Однажды - Джеймс Герберт

Том попытался стряхнуть его, но руки эльфа оказались на удивление сильными и цепкими.

— Существует только один способ победить их, Том, так что ты должен сказать мне, как они сюда попали. В коробке?

Том с ужасом оглянулся через плечо, прежде чем посмотреть на Ригвита.

— В банке! — выпалил он. — Они были в банке!

— А! А где сейчас банка, парень?

— Я не... В кухне! Она в кухне!

— Значит, тебе придется спуститься вниз.

— Ты что, черт побери, совсем спятил?

— Самую малость. Но ты уже спрашивал меня об этом.

Небрежность его тона, однако, совершенно не успокоила Тома Эльф улыбнулся, думая, что это могло бы помочь, но какой-то жук влетел прямо ему в рот. Как и раньше, Ригвит хладнокровно выплюнул его и продолжал убеждать Тома:

— Мы пойдем вместе, но именно ты должен взять банку и выбросить ее прочь.

— Я не могу спуститься вниз! — Том услышал истерические нотки в собственном голосе, и ему стало стыдно. Он снова попытался сдвинуться с места. Ригвит вцепился в его свитер, затем запрыгнул вверх на две ступеньки, чтобы оказаться ближе к лицу Тома.

— Пожалуйста, послушай меня. Они не могут причинить тебе вред, если ты сам не позволишь им. Очень скоро ты начнешь чувствовать их щипки и укусы, но это только потому, что твой собственный ум позволяет тебе это делать, и потому, что ты этого ожидаешь. Тебе придется побороть не только их, но и свои собственные мысли. Пойдем, Том, пойдем со мной сейчас. Я буду с тобой все время.

Том ощутил, как маленькая ручка взяла его за пальцы и слегка потянула. Как будто во сне, он позволил потащить себя, поднимаясь на дрожащие ноги.

— Закрой глаза, если так тебе будет легче, — посоветовал Ригвит.

— Ты что, спятил?!

Ступеньки внизу выглядели так, как будто они покрыты пузырящимся маслом. Свободной рукой Киндред дотянулся до центрального столба и тут же быстро отдернул ее, когда дерево зашевелилось и маленькие тела на длинных ногах запрыгнули на руку. На покатой стене слева от него пауков было меньше, но из-за этого наблюдать за их быстрым бегом было еще страшнее.

— Я не могу это сделать! — закричал он, сбрасывая пауков с руки. Молодой человек хотел повернуть назад, но Ригвит, вытянувшись вверх всем телом, вновь ухватил его за пальцы.

— Ты сможешь, и ты сделаешь это. Не останавливайся и думай о чем-нибудь приятном.

У Тома не было ни малейшего настроения предаваться каким-либо размышлениям, но он сумел сравнить себя с этим маленьким человечком, который вцепился в его руку, как малыш держится за руку отца. Если уж эльф не боится пауков, то почему он, взрослый мужчина, должен трепетать перед ними? Однако логика не срабатывала. Том почувствовал, как паника опять растет в нем, целый вулкан паники, только и ждущий извержения. Как будто читая его мысли, Ригвит пробормотал несколько утешительных слов и закончил так:

— На счет «три» беги, как ветер, в кухню! Раз...

Киндред помчался вниз, молясь о том, чтобы не поскользнуться и не упасть во вспучившуюся массу, и ни на секунду не задумываясь, почему последние слова эльфа заставили его предпринять этот бросок. Возможно, где-то в глубине души он понимал, что другого выхода нет. От насекомых не скроешься ни в спальне, ни на крыше.

Внизу, на маленькой площадке, где находились двери в ванную, кладовку и кухню, слой насекомых, казалось, достигал нескольких дюймов. Это выглядело одновременно и ужасающе, и тошнотворно, и молодой человек постарался не задерживаться там — впрочем, на это просто не было времени. Схватившись за ручку кухонной двери, Том сильно толкнул ее, удивляясь, что не чувствует сопротивления, почему-то ожидая, что множество пауков с другой стороны помешают открыть ее. Свет (слишком яркий по сравнению с лунным) от лампы на потолке кухни сначала ослепил его, но глаза быстро привыкли — и едва не выскочили из орбит от зрелища, которое предстало перед ним.

* * *

Они были повсюду. Мерзкие твари покрывали пол, потолок, стены, окна, любую поверхность. Они даже взобрались на люстру наверху, избегая только саму лампочку, явно слишком горячую для них. Раковина, краны, стулья, безделушки, камин, кухонный стол, каждый предмет мебели и кухонной утвари — все кишело ими. Казалось, что комната и все предметы в ней украшены живым, движущимся орнаментом.

И несмотря на это, пауки все продолжали вылезать из открытого горла банки, разбегались в разные стороны, самые проворные особи забирались на спины более медлительных, крупные отталкивали мелких, пробиваясь к выходу, некоторые падали с потолка, как первые тяжелые капли дождя перед ливнем, или висели на невидимых нитях, как циркачи на трапециях, раскачиваясь на легком ветерке, которым потянуло от открытой кухонной двери.

Том согнулся пополам, из горла его вырвался сухой звук, похожий на тот, что издает собака, перед тем как ее стошнит, слюна потекла по подбородку.

— Двигайся! — услышал он позади команду Ригвита. — Ты не должен останавливаться ни на минуту! — Маленькие ручки подтолкнули его в икры.

Когда Тому удалось наконец выпрямиться, первым его инстинктивным желанием стало выскочить в переднюю дверь, находящуюся в нескольких футах от него, и бежать, бежать без оглядки в лес, куда-нибудь туда, где они его не догонят. Но эльф догадался о его намерениях.

— Даже не думай об этом, парень! — завопил Ригвит. — Ты никогда не сможешь вернуться, если не сделаешь то, что я скажу! Теперь возьми банку, она на столе. Возьми ее и вышвырни в дверь как можно дальше. Сделай это немедленно!

Том застонал. Перевернутая банка была покрыта пауками, равно как и книга рядом с ней, да и весь кухонный стол, включая ножки!

— Я не могу! — взвыл он. — Я не могу это сделать!

— Конечно можешь. И помни, они не в состоянии причинить тебе боль.

— Значит, они — просто иллюзия?

— Этого я не говорил. Но поверь мне, Том, они не смогут навредить тебе, если ты сам им не позволишь. Сосредоточься только на банке. Старайся не думать ни о чем другом.

Что-то упало Тому на голову, и когда он поднял руку, чтобы смести это, то нащупал нечто гораздо более массивное, чем ожидал. Он шумно втянул в себя воздух и сбросил паука, ероша волосы обеими руками, а затем затопал ногами, как ребенок, впавший в истерику. Том увидел, как серое тело и толстые ноги паука рухнули в шевелящуюся массу, пока он исполнял свой непроизвольный боевой танец. Действовать!

Страх скрылся под толстым слоем смятения и брезгливости. Забыв, что левая нога и рука не в порядке (под объединенным воздействием чудесной силы паники и адреналина), он бросился к столу, безумно размахивая руками перед собой; поскользнувшись, чуть не упал, но, к счастью, сумел сохранить и равновесие, и скорость.

Между дверью и столом расстояние было невелико, но Тому казалось, что их разделяет не меньше ста миль, — жесточайшая пытка, испытание для самого храброго мужчины. Он моментально достиг стола — потребовалось каких-то сто лет, не больше, — и замер, руки его потянулись схватить проклятый сосуд, но ум оказался не готов к этому действию. Пауки скользили и расползались по стеклянной банке, сама банка была только входом или выходом в бесконечный туннель, через который исчадия ада выползали на свет.