Большая книга ужасов. 57 - Елена Артамонова

Подвал был очень старый, как и все в этом городе, возможно, даже старше самой гостиницы. Электричество работало с перебоями: то вспыхивало, освещая заваленные хламом подвалы, то погружало их в темноту. Сопровождавшая нас женщина взяла фонарь и уверенно пошла вперед. Шагавшая рядом со мной Аннушка споткнулась, я подхватила ее под локоть, помогая удержаться на ногах.

– Оставьте меня в покое! Я не нуждаюсь ни в чьей помощи!

– Ребята, поживее! Все здесь? Не отставайте! – торопила Наталья Борисовна.

На стене висела знакомая табличка – человечек с головой-шариком выбегает в раскрытую дверь. Выход был рядом, но я сомневалась, сможем ли мы им воспользоваться. До лестницы оставалось всего несколько шагов, когда произошло непредвиденное…

– О боже! – только и сумела произнести дежурная, едва увернувшись от сорвавшегося с потолка куска штукатурки.

Мы и глазом не успели моргнуть, как рухнувшая стена преградила нам путь к свободе. От клубов пыли перехватило дыхание, раздался кашель, испуганные восклицания. Оставаться в таком месте было опасно, и нам ничего не оставалось, как вернуться к началу пути. Но подземелье не отпускало своих пленников. Дверь, в которую мы вошли несколько минут назад, оказалась намертво заклиненной. Ловушка захлопнулась, и никто не знал, что ожидает нас впереди.

Бездействие оставляло время для размышлений. Все наши ребята и еще один незнакомый парень из другой группы разбирали завал, а девчонки сидели в стороне, терпеливо ожидая результатов. «Прекрасная половина» охотно бы помогла парням, но коридор был слишком узкий, и лишние работники только мешали трудившимся в поте лица спасателям. Не знаю, о чем думали другие девчонки, но моя голова была занята анализом недавних событий. В самом деле, это «стихийное бедствие» было довольно странное. Похоже, оно затронуло всего лишь несколько номеров, а остальные постояльцы гостиницы ничего не заметили. Когда стали захлопываться двери и началась прочая чертовщина, в коридор выбежало только несколько человек из расположенных по соседству комнат. Среди них оказались все ребята из нашей группы, две говорившие на непонятно каком языке девушки и рослый парень лет двадцати. Из этого следовало, что «шоу» устраивали для узкого круга лиц, а если точнее, то лично для меня. Вероятно, за этим стояли Художник и тот, кто был его сообщником. Я посмотрела на Кирилла – он работал наравне с остальными, выглядел испуганным и ничем не выдавал себя. Возможно, я ошиблась в расчетах и помощником моего заклятого врага был кто-то другой.

– Черт! – За шиворот незнакомому парню высыпалась приличная порция штукатурки. – Таких завалов просто быть не может! Чем дальше его разбираешь, тем больше он становится.

– Точно, – согласился Дима. – Здесь что-то не так.

Продолжать работу становилось опасно. Стоило мальчишкам оттащить в сторону один обломок стены, как на его месте появлялось сразу несколько. В воздухе плавала густая завеса пыли, слышалось зловещее похрустывание.

– Думаю, лучшее, что мы можем сделать, – это ждать спасателей, – заметила Наталья Борисовна. – Очень скоро нам помогут выбраться отсюда.

– Мы ведем себя, как герои ужастиков, – вздохнула Валерия и поежилась от холода в своей ночной рубашке. – В этих фильмах люди всегда делают неправильный выбор. Бегут на верхние этажи, вместо того чтобы пробиваться к выходу, расходятся по дому в разные стороны и так далее и тому подобное. Не надо нам было лезть в этот подвал, короче говоря!

– Подвинься, принцесса! – Бесцеремонная Ирка даже в такой переделке оставалась верна себе. – Нельзя же столько места занимать!

Аннушка вскочила как ужаленная, ее глаза сверкали:

– Не подходи ко мне! Ты грубая, невоспитанная и вульгарная!

Слова блондиночки заглушил стук падавшей на пол штукатурки. Не сговариваясь, все вскочили со своих мест, спеша покинуть опасный участок подвала. Больше к засыпанному обломками стены и песком выходу никто подходить не решался. Ребята попробовали выбить ведущую в гостиницу дверь, но от ударов вновь посыпались кирпичи, и Наталья Борисовна велела прекратить эти попытки. Однако перспектива сидеть без дела и ждать неизвестно чего меня не вдохновляла. Художник заманил нас в ловушку не для того, чтобы просто напугать, – он хотел расправиться со мной, а значит, впереди ожидали новые испытания. Возможно, сейчас за дело возьмется его сообщник…

– Оставайтесь здесь, а я пойду на разведку. Возможно, из этого подвала есть какой-нибудь нетрадиционный выход.

– Все по сценарию, – криво усмехнулась Валерия. – Сейчас исчезнет Яна, потом ее отправятся выручать…

– Никто никуда не пойдет! – перебила ее Наталья Борисовна, а потом по-румынски заговорила с работницей гостиницы.

Они обсуждали мое предложение, но, увы, никаких воздуховодов, мусоропроводов и прочих нетрадиционных выходов в старенькой гостинице не предусматривалось. Я сделала вид, будто не понимаю, о чем идет речь, и скромно отошла в сторонку.

– Ты смотрела «Кэрри» по Стивену Кингу? – шепнула мне на ухо «вампирша».

– Кажется. Но при чем здесь Стивен Кинг? Нам и без него страшно.

– Помнишь, над этой Кэрри все издевались, а в результате, когда ее очень сильно разобидели, она устроила такое побоище, что мало не покажется. Она воспламеняла взглядом предметы и взрывала все на своем пути.

– Припоминаю. И что с того?

– Посмотри на нашу Аннушку. Она такая зажатая, запуганная, и дома ее наверняка все терроризируют. Чем не Кэрри? Она жутко злится на Ирку, но свою злость сдерживает.

– По-твоему, это она все устроила?

– Конечно! Во время экскурсии в Бран она поссорилась с Иркой и разбила взглядом тарелку, потом посуда начала взрываться – Ирина обидела ее за столом, наконец, мы отказались перебираться в ее номер, и тут же началось это светопреставление.

– Логично. Но разве такое возможно в жизни?

– Это случается в переходном возрасте. В домах, где живут закомплексованные подростки, начинают двигаться предметы, происходят самовозгорания, слышатся странные звуки. Некоторые думают, что это полтергейст, то есть гнев духов, а на самом деле – всплески психокинетической энергии подростков.

– Где ты только таких слов набралась!

– Телевизор надо смотреть почаще.

– Ладно, проехали. Наверное, ты права. Как ты думаешь, Аннушка знает о своих этих… психокинетических…

– Вряд ли. Она просто злится, не думая о последствиях. И чем сильнее ее гнев, тем хуже нам всем становится.

– Что же теперь делать?

– Успокоить ее. Иначе мы все погибнем. Для начала я переговорю с Иркой.

Надо признать, Валерия оказалась толковой девчонкой, несмотря на все ее вампирские бредни. Удивительно, как я сама не подумала об Аннушке? Зациклилась на кознях Художника, забыв о других вариантах… Аннушка сидела поодаль от остальных, с силой сжимала кулачки и, похоже, чувствовала себя очень несчастной. Валерия шепталась с Иркой. Тревожно мигал свет. На головы сыпались тонкие струйки песка.