Ходячие мертвецы. Вторжение - Роберт Киркман

Дэвид слишком устал для того, чтобы смеяться, поэтому он просто ухмыльнулся. Покачал головой и коснулся щеки жены.

– Почему бы нам не пойти и не попытаться заняться тем же, чем занимаются все спящие люди?

Она собиралась ответить, когда снаружи, за стеной, в шуме ветра послышался какой-то странный звук.

Они переглянулись. В конце концов Барбара произнесла:

– Может, они и евреи… но с каких пор они научились водить машину?

Дэвид повернулся и поспешил обратно к лестнице, схватил бинокль и поглядел во тьму за городскими окраинами. Сначала он увидел свет фар, а потом опознал машину.

– Чтоб мне пусто было! – пробормотал он и заспешил вниз по лестнице. – Ну-ка!

Он понесся к кабине грузовика, блокировавшей десятифутовый разрыв в укреплениях баррикад. Барбара побежала следом.

Дэвид схватил пистолет, забрался в кабину, врубил мотор и отъехал в сторону от входа. Барбара стояла неподалеку и держала пистолет. Она приложила большой палец к курку, когда заслышала рокот приближающегося мощного двигателя.

Дэвид сидел в кабине, готовый сразу же вернуть автомобиль обратно и закрыть проем. Сливовый «Додж Челленджер» Майлза Литтлтона, побитый, как после автомобильного дерби на выживание, влетел сквозь открытый проход и резко затормозил. Дэвид переключил передачу и завел автомобиль на прежнее место. Спешно выбрался наружу с улыбкой на лице.

– Слава Богу! – произнесла Барбара, опуская пистолет и прижимая ладонь ко рту. Ее глаза наполнились влагой. Когда помятый водитель «Челленджера» открыл дверь, она сказала:

– Майлз, мы были уверены, что потеряли тебя!

Избитый и покрытый синяками Майлз Литтлтон выбрался из маслкара.

– Не-а! Вот он я, все такой же клевый!

Он улыбнулся краем рта. Барбара обняла юношу, и Майлз продолжил:

– И поглядите, кого я нашел. – Он показал на заднее сиденье. – Бродила там совсем одна, обезвожена по самое не могу, почти совсем испортилась!

Барбара и Дэвид склонились к двери автомобиля и увидели фигуру, свернувшуюся на заднем сиденье без звука и без движения. Барбара с трудом выдохнула:

– Она?..

– Храпит, как сапожник, – проинформировал Майлз, – сопит, как гребаный самец лося. – Он сделал паузу. – Думаю, что ей хорошенько досталось.

– Слава Богу, что с ней все в порядке, – бормотала Барбара, вытирая слезы, текущие из черных, блестящих, окруженных синяками глаз.

Дэвид осторожно открыл заднюю дверь, прикоснулся к пыльным волосам Лилли и нежно их погладил. Во сне она хмурила лоб, на лице – странное выражение. Дэвид подумал, не снится ли ей кошмар.

– Может, нам стоит дать ей поспать какое-то время? – проговорил он, отходя в сторону и тихо закрывая дверь. Взглянул на Барбару: – Думаю, она заслужила немного сна.

– Не знаю, – ответил Майлз, склонившись над панелью управления. – После того как она вырубилась, я видел в зеркале заднего вида, как она дрожит и ворочается, и прочее дерьмо в том же роде. Думаю, ей снится до усрачки страшный сон.

Дэвид на мгновение задумался, но в итоге сказал:

– Дадим ей поспать.

Он обменялся взглядом с Барбарой, потом посмотрел на Майлза.

– Каждый заслуживает шанса на хороший сон.

И вот они, все трое, собрались у переднего капота машины, опираясь о бампер и болтая. Дэвид и Барбара дали Майлзу воды и осмотрели его раны. Майлз поэтично распинался о преимуществах старой школы автомобилестроения, особенно о каркасе моделей, произведенных в 1972 году. Еще немного они говорили о событиях последних дней и терпеливо ждали, пока их подруга найдет дорогу и выберется из кошмара.

Они терпеливо ждали и будут охранять машину – если понадобится, ценой собственных жизней, – и будут продолжать ждать в мерцающей темноте этой ночи ровно столько времени, сколько понадобится Лилли, чтобы пробраться через все дебри и проблемы ее великого сна и великой мечты.