Шопоголик среди звезд - Софи Кинселла

– Спасибо! – Непрошеная слеза все-таки наворачивается. Я поспешно смахиваю ее и улыбаюсь, но Аран успевает заметить.

– Бекки, все в порядке?

– Да. – Я сглатываю. – Не совсем. Папа куда-то пропал, я поссорилась с Люком, потом с лучшей подругой… Никто не хочет понять. Ну, вот про это. – Я обвожу руками царящее вокруг великолепие.

– Неудивительно.

– Правда?

– Так бывает. Ты больше не зритель, ты участник, помнишь?

Его непрошибаемая, стойкая, как тефлон, беззаботность начинает меня злить. Наверное, даже если наступит конец света, Аран лишь пожмет плечами и скажет: «Такова жизнь».

И потом, что значит «неудивительно»?

– Пойду поищу Нениту. – Он уходит, похлопав меня по плечу.

Проводив взглядом Арана, я остаюсь смаковать атмосферу, но почему-то все вдруг только оглушает и бьет по нервам. Белозубые улыбки, слепящие вспышки фотоаппаратов, блестки, стразы, вопли… Сам воздух, кажется, наэлектризован до предела, так что волосы потрескивают и ноги гудят.

Ой, нет, это не ноги. Это у меня телефон вибрирует. Я выхватываю его из клатча. Сьюз. Леденея, нажимаю «ответить».

– Что такое? Случилось что-нибудь?

– Боже мой, Бекс… – От безграничного отчаяния в голосе Сьюз на меня накатывает паника. – Алисия кое-что выяснила. Они укатили с Брайсом.

– С Брайсом? – Я растерянно таращусь на телефон. – Из «Золотого покоя»?

– Твой папа взял Тарки улаживать какое-то таинственное дело. И тот позвал с собой Брайса. Брайса! Алисия считает, что он обыкновенный вымогатель. Он хочет открыть какой-то конкурирующий центр, вот и промывает Тарки мозги на предмет финансирования, а куда они все умчались, неизвестно…

– Сьюз, успокойся, – прошу я безнадежно. – Все будет хорошо.

– Но он же мерзавец! – едва не рыдает Сьюз. – А они теперь колесят с ним где-то по пустыне.

– Мы их найдем. Обязательно. Сьюз, постарайся пока разузнать как можно больше.

Она что-то еще говорит, но я не могу разобрать сквозь треск помех.

– Сьюз?

Я в оцепенении смотрю на заглохший телефон. Брайс. Таркин. Папа. В какой-то неведомой глуши. Что скажет мама? Что нам теперь делать?

– Бекки, – окликает меня вернувшийся Аран. – Пойдем знакомиться с Ненитой. – Глаза его лукаво поблескивают. – Она ведь твой кумир, да?

– Э-э… да.

Как в тумане я иду за ним, слегка цепляясь каблуками за красную дорожку. Вот он, судьбоносный для моей карьеры момент. Встреча с Ненитой Дитц. Сейчас не время для личных проблем. Сосредоточься.

Ненита Дитц вещает о чем-то перед целой группой собравшихся, и мы терпеливо пережидаем в сторонке. Выглядит она потрясающе. На ней пышная голубая шуба и шипастые сапоги цвета металлик. В длинных темных кудрях поблескивают под яркими лампами красные и золотые прядки, а искусственных ресниц у нее пары три, не меньше. Сказочная принцесса да и только.

– Ненита, – с учтивым кивком обращается к ней Аран, – позвольте познакомить вас с Бекки Брендон.

– Бекки!

Я пожимаю ей руку с ощущением, будто попала на аудиенцию к королеве. Но ведь среди голливудских стилистов она действительно королева.

– Здравствуйте! – говорю я с трепетом. – Я ваша огромная поклонница. Вообще-то я тоже занимаюсь модой. Я работала персональным закупщиком в «Барниз», а сейчас пытаюсь уйти в стилисты. Я в восторге от ваших работ – особенно в «Клевере». Совершенно уникальные костюмы.

