История призрака - Джим Батчер

Поэтому я пробежался в уме по событиям последних часов, поискал в них непонятные мне пробелы, хотя воспоминания о той ночи в магазине при заправке здорово мне мешали. Они глодали меня изнутри и решительно отказывались убираться прочь — в особенности разговор с Тем, Кто Идет Следом.

— Что важнее, — произнес я вслух. — Весь вопрос в том, что важнее.

— А? — не поняла Леа.

Я кивнул.

— Я мог бы задать вам уйму вопросов насчет моего прошлого — и вы бы мне ответили.

— Это так.

— Или я мог бы спросить вас о том, что происходит сейчас в городе. Я мог бы понять, как лучше помочь Мёрфи.

Леа кивнула.

— Однако меня послали сюда, чтобы я нашел своего убийцу, — пробормотал я. — Мне полагалось бы выслеживать его, кем бы он ни оказался, а в результате я занимаюсь чем угодно, только не этим.

— Право же, если подумать, — заметила Леа, — ты редко занимался чем-то иным.

Я даже зажмурился.

Она ответила на это своей загадочной кошачьей улыбкой.

— Ну и стерва же вы! — вздохнул я. — Вам ведь нравится проделывать это со мной.

Леа выразительно опустила глаза и затрепетала ресницами.

Я смерил ее хмурым взглядом и скрестил руки на груди. Леа принимала участие в моей жизни с самого моего рождения, а возможно, и раньше. Она могла бы поведать мне уйму сведений, которые мне до смерти хотелось бы узнать с тех пор, как я вообще начал задавать вопросы. Она была также в курсе всех текущих событий. Все высшие сидхе — настоящие фанатики по части сбора информации, и в этом смысле моя крестная не исключение. Разумеется, они охраняют свои знания с ревностью дракона, стерегущего сокровища, поэтому и делятся ими на редкость неохотно.

Сидхе не дураки. Информация куда ценнее золота — в любое время дня и ночи.

Поэтому я вернулся к моему первому вопросу. Что для меня важнее всего? Что важнее — выкапывать тайны из моего прошлого? Информация, необходимая для того, чтобы шагать в будущее? Или помочь моим друзьям и близким сейчас, сегодня?

Угу. Какие уж тут сомнения...

— Что вы можете мне рассказать о Собирателе Трупов, ее возможностях, ее целях? — спросил я.

Леа помолчала, обдумывая ответ, и кивнула:

— Существо, о котором ты говоришь, действует исключительно в собственных интересах. После того как тело, в которое она вселилась на тот момент, погибло от руки дерзкого, импульсивного и весьма опасного юного чародея, дух ее остался без вместилища. Ей потребовалось несколько месяцев на то, чтобы начать действовать хоть как-нибудь, и даже тогда сил на то, чтобы обращаться в мире смертных, у нее имелось ничтожно мало. Ее круг общения ограничился редкими смертными, способными ощущать таких, как она. Поэтому она отыскала их и принялась ими манипулировать, создав из них группировку, с которой ты уже познакомился. Целью ее является обрести себе с помощью сподвижников, как духовных, так и материальных, новое тело подобающей ей силы...

— Прошу уточнить, — перебил я ее. — Вы имеете в виду тело, обладающее магическими способностями?

— Значительными магическими способностями, — кивнула Леа, сделав ударение на слове «значительными». — Пока Собиратель Трупов обреталась в смертной оболочке, Даже тел с зачатками таких способностей хватало ей для того, чтобы действовать в полную силу. Однако твоими стараниями — и, кстати, подобно тебе же, мой милый крестник, — она переступила порог, отделяющий жизнь от смерти. Теперь ей необходимо тело со значительным магическим потенциалом, ибо только так она сможет, оказавшись в нем, использовать свой дар.

Я задумчиво побарабанил пальцами по губе.

— То есть вы хотите сказать, Морти — полноценный чародей?

— В отдельных аспектах, мой милый крестник, он сильнее тебя. И он на порядок прагматичнее тебя: он почти полностью избежал внимания Белого Совета, а уж о его подлинных способностях не знал даже ты. Собиратель Трупов захватила его. Вне всякого сомнения, она намеревается использовать в своих целях городских мертвецов и утвердиться здесь в качестве главного городского мага.

Я зажмурился.

— Но зачем? Я хочу сказать, если она так сделает, она привлечет внимание Совета, а она ведь до сих пор в списке тех, кого ищут живым или мертвым, но мертвым предпочтительнее.

— Не привлечет, если будет выглядеть мелким эктомантом, — возразила Леа. — Она просто будет умело прятать свои способности, прибегая к ним только в случае крайней нужды.

— Но зачем ей вообще идти на такой риск? На кой ей сдался Чикаго?

Леа нахмурилась так, что ее ало-золотые брови сдвинулись вместе.

— Не знаю. Однако же из тех, с кем можно заключать сделки, фомор едва ли не самый опасный партнер.

Я заломил бровь. С учетом того, от кого я это слышал, звучало зловеще.

— По моему суждению, — продолжала она, — единственная причина, по которой она пошла на сделку с фомором, — это возможность обосноваться здесь... не исключено, что в качестве их пользующегося относительной независимостью вассала.

Я насупился мрачнее тучи.

— Что ж. Значит, этому не бывать. Это мой город.

Крестная рассмеялась своим напоминающим звон серебряного колокольчика смехом.

— Правда? Даже сейчас?

— А то, — буркнул я и задумчиво провел рукой по подбородку. — Что случится, если она одолеет Морти?

Леа подняла на меня удивленный взгляд.

— Она победит. А что?

Я отмахнулся.

— Да нет же. Как мне выгнать ее из его тела?

Глаза ее чуть сощурились.

— Мне известен один-единственный метод, но его ты уже использовал.

— Черт. Значит, — тихо пробормотал я, — мне надо одолеть её прежде, чем она одолеет Морти.

— Если ты желаешь сохранить его жизнь — да.

— И — судя по разговору с парнем-Прислужником — мне лучше разбить её союз с фомором прежде, чем он успеет окрепнуть.

— Что ж, разумно, — согласилась Леа.

— Кстати о фоморах, — спохватился я. — Я хочу сказать, мне же о них почти ничего не известно. Почему это они здесь, в Чикаго, сейчас повсюду? И кто они вообще такие?

— Когда-то давным-давно они враждовали с нашим народом — и с Зимой, и с Летом, — ответила крестная, и ее изумрудные глаза уставились в какую-то неведомую даль. — Мы изгнали их в море. Теперь они скитальцы из мифов и легенд, последние боги и демоны всех земель, омываемых морями. Поверженные титаны, сброшенные с пьедестала боги, темные отражения порождений света. На деле это не один народ, но множество, объединившихся под знаменем фоморов ради общей цели.

— Отмщения? — предположил я.

— Именно так. И цель эта достижима только при наличии силы, а возможности к этому открыло падение Красной Коллегии. Полагаю, я более чем полно ответила на твой вопрос.