Ночная жажда - Скотт Сиглер

Робин закончила с рентгеном и перекатила тележку обратно в смотровую. Там ее ждали Сэмми и Джимми. Они уже надели собственные средства защиты: халаты, пластиковые маски и резиновые перчатки.

– Вы, ребята, как всегда, доставляете мне лучшие подарки, – пожурила их Робин. – Как раз чтобы поднять настроение.

Сэмми улыбнулся.

– Так и есть. Громкое дело для твоего первого дня в качестве босс-леди. Ха-ха!

– Я не босс-леди, парни. Я просто исполняющая обязанности. Это временная должность.

Джимми пожал своими хрупкими плечами:

– Посмотрим, посмотрим. Я вообще-то люблю доктора Метца, но сердечный приступ в его возрасте? Вряд ли старик вернется на работу.

– Вернется, – уверенно сказала Робин. Ей, конечно, хотелось занять руководящую должность, но она знала, что пока она к ней не готова. Нужен еще годик-другой. Под руководством Метца…

– Хорошо, – сказала она, – давайте-ка начнем.

Они расстегнули молнию на мешке. Робин сразу почувствовала запах мочи. Сильный и вместе с тем какой-то особенный – тот же запах, как в тот день, когда сам Метц привез труп Пола Мэлоуни.

– Да уж, – вздохнула она. – Должно быть, в момент смерти у парня был полный пузырек.

Сэмми покачал головой:

– Необязательно. Может быть, это преступник на него помочился. Или ротвейлер.

– Тигр, – хмыкнул Джимми.

Когда человек умирает, мышцы кишечника и мочевого пузыря слабеют, это зачастую приводит к непроизвольному выделению фекалий и мочи. Вот почему она тогда не придала значения запаху, исходящему от трупа Мэлоуни, когда Метц привез его в морг. Но этот запах был несколько необычным; кроме нынешнего трупа и трупа Мэлоуни, ничто больше так не пахло. Возможно ли, чтобы убийца Мэлоуни тоже на него помочился?

– Это может нам помочь, – проговорила Робин. – Если на него помочился хозяин предполагаемого животного, то это уже кое-что.

Сэмми выпростал из мешка окровавленную руку. Они сняли отпечатки пальцев, затем взвесили и измерили труп.

– У нас есть водительские права, предположительно принадлежавшие погибшему, – сообщил Сэмми. – Парня зовут Оскар Вуди, возраст – шестнадцать лет. Мы очень скоро получим на него подтверждение, поскольку парень значится в картотеке.

– Как, уже?! – удивилась Робин. Очень печально, что дети так рано вступали на преступный путь. Неужели с этим ничего нельзя сделать? Наверное, нет. Сейчас это происходило еще быстрее, чем раньше.

Джимми начал срезать части одежды и укладывать их в пластиковые пакеты.

– У нас есть даже образцы слюны, – сказал он. – Собрали с плечевой области. Вероятно, это слюна тигра…

– Ротвейлера, – поправил Сэмми. – Робин, спасибо, что позволила нам тебе помочь. Мы сейчас перевезем труп и положим его на столик.

Робин кивнула:

– Отлично, тогда за мной.

Она вышла из смотровой и перешла в длинную, прямоугольную, обшитую деревянными панелями секционную. По всей длине помещения располагались пять белых фарфоровых столов. В настоящее время столы пустовали. Робин не раз приходилось сталкиваться с ситуацией, когда все пять столов были заняты и за ними трудились судебные медики, а в это время своей очереди ожидали еще несколько трупов, сложенных в передвижном холодильнике.

В большинстве моргов использовались столы из нержавеющей стали. Здание суда, к которому относился и морг, было построено в 1958 году. Эта комната для осмотра – с оригинальными белыми фарфоровыми столами для вскрытия и все прочее – почти не изменилась за последние пятьдесят с лишним лет. Метц часто говорил Робин, что, за исключением убранных от стен пепельниц, помещение, в основном, выглядело так же, как и в первый день его работы.

Сэмми и Джимми вкатили металлическую тележку, затем переместили тело на первый фарфоровый стол. Несмотря на свой опыт ведущего судмедэксперта, Робин не могла не содрогнуться.

Вместе с рукой оторвали и внешнюю часть ключицы, примерно на треть. Из разодранной груди торчала короткая и толстая кость. Кровь на отломанном конце ключицы уже засохла и приобрела коричневый оттенок. Робин заметила царапины на кости – полукруглые, видимо от зубов. На лице, правда, никаких подобных отметин не наблюдалось; имелись гематомы от сильных ударов тупым предметом – это могли оказаться кулаки, локти, ноги и колени.

Живот погибшего был сильно изрезан. Разорванные части кишечника свисали из него, словно кровавые серо-коричневые колбасы, усеянные желтыми шариками жира. Она поняла, что кишки вырвали, разорвали, а затем затолкали обратно. Это, похоже, было делом рук человека – животные не стали бы делать подобное…

– Есть какие-нибудь наводки на предполагаемых преступников?

– Целая куча, – ответил Джимми. – Эти больные ублюдки кровью жертвы сделали надпись: «Да здравствует король» на кирпичной стене, а также еще несколько странных рисунков. Все это есть на фотографиях, которые я для тебя приготовил.

– Хорошо, – сказала Робин. – А где же оторванная рука?

Сэмми пожал плечами:

– Мы так и не смогли ее найти.

Джимми посмотрел на часы:

– Ну, что ж. Мне пора. Отправляюсь домой. Робин, если у тебя появятся какие-нибудь вопросы, позвони мне. Хотя я уверен, что на них тебе ответят Брайан и Пукки.

Произнесенное имя тут же ее насторожило.

– Это дело ведет Брайан?

– Ну да. Они с Пукки первыми прибыли на место происшествия, – сказал Джимми. – Всё, я пошел. До скорого.

Робин бросила на Джимми раздраженный взгляд. Отбросив мысли о Брайане Клаузере, она сосредоточилась на работе. Медленно обошла вокруг белого стола. Оскар был крупным подростком. Рост пять футов десять дюймов, вес – около ста восьмидесяти фунтов. Вместе с недостающей рукой…

Наверное, руку просто выбросили куда-то, и скоро она должна отыскаться. Если она до сих пор у преступника, то, по всей видимости, он держит ее в качестве трофея. Обладатель такого трофея, по сути, серийный убийца. Или, может быть, все намного сложнее, и напавший зверь просто… съел чертову руку.

– Повреждения мягких тканей есть и на спине, – проговорила Робин. – Надо взглянуть на область лопатки. Сэмми, ты можешь перевернуть его?

Он выполнил ее просьбу. Сама лопатка осталась неповрежденной, к ней прилипли куски мяса. Робин увидела две длинные параллельные выемки, между которыми было около трех дюймов – эти линии изгибались и шли зигзагом. Она взяла камеру, наклонилась и сделала снимок. Сэмми, наверное, уже сделал кучу фотографий, но Робин хотелось самой зафиксировать некоторые участки, которые считала важными.

Оставив камеру, женщина протянула руку и потрогала изуродованное плечо подростка.

– Вы, парни, скорее всего, правы насчет животного, – сказала она. – Эти параллельные выемки напоминают отметины от собачьих укусов. Видимо, зверь вцепился в него и тряс изо всех сил.