Упоминанием о «Клевере» (низкобюджетном фильме, над которым Ненита трудилась несколько лет назад и о котором большинство даже не слышало) я надеюсь заработать дополнительные очки. Однако мое мнение о «Клевере» ее, кажется, не интересует.

– Вы, – щурится она. – Вы та самая дамочка, поймавшая Лоис на краже и всем растрепавшая.

– Э-э… Да. То есть нет. Я только одному человеку сказала – ну, может, двум…

– Лоис замечательная, – с нажимом говорит Ненита. – Вам должно быть стыдно!

Я отшатываюсь, как от пощечины.

– Я совсем не хотела ей навредить. И, честное слово, я не трепала на весь мир…

– Такие поступки портят карму, вы в курсе?

Она подается вперед, и я вижу, что глаза у нее желтоватые, а руки ужасно морщинистые по сравнению с лицом. Пугающее зрелище.

– Ненита, за Лоис беспокоиться не нужно, – вмешивается Аран. – Вы ведь и сами знаете.

– Портят карму, – повторяет она, уставившись на меня своими пожелтевшими глазами и тыча пальцем. – Вы сами портите себе карму!

Я едва удерживаюсь, чтобы не отпрянуть в ужасе. Она меня как будто проклинает.

– И платье у вас уже не актуальное, – презрительно кривится она, и мне сразу становится обидно за Дэнни. – Но это неважно, – словно делая мне величайшее одолжение, продолжает Ненита. – Вы такая же, как я. Если вам что-то понадобилось, вы ляжете костьми. – Она снова окидывает меня оценивающим взглядом. – Можете мне позвонить.

Она вручает мне визитку с серебряной окантовкой, и Аран, приподняв брови, шепчет: «Молодец, Бекки! Отлично!»

Потрясенная, я смотрю на визитку с телефонным номером. Получилось. Я завязала знакомство с Ненитой Дитц.

Нас вдруг захлестывает хлынувшая в кинотеатр толпа, и я чуть не роняю клатч, задетая каким-то толстяком. Меня отрезают от Нениты и Арана, давка усиливается. Девушки в черных костюмах снуют вдоль тротуара, сообщая всем, что показ вот-вот начнется, пора занимать места. Я, как зомби, иду за ними внутрь. В фойе столпотворение из зрителей, камер, репортеров, и я просто плыву по течению. Галантный распорядитель проводит меня на место, где уже стоит бутылка с водой, попкорн и подарочный пакет в цирковом оформлении.

Я на премьере! На вип-местах! Я «своя»! У меня есть визитка Нениты Дитц с приглашением звонить!

Тогда… откуда такая пустота на душе? Что не так?

Кожаное кресло неприятно холодит, и я постепенно превращаюсь в ледышку под кондиционером, а когда взрываются музыкой динамики, подскакиваю от неожиданности. «Это же величайшее событие в твоей жизни», – твержу я себе. В ушах звучит голос Сьюз: «Произведи там фурор» – и мой решительный ответ: «Обязательно!»

Какой уж тут фурор… Я сижу в холодном темном зале среди совершенно незнакомых людей на премьере абсолютно не интересного мне фильма, и ни родных, ни друзей рядом нет. Я не знаменитость. Все кругом зовут меня Бетти. А я не Бетти, я Бекки.

Я нащупываю визитку Нениты для успокоения. Но теперь карточка жжет мне пальцы. Я и вправду хочу работать с этой ведьмой? Превратиться в такую же, как она? Я словно очутилась в мираже посреди пустыни и набираю песок горстями, убеждая себя, что это вода, чистая и прозрачная. Но это не так.

В горле першит, мысли мечутся, я до боли в пальцах сжимаю подлокотники кресла. И вдруг понимаю, что с меня хватит. Я так больше не могу. Я здесь не останусь. В моей жизни есть вещи поважнее, чем красные дорожки и звезды. Семья, друзья, нерешенные проблемы, примирение с мужем, помощь лучшей подруге. Вот главное. Самой не верится, что я так долго этого не понимала.