Девушка из чернил и звезд - Киран Миллвуд Харгрейв

– Изабелла, смотри!

Я заморгала, ослепленная полуденным солнцем.

– Что такое?

Внезапно сон как рукой сняло. Земля впереди резко уходила вниз, срывалась в никуда. Только я знала – не в никуда…

Это был Аринтан. Мы приближались к краю хребта, по которому шли несколько дней назад в противоположном направлении.

Пабло опустил меня на землю и придержал, пока в ногах не восстановилось кровообращение.

– Почти дома.

Я подошла к краю водопада.

– Высоко.

Люпе тоже посмотрела вниз, потом передала мне Мисс Ла и, не говоря ни слова, стала спускаться по склону. Подобрав юбки, она легко скакала с камня на камень и завершила спуск изящным прыжком в воду. Потом, также не прилагая видимых усилий и даже не запыхавшись, поднялась наверх. Я наблюдала за ней с открытым ртом.

– Неплохо.

– Задавака, – проворчал Пабло.

Я уже повернулась, чтобы отчитать его, когда почувствовала это: внутри все скрутилось и затянулось. Пабло поморщился и схватился за живот.

– Что это?

– Нет, о нет, – застонала Люпе. – Нет, нет, нет!

– Бежим! – крикнула я, и в этот самый момент за спиной Пабло возникло громадное чудовище.

Но было поздно. Пабло обернулся и смотрел на тибицена – шерсть на спине монстра встала дыбом, пасть распахнулась, извергнув оглушительный, раскатистый, словно со скалы обрушился камнепад, рев.

– Помоги! – крикнула я, упираясь в булыжник у края водопада.

Пабло поднял его, подождал, пока чудовище приблизится, и швырнул с такой легкостью, будто это был голыш с берега. Камень угодил чудовищу в лапу.

– Давай! – Я подтолкнула Люпе к краю хребта, бросила ей квохчущую Мисс Ла и оглянулась. Тибицен поднялся, но стоял определенно с трудом, и его задняя лапа висела как-то неестественно.

Пабло подтолкнул меня к обрыву, схватил за руки и, опустив насколько мог, отпустил. Пролетев несколько метров, я шлепнулась в мягкую жижу рядом с Люпе. За мной последовал Пабло, и звук, с которым он приземлился, напомнил падение Габо в шахту. В этот миг, в это чудесное, длиной в удар сердца, мгновение, я поверила, что у нас получилось, что мы спаслись.

Но уже в следующую секунду тибицен навис над водопадом, готовясь к прыжку.

– Дорога там! – крикнул нам Пабло. – Бежим!

Я кинулась было за ним, но тут Люпе споткнулась и ударилась о каменную стену. Мисс Ла, вырвавшись на свободу, заковыляла к деревьям. Я оттолкнула Пабло и, подбежав к Люпе, попыталась помочь ей подняться, но она повисла у меня на руках мертвым грузом и, скованная ужасом, не сводила глаз с чудовища над нами.

Сила инерции увлекла Пабло дальше, и теперь он пытался вернуться.

Слишком поздно. Пронесшись над нами грозовой тенью, покалеченная тварь грохнулась между ним и нами и повернулась к водопаду. К нам с Люпе.

Оставшись безоружным, Пабло поднял первый попавшийся камень и метнул в тибицена, но снаряд лишь зацепил мохнатый бок.

– Беги! – крикнула я из последних сил. – Ты должен предупредить Громеру!

С растянутых в злобном оскале губ монстра капала на землю черная слюна.

– Я вас не брошу! – Пабло схватил жердь из кучки дров, заготовленных нами несколько дней назад, и ткнул острым концом в раненую конечность жуткого пса.

Тот взревел от боли и, позабыв о нас с Люпе, обернулся и взмахнул лапой. Когти рассекли воздух и задели лицо Пабло.

Я видела, как закатились его глаза. Видела, как он упал, недвижный, на берег реки и как окрасила воду кровь. Кровь Пабло.

Тибицен приподнялся, чтобы ударить еще раз. И тогда я закричала.

Я звала Пабло. Звала по имени, потому что он не умер. Не мог умереть. А еще я кричала, чтобы отвлечь чудовище от моего друга. Я кричала, и Люпе кричала вместе со мной.

Потом мы стали швырять в него камни.

Получилось.

Тибицен оставил Пабло.

Мы с Люпе умолкли и стояли, стараясь отдышаться.

Монстр готовился атаковать и не спешил.

За спиной у него, на песчаной полоске, остались следы убежавшей к лесу Мисс Ла. Но нам бежать было некуда.

Я в последний раз посмотрела на Пабло. Не поднялась ли его грудь? Не опустилась ли, всколыхнув чуть заметно белую тунику?

– Иза, – пискнула Люпе. – Что теперь?

Я потянула ее назад, через тонкую струйку воды, в пещеру. Мы отступили на несколько шагов и оказались в большой полости, куда я заходила несколько дней назад. Ощущая за спиной горизонтальные слои камня, я попыталась вызвать Габо, и тут вход в пещеру заслонила черная тень. На нас дохнуло вонью из гнили, ярости и пота. В животе у меня все смялось, перевернулось и подалось наружу. Люпе нашла и схватила мою руку.

Пес прыгнул, и Люпе толкнула меня на землю. Я ощутила порыв воздуха и сжалась, готовясь к тому, что туша обрушится и раздавит нас, вонзит свои когти и…

Но ничего такого не случилось.

С треском, от которого едва не лопнули уши, стена позади нас рухнула, и тибицен, увлекаемый инерцией прыжка, вылетел в пролом. Еще через несколько секунд до нас донесся тошнотворный хруст.

Мы замерли, припав к земле.

– Ты в порядке? – прохрипела я.

– Лучше не бывает, – пискнула Люпе.

Я нервно, с икотой, хохотнула. Живот и ребра тупо ныли. Кружилась голова.

– Надо выбираться, – озабоченно сказала Люпе. – Там Пабло.

Я поежилась, вспомнив, как тихо он лежал, и холодные спицы укололи грудь.

Люпе протянула руку, и я, взявшись за нее, оттолкнулась от стены, чтобы подняться.

Кто же знал, что делать этого не стоило.

Тишину нарушил противный звук ломающихся камней. Основание стены просело и ушло вниз. Чувствуя, что теряю равновесие, я попыталась отпустить руку Люпе, но она держала крепко.

В темную бездну мы полетели вместе.