчитывал рыл тридцать-сорок…

- Щас! Потерпи немного, дружище! Совсем немного!.. - Миша приготовил к выстрелу и взвел чудом не пострадавший РПО «Шмель». - Я им только маленький фейерверк из «шайтан-трубы» устрою!

До отряда было около километра… В общем-то, это максимальная дальность для «Шмеля», из него более эффективно стрелять метров на шестьсот, но… У Дока в голове засела другая идея и ему нужно было время… Чем больше, тем лучше…

- П-пах! Пш-ш-ш-ш!!!

Ушла «комета» из расстрелянного гранатометом «гнезда» в сторону кишлака и, через несколько минут жахнула далеким взрывом…

- Б-ба-бах-х-х!!!

- Ах-ах-ах-ах! - Отозвались горы…

Конечно же, в самую гущу боевиков Док не попал, да и никто не попал бы на таком расстоянии!.. Но!.. Термобарический снаряд, разорвавшийся метрах в двадцати в стороне, буквально сдул, смел на хрен с дороги отряд моджахедов…

- Вот и ладушки! - Осклабился Док. - Пока вы опять в кучу соберетесь, да пока сюда доползете, я делом займусь!.. …Нет, совсем не зря сержант Парубец имел позывной «Док»!.. Совсем не зря!!! Кем бы он ни был, замкомвзвода, бойцом спецназа, инструктором «рукопашки», но его истинная суть оставалась, все же, неизменной - врач!..

Его «взводный», лейтенант Николаев, всегда удивлялся и не раз спрашивал, на кой хрен ему в ИПП нужны все эти штуки, которые он так заботливо в него пакует, на что Миша только отмалчивался, ничего не объясняя…

«…Вот и пригодилось!..»

Он достал специальные, изогнутые медицинские иглы, нить, которую обычно использовали при накладывании швов на раны и называли лигатурой, и приступил к священнодейству…