Канал имени Москвы. Лабиринт - Аноним

Аква порывалась было что-то сказать, но хозяин уже смотрел в другую сторону, видимо, сегодня Храм Лабиринта как магнитом притягивал его взор.

– Ты считаешь, что там нет места, которое вас связывает, молодой гид, – произнёс он. – Возможно, ты прав, а может, чего-то не знаешь. Чего-то не учёл. Но вспомнить ли надобно, или постараться узреть грядущее – тут старик Суворов тебе не помощник. Скажу только, что пока он спал, Лабиринт, мои псы-оборотни бегали там и кое-что видели. Расскажут, может, оно и пойдёт тебе на пользу.

Замолчал, глядя в невидимую даль. Произнёс очень тихо:

– Там очень много прошлого… И сны.

Затем посмотрел на двух братьев-воришек, лицо Брута теперь казалось фарфоровой белизны.

– Значит, подставили вас монахи? – с усмешкой заключил хозяин. – Ждут с Книгой?

Ещё немного помолчал. Задумчиво, ни к кому не обращаясь, протянул:

– Что ж, это не так плохо… Вовсе не плохо!

Перевёл взгляд с одного брата на другого, будто что-то взвешивая в уме, внимательно посмотрел на Хому и спросил строго:

– Так ты уверен, что вас действительно никто не видел? И не сможет опознать? «Коллекционер», монахи?

Хома растерянно уставился на старика, явно вновь перепугавшись, потом сообразил, о чём его спрашивают, закивал:

– Обижаешь, добрый хозяин. Нас, конечно, провели, но мы профессионалы! Никто не опознает, уж за это я ручаюсь.

– Профессионалы?! Ну-ну… – Суворов удивлённо улыбнулся воришке. А затем поинтересовался у Фёдора: – Скажи, молодой гид, слышал ли ты о троянском коне? Полезная штука в искусстве войны, признаюсь тебе. И князь-фельдмаршал Суворов не раз её применял.

Фёдор ответил ему непонимающим взглядом, затем усмехнулся и посмотрел на Книгу.

– Смотрю, догадался? – В глазах старика, наконец, опять заплясали хитрые огоньки. – Да, я об этом.

Он круто развернулся к своим чудо-богатырям, запахивая плащ:

– Никогда Суворов не избегал драки. – В голосе неожиданно зазвучала лихая радость, давно забытый задор. – Я Его отвлеку, но момент будет короткий. Жди от старика полевую почту, молодой гид. Везде! Нарочных моих узнаешь, порой они… так что не обессудь. Ну что ж, чудо-богатыри, тяжело в учении, легко в бою. Перья и листы бумаги! Слово в слово. И мне нужны мои адъютанты! Все четверо.

В ответ на удивлённый вопрос в глазах Фёдора старик пояснил:

– В разное время… Их было четверо. Война, знаешь ли, забирает всех без разбора. Особенно тех, кто тебе дорог.

Обратился к Хоме:

– Можешь ли ты помочь своему брату? Сколько это обычно длится?

– Так вот же… из-за проклятущего яда перемена пошла… – начал было Хома.

– Сколько?!

– Может, день, а может, два. А может, и несколько часов. Есть один отвар…

– Хорошо, получишь всё необходимое. Всем за работу!

И весь военный лагерь пришёл в движение. А хозяин, фельдмаршал Суворов, князь-призрак, уже не оборачиваясь к Фёдору, тихо произнёс:

– А тебе пора собираться, молодой гид. Молодец, что не спросил, почему тебя так зову. Но не только от Харона слышал о тебе. Тайный слух плывёт по каналу, да не всем ушам слышать надобно. Скажу только, что прощён ты. И это все мои слова, дальше молчание – золото. Пора, молодой гид! Что-то мне подсказывает, что ты больше никогда не вернёшься в Рождественно.