Видение - Дин Кунц

«Заведение Кимбалла».

— Он воспользуется башней?

«Да. Башней Кимбалла».

— У нас всего один час, чтобы остановить его, — сказал Макс.

Лоу встал.

— Я позвоню в полицию.

— Патмору? — переспросила Мэри.

— У него есть власть.

— Но после вчерашнего он не захочет даже разговаривать с тобой, — возразила она.

— Он должен выслушать меня!

Снова прогремел гром. И ветер.

Мэри сняла руки с указателя и поежилась. Ей опять было холодно.

— А что, если Патмор согласится выставить охрану на башню?

— Так мы и хотим этого, не так ли?

— Как ты не понимаешь? — возразила она. — А если сегодня вечером будет продолжение вчерашнего? Вчера ночью убийца знал, что мы поджидаем его. А почему он не может знать об этом и сегодня вечером?

Лоу, неготовый к этому вопросу, нерешительно умолк. Поколебавшись, он схватил свой стакан и залпом допил виски.

— Может, он всегда будет опережать нас. Может, у нас нет никаких шансов схватить его. Если спиритическая доска права, если он действительно убил тридцать пять человек и его ни разу не схватили, он чертовски умен. Возможно, слишком умен для нас. Но мы должны попробовать, не так ли? Мы не можем просто так сидеть здесь и беседовать о погоде, о последних книгах, о парижской моде, в то время как он убивает!

— Ты прав, — сказал Макс.

Лоу поставил пустой стакан на стол и направился к стоявшему у входной двери телефону.

— Ты выглядишь утомленной, — сказал Макс.

— Я и чувствую себя так, — ответила Мэри.

— Сегодня мы ляжем спать пораньше.

— Если мы вообще ляжем спать.

— Ляжем. С нами ничего не должно случиться.

— У меня какие-то ужасные предчувствия, — сказала она.

— У тебя было видение?

— Нет. Просто предчувствия.

— Тогда забудь их.

— Сегодня будет много крови.

— Не беспокойся, — стараясь ее успокоить, мягко проговорил он.

Она подумала о Патти Спунер.

О Рейчел Дрейк в городском морге.

Затем это чувство: что-то находится за ней, ледяное обжигающее дыхание сзади в шею.

— Я не хочу умирать, — сказала она.

— Ты и не умрешь. Сегодня — нет, — ответил Макс.

— Ты говоришь об этом так уверенно.

— Я и уверен. Я не дам тебе умереть.

— Настолько ли ты силен, Макс, чтобы остановить то, что происходит? Ты сильнее, чем судьба?

Снова молния озарила небо. Она отразилась в глазах Макса, превратив их на мгновение в две острые льдинки.

* * *

— Полиция Кингз Пойнта.

— Пожалуйста, отдел по розыску людей.

— Я могу помочь вам, сэр?

— Нет. Мне нужен кто-нибудь из отдела по розыску людей. Вы что, не слышите меня?

— У нас нет такого специального отдела, сэр.

— Нет?

— У нас маленькое полицейское управление. Чем могу помочь вам?

— Как вас зовут?

— Мисс Ньюхарт.

— Меня зовут Ральф Ларссон. Я хотел бы поговорить с полицейским.

— У нас сегодня дежурят только два полицейских.

— Мне будет достаточно и одного.

— Они патрулируют улицы.

— Черт побери, у меня исчезла дочь!

— Сколько лет вашей дочери, сэр?

— Двадцать шесть. Она была...

— Как давно она исчезла?

— Слушайте, мисс Ньюхарт. Я нахожусь в Сан-Франциско. Я живу в Сан-Франциско, а моя дочь живет в Кингз Пойнте. Я разговаривал с ней по телефону неделю назад. С ней было все в порядке. Но сейчас, когда мне кажется, что с ней что-то случилось, я не могу просто прыгнуть в машину и проехать несколько сотен миль, чтобы просто в этом удостовериться. Она должна была позвонить мне в сочельник, но не позвонила.

— Может, она поехала на вечеринку?

— Я успокаивал себя, что она позвонит сегодня, в течение дня, но она не позвонила. Я пытался сам дозвониться до нее, но у нее телефон не отвечает. Черт возьми, это совсем на нее непохоже! Непохоже на нее забыть о своей семье в Рождество.

— Может, вам попытаться позвонить ее друзьям? Они могут быть в курсе.

— Я не знаком с друзьями Эрики.

— Может, соседям...

— У нее нет соседей. Она...

— У всех есть соседи.

— Она живет в одном из трех домов в Саус-Блаф в конце вымощенной дороги. И она только одна, кто живет там круглый год.

— Знаете что? Я постараюсь сделать все, чтобы ваша дочь позвонила вам сегодня вечером. Почему бы вам не положить сейчас трубку и не подождать? Если она не позвонит сегодня вечером, тогда звоните нам завтра.

— Вы серьезно?

— Да, пока мы больше ничего не можем сделать.

— Что вы имеете в виду?

— Есть порядок в этом полицейском управлении, да, впрочем, и в остальных тоже, что они не ищут взрослых, пропавших менее чем за сорок восемь часов до подачи заявления.

— То есть, вы начнете ее искать только в том случае, если ее нет уже целых двое суток?

— Таков наш порядок.

— Хорошо, а откуда я знаю, что она не пропала на следующий день, после того как позвонила мне, то есть шесть дней назад?

— Вы сказали, она должна была позвонить вам вчера вечером.

— И не позвонила.

— Значит, официально она считается пропавшей со вчерашнего дня.

— О Боже!

— Извините. Такой порядок.

— А если бы моей дочери было лет десять, а не двадцать шесть?

— Это другое. В отношении детей у нас другой порядок. Но ваша дочь уже не ребенок.

— Значит, ваши сотрудники займутся этим вопросом только завтра вечером?

— Верно, сэр. Но, сэр, я уверена, ваша дочь позвонит вам гораздо раньше.

— Мисс Ньюхарт, меня зовут Ральф Ларссон. Я уже говорил вам, но я хочу, чтобы вы запомнили мое имя. Ральф Ларссон. Я адвокат. И очень влиятельный адвокат. И я хочу сказать вам, мисс Ньюхарт, если ваши полицейские не проверят дом моей дочери сегодня, и не просто сегодня, а в течение ближайшего получаса, и если позже обнаружится, что с ней что-то случилось, начиная с этого момента и до завтрашнего вечера, я приеду лично в Кингз Пойнт и найду у вас там хорошего прокурора. И следующие несколько лет моей жизни я посвящу тому, что сделаю невыносимой вашу жизнь и жизнь ваших начальников. Я уничтожу ваше полицейское управление, и я уничтожу вашего шефа вместе с его дерьмовым порядком. И даю слово, мисс Ньюхарт, я уничтожу и вас, я вытяну из вас все, что вы заработали на этой работе, и все, что вы еще надеетесь заработать. И, даже если я не выиграю процесс, вы разоритесь, оплачивая своих адвокатов. Вы хорошо поняли меня?