Попрыгунчики на Рублевке - Глеб Соколов

– Виктор Викторович… – Голос молодой женщины сбился на легкий хрип. Она кашлянула, улыбнулась – постаралась сделать это как можно более обворожительно. – Уважаемые господа… Взлетаем: прошу вас пристегнуть ремни.

Килин, сидевший в компании Таштаголова и Махмута на борту маленького реактивного самолета, с испугом покосился на стюардессу: произнесла дежурную фразу завораживающим голосом, словно хотела загипнотизировать пассажиров. Кругом гипнотизеры?..

Вдруг эта высокая красавица в синей, отлично сшитой из дорогого материала форме не смогла совладать с собой и расхохоталась.

Пассажиры позднего рейса – всего их было трое – были в пижамах. Правда, на одном лишь Тоштаголове наряд для сна – подлинный. Шикарные штаны и куртка с большими карманами и перламутровыми пуговицами – цветастая аляповатая ткань в восточном стиле выдавала происхождение этого костюма откуда-нибудь из азиатских стран СНГ. Под пижаму Алик надел белую рубашку с большими жесткими манжетами, прихваченными запонками. В них крупные рубины оправлены в золото. Непостижимо, но рубиновые запонки в сочетании с пестрой курткой смотрелись отнюдь не безвкусно. Появись в этом ночном костюме, бирюзовых носках, черных замшевых туфлях, с пальцами, унизанными перстнями, и массивным «Ролексом» Тоштаголов где-нибудь на городских улицах, – никто бы не понял, что он в одежде для постели.

На владельце реактивного самолета Викторе пижамной была только куртка. Да и та, как прикидывал Килин, сшита накануне вечеринки каким-нибудь лондонским портным, – специальный заказ передан из Москвы по телефону. Куртка была воистину для сна, но так со вкусом сшита и из ткани столь высокого качества, что вполне могла быть принята за некую дизайнерскую клубную вещь в ультрасовременном стиле. Глядя на Махмута, посторонний человек ни за что бы не сказал: «Надо же, человек в пижаме!»

Килин вместо одежды для постели надел летний полосатый костюм – странную вещицу, купленную им когда-то в Мексике.