Сглаз - Томас Олд Хьювелт

Значит, камеры наблюдения, приложения СГЛАЗ и система оповещения действительно гроша ломаного не стоят? Неужели все рухнуло?

У нас больше не получится поддерживать глобальную иллюзию безопасности, понял Грим, мы окончательно провалимся в Средневековье, а то и в преисподнюю.

Он очень сомневался в том, что они выкрутятся.

Аварийный генератор заупрямился. Даже искры нет. В дрожащем свете фонаря Марти возился с топливным насосом. Его лоб блестел от пота. Они проверяли проклятую штуковину три недели назад, и тогда она работала как часики. Это обескураживало. Сколько бы они ни пытались, бывший туристический центр «Пополопен» пребывал в темноте. Мысли Грима замельтешили в голове.

Что же это был за удар? Что почувствовал каждый из нас?

На перекрестке рядом с церковью Пречистого Мета атмосфера накалялась. Уоррен Кастильо носился туда-сюда, пытаясь совладать с ситуацией. Он был вынужден продираться через толпу взвинченных горожан. Люди хватали его за рукава, задавали вопросы, но у него не было ответа. Он не мог утешить эти отчаявшиеся души.

В полшестого в «Пойнт Ту Пойнт» набилась пара сотен человек. Служащие отеля нашли канделябры и зажгли свечи. Уоррен выяснил, что некоторые примчались в Блэк Спирнг с такой скоростью, будто за ними гнался сам дьявол, – и заперлись в своих дома.

Лишь сейчас они осмелились покинуть свои жилища.

Поначалу он отмахнулся, решив, что у страха глаза велики. Но потом увидел «Шевроле» Рэя Даррела с надписью «Срочная Покраска». Автомобиль стоял поперек Дип Холлоу Роуд со включенными фарами, свет которых рассекал тьму. Блокада. Показалась фигура Даррела, он приблизился к толпе и воздел руки.

– Не выходить из города! – крикнул он. – Нам угрожает опасность! Слушайте меня! Оставайтесь в Блэк Спринг!

Толпа забурлила.

– О чем ты говоришь? – спросил кто-то.

– Никому нельзя отсюда уходить! Мы можем окочуриться!

Уоррен протолкался вперед и зашипел на Даррела:

– Ну-ка полегче, чувак. Что ты мелешь?

– У них есть все причины бояться, – совершенно искренне ответил Даррел, и Уоррен вдруг понял, что маляр и сам до смерти перепуган.

– Что случилось?

– Между прочим, приятель, я видел, что у Круглого Пруда полный порядок с электричеством. Но как только я сел в машину и собрался выехать из Блэк Спринг, что-то… что-то остановило меня. Не знаю, как это описать. Будто поперек дороги натянули невидимые резиновые жгуты, которые сразу тянут тебя обратно. Клянусь, парень! Представляешь, какой кошмар? И ты их чувствуешь…

У него дрогнул голос.

– Я еще не успел до поля для гольфа доехать, а уже захотел застрелиться. Просто хотел вытащить из багажника мой «Ланкастер» и размозжить себе голову. А у меня трое детей, я в жизни не думал о таком.

Он помолчал.

– Все очень скверно, – добавил Даррел. – Без дураков, Шерлок.

Его слова будто стали сигналом для остальных, что пора терять рассудок. Эффект домино. Зашептал один, заголосил другой, пара человек вспомнили про супругов или родных, которые не вернулись с работы. Паника нарастала. Она прокатилась по толпе как волна.

Уоррен озирался по сторонам. Он не узнавал своих знакомых, горожан, рядом с которыми родился и вырос. Его тело одеревенело настолько, что он не мог заставить себя пошевелиться. Его обучали не поддаваться страхам, слухам и суевериям. Он попытался заставить себя актуализировать свои эмоции, чтобы можно было проанализировать их и отмести, поскольку в них не было ни капли здравого смысла. Но не смог. Что, если на сей раз все было обоснованным? Вдруг они действительно отрезаны от остального мира и окутаны тьмой? Быть может, в Блэк Спринг никогда не наступит утро и никто из них не увидит рассвет…

Что еще припасла им эта бесконечная ночь?

С востока донеслись громкие вопли. На небе не было ни луны, ни звезд, и на Дип Холлоу Роуд царила кромешная темнота.

«Что там стряслось?» – подумал Уоррен, уставившись в одну точку.

Ветер трепал его волосы. Глаза Уоррена заслезились, он замерз, но не мог уйти отсюда.

Ночь принадлежала Катерине.

Мысль пришла будто из ниоткуда… и он понял все.

Тьма извергла из себя троих мужчин. Они бежали к толпе, размахивая руками и продолжая что-то орать. Спотыкаясь, они постоянно оборачивались на ходу, словно их преследовал призрак или кто-то похуже. Очутившись в круге света факелов и фонарей, они чуть притормозили перед горожанами.

Физиономия одного из мужчин напоминала клоунскую маску. Он расцарапал себе лицо ногтями до крови – свежие отметины расходились в разные стороны, как солнечные лучи.

– Ее глаза! – закричал он. – Они открыты! Мы сами видели, она была там! Спасайтесь от ведьмы! Бегите!

Настал роковой час Блэк Спринг.

Обитатели города, запертые в Блэк Спринг и изнуренные злыми чарами, кинулись врассыпную.

Злой рок сделал их пленниками этого места, и никто не возвысил голоса своего выше голоса ближнего своего. Никто не страдал менее, чем ближний его. А в хаосе были свои правила, некая безумная солидарность. За считаные секунды иллюзия человеческой индивидуальности рассеялась, и в коллективном сознании Блэк Спринг воцарилось лишь одно желание. Люди стали сутью Блэк Спринг, и Блэк Спринг пал. С предсмертным воплем, первобытным. Прочь! Прочь от ее злого глаза!

Масштабы катастрофы были неописуемы. Люди мочились под себя, орали до хрипоты, давили друг дружку и молили небеса о пощаде. Дергали соседей за руки и за волосы. Чтобы новости распространились, не нужно было никакого приложения: через минуту живущие на окраинах Блэк Спринг уже были в курсе.

Однако Катерина не появлялась. Она, вероятно, была чем-то занята.

Но людям не хотелось знать, что она делает. Кое-кто схоронился в своих домах, причем многие принялись заваливать окна и двери чем придется. Срывающимися голосами читали молитвы. Были те, кто вскрывал себе вены или проглотил содержимое всей аптечки.

В принципе, каждый из них подозревал о том, что конец света может наступить. Даже самые наивные из них порой думали о подобном развитии событий.

Правда, никто из горожан не сумел бы предсказать, что последует дальше.

И они поняли, что умереть, не узнав этого, было лучше, чем попасть в кошмар наяву.

Те, чей инстинкт выживания был сильнее, пытались пересечь границу Блэк Спринг, но тотчас поворачивали обратно, осознавая, что они в ловушке. Рэй Даррел не ошибся: бедняги, которым удалось уйти дальше, сгинули во тьме.

К семи часам вечера на улицах гуляли лишь ветер и тени. Ожидаемая месть Катерины почему-то не свершилась, и люди попросту умирали под воздействием собственных страхов.

Одним из первых, кто поддался этому, стал Колтон Мэзерс. Глава Совета истово верил, что самоубийцы прямиком отправляются в ад, но Господь послал ему видение.