Хочу сны. Игра уравнителей - Марк Йерго

Ньютон покачивался на качелях, во дворе, под навесом, который создал сам себе, чтобы не вымокнуть. Увидев промокшую до нитки девушку, он спрыгнул на землю и хотел сотворить зонтик и побежать ей навстречу, но всё же решил не играть в джентльменство, ведь это был её мир и её правила. Если она мокла под дождём, значит, хотела этого.

– Привет! – радостно поздоровался он, когда девушка подошла к дому.

– Здравствуй, самоучка, – с улыбкой ответила Аня тоном Гуру, и, казалось, хотела добавить что-то ещё, но взгляд её остановился на навесе. – Это что ещё такое? – неожиданно она изменилась в лице.

Ньютон обернулся на своё сооружение, затем снова посмотрел на девушку. Она была почти на голову ниже его и вымокшая выглядела совсем беззащитной. Но беспощадное выражение её лица говорило об обратном.

– Навес, – тихо ответил Ньютон.

– Серьёзно? А я думала, твой новый дом, – Аня нахмурилась. – Вижу, что навес, – её приоткрытые от негодования губы на секунду замерли. – Я ведь просила, ничего не менять здесь!

От укоряющего взгляда, полного разочарования, Ньютону захотелось застрелиться. Аня с безнадёжностью покачала головой, закатила глаза и, горько вздохнув, пошла по чавкающей траве к двери.

– Ладно, пойдём в дом, – всё же сказала она. – Только убери свой навес, пожалуйста.

Ньютон посмотрел на навес и тот исчез, освобождая ветви могучего дуба.

– Прости, я не хотел тебя расстраивать, – заговорил он, войдя в кухню-прихожую. – Просто, мне негде было спрятаться от дождя.

– Зашёл бы в дом. Двери открыты.

Перед лицом Ньютона снова зазвенели колокольчики с ангелами.

– Не хотел заходить в твой дом без позволения.

Аня ничего не ответила, только оставила мокрую обувь у двери и прошла в комнату. Ньютон присел за стол у окна и навострил слух.

– Что…? – протяжно донеслось из спальни, и тогда он довольно улыбнулся.

Из проёма показалась голова Ани и оголённое плечико:

– Ты починил дверь? – её глаза сияли от восторга.

– Просто вернул её на место, – ответил Ньютон. – Теперь ты снова можешь выходить в коридор и подглядывать, как бестолковые романтики пялятся на звёзды. Ну, или как хранители дают мне тумаков.

– Это моё любимое шоу! – Аня рассмеялась и скрылась.

Стены дома наполнились жизнью и кислородом. Ньютон, наконец, вздохнул свободно, чувствуя, что всё идёт гладко.

– Ты воссоздал её в малейших деталях! Как тебе удалось?

– Ну, не только хранители имеют хорошую память. А если честно, как я и сказал, я всего лишь вернул её на место.

– Как это? – спросила Аня.

– Нашёл её в своём подсознании, – ответил Ньютон. – Там у меня сейчас чёрт ногу сломит… Ну, и среди моего хлама была почему-то твоя дверь. Целёхонькая. Вот я и решил её вернуть.

– Спасибо. Надеюсь, это было не сложно?

– Да как будто бы нет.

Переодетая в сухую мужскую рубашку с подвёрнутыми рукавами и спускающуюся до гладких светлых бёдер, Аня вышла из спальни. В руках она держала полотенце, которым «пушила» распущенные волосы. Ньютон отвернулся к окну и принялся внимательно разглядывать фиолетовое небо. Оно нависало и клубилось над чёрной линией горизонта, очертившей острые кроны соснового леса и мутные горы.

– Значит, – заговорила Аня, бросив полотенце на спинку стула. – Теперь у тебя есть комната и тебе больше не придётся бродяжничать, – она подошла к одноконфорочной газовой плитке, поставила на неё полный чайник, зажгла огонь, и повернулась к Ньютону. – Так, когда новоселье?

– Ну, я… – Ньютон потянулся к затылку. – Нужно сначала всё обустроить. Навести порядок и всё такое…

– Успокойся, я пошутила, – Аня мимолётно улыбнулась ему и подошла к комоду, достала заварник и несколько стеклянных банок, наполненных сушёными травами.

– Да я бы с радостью…

– Не нужно, – мягко оборвала Аня. – Это единственное место на свете, где ты можешь скрыться от всего и всех, – в голосе её таилась невысказанная печаль. – Так что, мой тебе совет, поменьше открывай двери кому ни попадя.

– Хм. Гуру то же самое говорит.

На это Аня ничего не сказала. Она насыпала в заварник щепотки разных трав. Чайник на плите забулькал, из носика потянулись струйки пара.

Ньютон с изумлением разглядывал кухню, следил за процессом приготовления чая, и всё это вдруг показалось ему крайне странным и неуместным. Он никак не мог понять, почему, пока не вспомнил, что они находятся в мире снов.

Когда Аня сняла с плиты чайник и залила кипятком травы, Ньютон спросил:

– Слушай, я тут подумал. Ты ведь и сама могла вернуть дверь на место. Или просто создать новую. Но ты этого не сделала. Почему?

– Видишь ли, я не поклонница «магии».

– Но как же ты тогда попадаешь отсюда в коридор дверей?

– Никак не попадаю, мне это ни к чему, – Аня прошагала к столу и села рядом. – Я не люблю скитаться по пустой территории. Всё, что мне нужно, здесь.

Девушка была так близко, что Ньютону показалось, будто он чувствует её запах. Что-то вроде смеси пихты или можжевельника со сладкими нотками лугового зноя и каплей чистого озона. Странный, почти родной и уютный запах из прошлого. Ньютон подумал о детстве, но оно пахло по-другому, совсем неприятно – отчуждением и переездами. Этот же призрачный запах был ему раньше не знаком и знаком одновременно.

– Ньютон, Ньютон, – с нежной и сочувствующей улыбкой произнесла Аня. – Что такое двери в этом мире? Не больше, чем формальность. Так же, как и Коридор Памяти. Как и всё это, – она обвела глазами комнату. – Нашему мозгу легче воспринимать всё привычными образами. Но где гарантии того, что эта дверь вообще существует где-то, кроме фантазий?

– Не говори так, – после короткой паузы произнёс Ньютон, обеспокоенно вылупившись на Аню.

Ему и без того хватало подобных скверных мыслей, неизменно настигавших его в реальности

– Мир снов – это не просто фантазия, это – вторая реальность! – уверенно сказал он. – Если бы всё было не взаправду, то ты не была бы живой! В смысле, настоящей! Существовала бы только в моей голове, и всё. Но это же не так, правда? Была бы ты фантазией, у тебя не было бы своих мыслей и собственной воли!

– А может, я слишком своенравная фантазия? – Аня чуть подалась вперёд и посмотрела на него с лёгким дразнящим прищуром.

– Нет, – он сконфуженно отвёл взгляд. – Нет, нет, нет. Глупости. Никакая ты не фантазия.

– Разумеется, нет, – Аня отпрянула. – Я просто провоцирую тебя.

– Зачем?

– Ну, может мне интересно, как далеко ты зашёл бы, будь я твоей проекцией.

Ньютон покраснел, не зная, как реагировать. Заметив это, девушка рассмеялась: