Ночная жажда - Скотт Сиглер

Грохот механизмов и цепей вырвал Эгги из холодного сна. Он должен был двигаться — преодолевая тошноту и слабость, он полз вдоль белой стены. Эгги не успел собраться с мыслями, когда цепь, дернув его за шею, натянулась и поволокла по каменному полу. В самом конце он встал на ноги, уткнувшись спиной в стену.

Хомут щелкнул и застыл на месте возле самой выемки.

Распахнулась белая дверь, но на этот раз старуха не появилась.

Появились пятеро безобразных мужчин в белых робах с капюшонами. Двое из них несли длинный шест, на котором болталось безжизненное человеческое тело. Его запястья и лодыжки были привязаны к шесту. Он походил на одного из стариков из Чайнатауна – сморщенное лицо, темные с проседью волосы, красная фланелевая рубашка, надетая поверх изношенной футболки, синие потертые джинсы и затасканные коричневые рабочие ботинки. На шее незнакомца – как у всех пленников – красовался металлический хомут.

Эгги уставился на вошедших монстров. Зажмурил глаза, затем открыл их снова. В прошлый раз он пребывал под сильнейшим кайфом. Сейчас никакого кайфа не осталось.

Лица этих людей вовсе не были мордами чудовищ… это оказались резиновые маски для Хэллоуина! Свинья и волк… все, как и раньше, но теперь он видел, что гоблин – это один из мерзких зеленолицых стражников, охранявших дворец Джаббы Хатта в фильме «Возвращение джедая». И еще был краснокожий рогатый чертенок Хеллбой[25], и белолицый Хелло Китти[26]с черными усами.

Вошедшие не теряли времени. В руках у Хеллбоя был пульт, и с его помощью он немного ослабил цепь справа от Эгги. Свинорыл и Хелло Китти развязали запястья и лодыжки узника, прикрепили цепь к хомуту на шее, после чего оставили его на полу.

Он лежал, не двигаясь.

Люди в масках повернулись и направились к мексиканцу и его жене.

– Devuélvame a mi hijo, – жалобно проговорил мексиканец, не скрывая отчаяния. – A Dios le pido![27]

Но ему ничего не ответили. Маски не излучали эмоций.

Мексиканца не тронули. Вместо этого они подошли к его жене. Пять пар рук в черных перчатках потянулись к женщине и крепко схватили за руки и за ноги. Она закричала.

– No! – закричал мужчина. – Déjenla en paz![28]

Она пыталась сопротивляться, но у нее не было ни малейшего шанса.

…Его жена… Эгги вспомнил свою жену… тот выстрел в ночи… кровь…

Вопль мексиканца заставил Эгги вздрогнуть.

– Chinga a tu madre! – На губах мужчины выступила пена, его глаза сверкали безумием. – Le matare! Le matare![29]

Хеллбой нажал кнопку на пульте. Цепь женщины ослабла, так же, как когда-то – у ее сына. Люди в масках потащили ее, окружив со всех сторон.

Эгги стоял, беспомощно наблюдая за происходящим. Он ничем не мог помочь несчастной. Все, что он мог сделать, – наверное, лишь привлечь внимание к себе. Но в таком случае эти чудовища могли забрать и его. Поэтому Эгги стоял на месте, боясь пошевелиться.

Мексиканец вцепился пальцами в металлический хомут. Он напрягся, пытаясь просунуть пальцы между металлом и кожей. Задыхаясь, наклонился вперед. От ярости и нехватки воздуха его глаза выпирали из орбит.

Женщина высунула окровавленную руку, судорожно пытаясь дотянуться до своего мужа и моля о помощи.

– Гектор!

Мексиканец – его звали Гектор — ничем не мог ей помочь.

Хеллбой положил пульт в карман, затем подобрал деревянный шест и ловко подцепил металлический хомут женщины. Словно хорошо натренированный экипаж, люди в масках быстро схватили шест и потащили его по полу.

Гектор закричал что-то нечленораздельное и непереводимое. Он задергался, тщетно пытаясь разжать хомут, но тот не поддавался. Изо рта у него выступила кровь. На перекошенном от злобы и отчаяния лице уже выделялась каждая вена.

Облаченные в белое люди вышли из комнаты.

Решетчатая дверь с грохотом закрылась. Цепи ослабли.

Тяжело дыша, Гектор с ревом бросился вперед. Он сделал всего десять шагов, едва миновав дыру-туалет, прежде чем цепь натянулась и послышался характерный лязг. Тело остановилось, а ноги успели сделать пару шагов вперед. Гектор тяжело рухнул на каменный пол.

Он не пытался встать. Он начал кричать.

Ему вторило эхо от воплей несчастной женщины. Они становились все тише и тише, пока наконец не растворились в криках обезумевшего Гектора.

Эгги медленно покачал головой. Нет, этого не может быть. Не может быть. Но все случилось в реальности, и сейчас он был абсолютно трезв.

Все происходило по-настоящему.

Он пропал. Он был в полном дерьме…