Большая книга ужасов-60. Тьма из подвалов. Черная пустошь - Роман Волков

Поколебавшись мгновение, учитель физкультуры оперся о протянутую семипалую ладонь, поднялся и кое-как утвердился в вертикальном положении.

Змеекожий приобнял его за талию, помогая удерживать равновесие, и сделал первый шаг.

Несколько сот шагов прошли в молчании. Палычу очень хотелось спросить, знает ли Василий о причинах своего такого разительного отличия от обычных людей, но так и не придумал, как задать этот вопрос корректно, и решил отложить выяснение до более удачного момента.

Сам же местный житель, казалось, не особо стремился к разговору: он настороженно оглядывался по сторонам и иногда поднимал лицо к темному небу, высматривая там что-то, ведомое ему одному.

– Вас беспокоит что-то?

Глаза-гнилушки сверкнули в сторону Палыча.

– Быыыыстрррр.

– А что такое?

Василий помолчал немного, и Валерий Павлович уже решил, что не дождется ответа, но голос снова прошелестел:

– Луууна крууууугл. Секааачиии.

– Что?

– Быыыыстр.

Казалось, странный спаситель Палыча говорит больше сам с собой, чем отвечая на вопрос спутника. Притом в голосе его слышалось явное беспокойство, и в душу физрука, только-только немного успокоившуюся, снова стали заползать недобрые предчувствия. А опять заволновавшись, отступать он был не намерен – хотелось все выяснить до конца. Как известно, знакомое зло не так страшно, как неведомое.

– Секачи? Это громадные твари, на кабанов похожие, что ли?

Мутант остановился:

– Гдииии?

– Я от одной такой сюда и прибежал. Она не пошла следом, на границе леса остановилась.

– Луууна прохооода не открыыылллл. Повезлллло.

– Какого прохода? Куда?

– Сююююдаааа.

Несколько сот метров двое очень разных людей прошли в молчании, думая каждый о своем, как внезапно бархатный полог беззвездной ночи разорвал какой-то невероятный вопль-визг.

– Сееекачиииии, – выругался житель Пустоши и, отпустив Палыча, быстро развернулся в сторону, откуда они пришли и откуда донесся этот леденящий душу звук.

Валерий Павлович был уверен, что ни одно животное на земле не способно издать подобный крик. Даже самое экзотическое. Ему доводилось слышать, как ревут лоси и олени, даже трубный клич слонов и надсадное рычание льва он когда-то слыхал (ходил со школьниками в цирк на представление), но тот звук, что сейчас несся сквозь ночную пелену, не принадлежал миру людей. Вслед за воплем задрожала земля.

Каким-то чудом физруку удалось устоять, сохранив шаткое равновесие, как внешнее, так и внутреннее. Присутствие мутанта (пусть тоже похожего на монстра, если не на саму Смерть, как ее изображают в сказках) помогало ему сохранять присутствие духа. Он глянул на своего спутника – тот походил на изломанную палку, на вершине которой тускло светились два маленьких огонька. Житель Пустоши извлек из-под своей одежды что-то длинное и поблескивающее на острие металлическими искорками. Оружие было странным, больше всего оно напоминало железный прут, сильно заостренный на конце.

– Назаааад идиии, – скомандовал Василий, махнув себе за спину.

Валерий Павлович хотел возразить, но, глянув на себя, свою экипировку и пустые руки (фонарик, судорожно зажатый в правой ладони, не в счет), понял, что вряд ли сможет оказать хоть какую-то ощутимую помощь своему спасителю. Но, как ни странно, именно сейчас у физрука открылось «второе дыхание». Конечно, ему было страшно, но этот страх не имел ничего общего с тем паническим ужасом, который гнал его сегодня через лес и потом от застывшего на краю леса монстра. Сейчас нервы Палыча натянулись, будто гитарные струны, готовые в любую секунду грянуть бешеную тарантеллу. Чтобы не стоять столбом и, может быть, все-таки помочь Василию, учитель физкультуры быстро заскользил лучом фонаря по земле, выискивая хотя бы несколько более-менее увесистых булыжников, которые можно было бы использовать как оружие. Однако пространство вокруг было совершенно голым, даже мелкие камушки не попадали в слабый кружок желтого света – только потрескавшаяся угольно-черная почва.

И тут раздался второй вопль-визг. Совсем рядом, казалось, буквально в паре шагов. Инстинктивно Валерий Павлович развернулся на звук, освещая пространство перед собой фонарем. И робкий свет уперся прямо в огромное свиное рыло всего в полутора метрах от двух людей, казавшихся на его фоне игрушечными солдатиками. Свет отразился от глаз чудовища, видимо, его ослепив, потому что секач разинул пасть и снова заорал. В это же мгновение Василий сделал почти неуловимое движение, всадив свой прут-клинок прямо чудовищу в пасть и резко отпрыгнув в сторону, увлекая за собой и Палыча. Они покатились по земле, а огромный кабан с вытянутым, как у крокодила, рылом несколько секунд, качаясь, постоял на месте и с оглушительным грохотом рухнул на бок, заливая и так черную землю еще более черной, пахнущей падалью и сырой почвой кровью.