Разрешение на жизнь - Михаил Климман

31 марта, пятница

«Упала, ударилась или ударили? Все вещи вроде на своих местах стояли, во всяком случае бардака никакого видно не было. Значит – не ограбление? И где сам Гуру?»

Они сидели в машине на какой-то непонятной улице, где Андрей попросил Веселкина остановиться, когда выскочил из магазина, ногой прикрыв дверь.

«Кто-то хотел меня подставить? Вряд ли, скорее случайность… Вроде против меня ничего нет, никто не знает, что я там был…» – мелькало у него в голове.

Переживания по поводу смерти постороннего человека, зрелище трупа с окровавленной головой, вопросы кто, почему и зачем – отступили назад перед проблемой собственной безопасности. Дорин всегда старался быть реалистом и решать проблемы по мере их поступления. Что он в самом деле мог сейчас сделать? Вызвать «скорую»? Тогда уж скорее труповозку…

Неожиданно зазвонил телефон. Дорин автоматически, не выключаясь из анализа ситуации, достал его, нажал кнопку, прижал трубку к уху.

– Это Андрей? – спросил голос с чуть заметным акцентом.

– Да, я…

– Вам привет от Ярослава. Куда прикажете доставить посылку?

– Минуточку, я соображу…

Вопрос пришел, как спасение – отвлечься от мыслей об убийстве, переключить голову. Почему-то Дорин был уверен, что имеет дело с убийством.

Вариантов с коробками было три: домой, к себе в магазин или к Лене. Домой не стоит – книжная пыль вещь явно не полезная, особенно для грудных детей. К себе? Места не так много, да и книги эти должны принадлежать Лене, как наследнице Игоря. Какая разница, что он их у Дорина украл?

К тому же посланцу Ярослава надо было выкатить немалую сумму, а денег после сегодняшних шахматно-ювелирных выплат уже не оставалось. Хорошо хоть Валера постарался и в магазине они точно есть.

– Вы Москву хорошо знаете?

– Я тут живу и работаю уже тридцать лет, – обиделся голос.

– Извините, я просто слышу акцент, – зачем-то начал оправдываться Дорин.

– Я родился на Западной Украине.

– А я думал, вы тоже чех.

– Так куда прикажете везти? – Человеку на том конце провода, похоже, надоел бессмысленный разговор.

Андрей назвал адрес Лениного магазина.

– Я там буду через двадцать-тридцать минут, – сказал голос в трубке. – Как вас узнать?

– Зайдете внутрь, спросите Дорина. Только я так быстро не успею. Давайте через сорок минут?

– Хорошо.

Андрей повернулся к Веселкину:

– Гони в магазин к Лене.

Тот молча кивнул, включил мотор.

«А ведь он свидетель… – подумал Андрей, разглядывая угрюмого водилу. – Он видел, как я зашел в магазин к Гуру, а потом пулей оттуда вылетел. Причем единственный, кто видел, как я туда заходил. Сегодня или завтра ее найдут, напечатают об этом в газетах, по телику расскажут, и он вспомнит, что я здесь был, и поймет, что я вполне могу подходить на роль убийцы. Что он тогда предпримет?»

– Веселкин, – начал Андрей. За два дня он так и не успел толком познакомиться со своим водителем. – Когда мы сейчас приедем, поможешь машину разгрузить?

Шофер молча кивнул.

– А ты, вообще, по жизни кто? – попробовал расшевелить его Дорин.

Веселкин глянул на него, шевельнул губами, но ничего не сказал.

– Ты до того, как у Гришки начал работать, чем занимался?

Андрей старательно делал вид, что не замечает нежелания водилы вести разговор. Ему нужно было добраться, достучаться до этого человека, понять совершенно точно, кто он – друг или враг.

– Охранник. – Это было первое слово Веселкина за два дня.

– В частной фирме?

– Девятка…

Второе слово подрезало Дорина под корень. Девятое управление КГБ занималось охраной, значит, Веселкин – профессионал, все видит, все замечает.

– Так вас же расформировали давно.

Водитель кивнул, соглашаясь.

– ЧОП, – неожиданно сказал он.

– А почему оттуда ушел? Или вы у Брайловского не на зарплате, а от охранного предприятия работаете?

– Не люблю криминал.

Таким длинным предложением Веселкин умудрился ответить сразу на три вопроса Андрея.

«Не любит криминал… Кто же его любит? Но это значит – сдаст за милую душу…»

Когда они подъехали к магазину, у дверей его уже стоял небольшой автобус с надписью «Междугородние перевозки». «Официально, что ли, возят?» – подумал Дорин, входя в магазин. Валера, ослепительно улыбаясь, двинулся к нему навстречу:

– А вас тут спрашивали, Андрей Сергеевич, – он указал на сидящего с отрешенным видом на стуле небольшого человечка с огромным животом.

– Вы Дорин? – Человечек встал.

– Да, я…

– С вас причитается получить… – Он протянул Андрею бумажку, на которой была написана окончательная цифра.

Дорин обернулся к Валере. Тот несколько напряженно смотрел на него.

– Андрей Сергеевич, – он отвел Дорина за локоть в сторону, – я все понимаю, но все-таки служу у Елены Сергеевны, так что будьте добры, пусть она подтвердит ваши полномочия.

Дорин взглянул на Валеру, не зная, злиться ему или радоваться, что у жены работает такой буквоед. Он набрал домашний номер, Лена, по счастью, не кормила, и все вопросы были решены мгновенно.

– Тебя зачем-то Гришка разыскивает, – сказала Андреевская напоследок, – говорит, не может дозвониться. Так что набери его, когда освободишься. И меня тоже, мне же интересно, что там у тебя происходит.

Вчера про найденные шахматы Дорин ей говорить не стал, сказал только, что многое сегодня у него решается, но расскажет вечером, когда все уже произойдет.

– Хорошо. Библиотека приехала из Праги.