Слепень - Вадим Сухачевский

Генералу Н. Н. Николаеву

(Сов. секретно, в 1-м экз.)

…Что на левом фланге Волховского фронта 25 февраля 1942 г. снова проявили себя «детишки», судя по всему, вылупившиеся из инкубатора Слепня (Слепченко) в Витебской разведшколе абвера. Так, в 11.00 указанного дня двое детей, по виду лет 11–12 (мальчик и девочка), проголосовав на дороге, остановили машину, в которой ехал майор штаба фронта Безыменский К. Л., голыми руками убили самого майора, а его водитель, гвардии старшина Капустин в тяжелом состоянии попал в госпиталь. Штабные документы похищены.

Придя в себя, гвардии старшина Капустин во время допроса показал, что «дети» проделывали совершенно невероятные «финты», перекатывались через сиденья машины, как ртуть, девочка двумя пальцами выбила майору Безыменскому глаза, а мальчик добил его ударом ладони по горлу. Самого же гвардии старшину спасло лишь то, что после удара по голове и по шее он притворился мертвым.

За отсутствие бдительности и за проявленную трусость старшина Капустин приговорен военным трибуналом к высшей мере наказания.

Второй случай произошел в тот же день, но двумя часами позже. Тоже мальчик и девочка, но, по описанию, уже другие, сходным образом попытались остановить машину с командиром 764-го полка подполковником Л. Д. Затеиным. Однако в данном случае подполковник Затеин, в соответствии с инструкцией, приказал водителю не останавливать автомобиль, и тогда «дети», выхватив пистолеты, начали стрелять по мчащейся машине с исключительной меткостью, так что подполковник был сразу убит (четыре пули попали в затылок), а сержант-водитель был тяжело ранен в легкое, но все-таки сумел от «детей» ускользнуть.

Однако, вероятно, он и не был целью нападения; судя по всему, «дети» получили задание убивать только старших командиров Красной армии.

В связи с этим я лично дал приказ, чтобы по близлежащим дорогам постоянно фланировал автомобиль с четырьмя хорошо обученными лейтенантами контрразведки, переодетыми в форму старшего комсостава.

В 18.00 эту машину также попытались остановить двое детей (на этот раз – девочки). Но попытка взять их живьем не удалась. Одна девочка была убита в перестрелке, другая, уже схваченная, раздавила зубами ампулу с цианистым калием.

При этом все четыре лейтенанта контрразведки были ранены, двое, лейтенант Полак и лейтенант Харченко, от полученных ран скончались на месте, а двое других направлены на излечение.

Операцию с «подставными» машинами продолжаю.

Зам. нач. контрразведки фронта

подполковник Пьяных.

Такое донесение было не первым, подобные уже приходили и с других фронтов. Да, Слепень успел развернуться на полную катушку…

Следующие три бумаги были адресованы лично наркому Меркулову.

Наркому НКГБ Меркулову

(Сов. секретно)

…сообщить, что Юрий Васильцев и Екатерина Сазерленд, считавшиеся мертвыми, вчера утром снова появлялись в известном Вам подземелье и встречались там с «монархами».

Судя по тому, что Васильцев и Сазерленд, как мне удалось узнать, проявили особый интерес к связям «монархов» в Париже, могу предположить, что они собираются в скором времени перебраться во Францию.

Вонмиглас

Наркому НКГБ Меркулову

(Сов. секретно, в 1-м экз.)

…выполняя Ваше задание, по-прежнему веду наблюдение за связями генерала ГРУ Н. Н. Николаева.

Вчера он приказал мне ехать в N-ск, а оттуда мы возвращались, везя еще двух неустановленных мною лиц, мужчину и женщину.

Генерал Н. Н. Николаев вел с ними разговор на французском языке, которого я, к сожалению, не знаю. Из того, что я понял, могу лишь предположить, что генерал Николаев готовит этих людей к заброске в Париж.

Если учесть, что Францией занимается другой отдел ГРУ, неподконтрольный генералу Н. Н. Николаеву, то могу предположить, что он действует самовольно, поэтому не исключаю, что именно он и является тем самым «кротом».

Кобальт

Прочитав копию этой сов. секретной записки, полученную им от своих лубянских друзей, майора госбезопасности А. А. Александрова и старшего майора П. П. Петрова, генерал Н. Н. Николаев усмехнулся и подумал: «Вот ты, Кобальт, и попался. Не напрасны, значит, были подозрения».

Стало быть, как он и предполагал, Меркулов держит-таки своих «кротов» в ГРУ, и не одного Кобальта, надо полагать. Ох, когда-нибудь доиграется! С его-то серым веществом! Как говорила своему недорослю Митрофанушке его матушка, госпожа Простакова: «С твоим умом – да далеко залететь!..»

Кобальту этому, то бишь личному водителю генерала Н. Н. Николаева, капитану Кособочко, ясное дело, недолго оставалось «кротятничать» и вообще небо коптить, но тут следовало повременить слегка. «Деза», которую он через этого Кобальта запустил, должна была сыграть свою роль до конца.

Другим отчетом, также полученным от А. А. Александрова и П. П. Петрова, он тоже остался вполне доволен, ибо тот был дополнением все той же парижской «дезы».

Народному комиссару Меркулову

(Сов. секретно, в 1-м экз.)

Анализ результатов прослушивания квартиры

г-жи Сазерленд на улице Горького.

Генерал ГРУ Н. Н. Николаев встречался с проживающими в данной квартире г-жой Сазерленд и неустановленным гражданином – очевидно, ее любовником (согласно скрипу кровати и вздохам, доносившимся из спальни).

При разговорах все соблюдали крайнюю осторожность, но по одной оговорке можно сделать вывод, что миссис Сазерленд со своим любовником готовятся к заброске в Париж, из чего следует, что генерал Н. Н. Николаев готовится вести какую-то свою собственную, несанкционированную игру.

Затем в квартире неустановленным образом («наружка» его не засекла) появился Афанасий Хведорук, когда-то входивший в состав группы «Медиум», созданной еще в начале 30-х годов врагом народа Г. Бокием. После расстрела Г. Бокия и расформирования группы названный А. Хведорук находится в психлечебнице с диагнозом «острая форма шизофрении». Как ему удалось сбежать из лечебницы, также не установлено.