Хочу сны. Игра уравнителей - Марк Йерго

– Хос-сопливый нос, – пропел Ньютон и несмело положил руку на худое плечо мальчугана.

Хосе моментально вытер слёзы и разулыбался:

– Сам ты – сопливый.

– Не ной. Всё получится.

– Надеюсь…

– Не «надеюсь», а абсолютно точно, – Ньютон подмигнул.

Хосе внимательно посмотрел на старшего товарища, и глаза его заискрились надеждой:

– Поможешь мне?

– Конечно. Я ведь мастер имитации, – Ньютон отнял руку и гордо вскинул подбородок. – Доверься мне, и на следующую тренировку мы поменяемся обликами, и клянусь тебе, Гуру не заметит подвоха!

Хосе восторженно визжал, хрюкал и хрипел:

– Вот это круто ты придумал! Давай же, учи, маэстро!

Иногда к их занятиям присоединялась Аня.

Впервые она появилась на практическом занятии по обмену мыслями. Это произошло на локации, укрытой тенями разрушенных зданий, плывущих по небу. В мире снов нельзя читать мысли других, но можно наладить обоюдно добровольный контакт с несколькими сноходцами.

– Эй, кто эта красотка? – шёпотом спросил у Ньютона Хосе.

– Её зовут Аня, – с невольным придыханием ответил Ньютон, не отрывая взгляда от девушки, идущей к ним навстречу.

– Красотка, – раздалось громче и грубее у Ньютона над самым ухом, и его вдруг осенило, что коротышка Хосе не мог так легко дотянуться до него.

Он обернулся и чуть не упал, увидев, что малыш стал выше него ростом, пушок под носом сменился роскошными чёрными усами, а жёлто-коричневая улыбка засияла первозданной белизной.

– Чего? – засмеялся Хосе мужским басом, довольный произведённым эффектом.

– Даже не думай, Маугли, – прошипел Ньютон и вновь повернулся в сторону Ани. – Ты же ещё ребёнок.

– Я не ребёнок!

– Все дети так говорят.

– Это вы русские можете взрослеть лет по сто! А у нас мужчина – он с рождения мужчина!

Ньютон молча улыбнулся и, покосившись на обрастающего мышцами «Маугли», сам прибавил несколько сантиметров в росте. Заметив это, Хосе тоже вытянулся. Они зло косились друг на друга, продолжали толкаться и стремительно расти, пока снизу не раздался мягкий насмешливый голос Ани:

– Эй, там, наверху!

Они опустили взгляды, и Ньютона охватил стыд: Аня стояла перед ними совсем маленькая, точно куколка.

– Привет, мальчики!

– Привет, – в один голос поздоровались они, глупо улыбаясь огромными ртами, и принялись махать девушке руками, и напрасно: Хосе нечаянно задел пролетающий около его уха небоскрёб и тот с грохотом врезался в другой, а тот в третий, и где-то вдаль озлобленно завыли хранители.

– Идиоты! – внезапно раздался голос учителя, и не успели они повернуться, как огромный великан Гуру осадил обоих мощными подзатыльниками, вернувшими учеников к прежним размерам.

Ньютон краснел от стыда перед смеющейся Аней, а смуглый коротышка Хосе только истерично хохотал сквозь прежние плохие зубы.

При Ане всё становилось другим. Ньютон чувствовал это не только внутри, но и замечал снаружи. Казалось, хранители переставали обращать на них внимание, а если над головами висели тучи, они таяли. И любой сумрак, в который Ньютон ступал вместе с Аней, рассеивался перед её ясными ледяными глазами.

Во время Аниных визитов Ньютона переполняли волнение и небывалая радость. Каждый раз он с нетерпением ждал случая, чтобы обмолвиться с девушкой словечком, или хотя бы перехватить её взгляд и заслужить обезоруживающую улыбку. И иногда ему это удавалось. Но так же при Ане Ньютон совсем не мог сконцентрироваться и то и дело совершал провалы, над которыми потешался Хосе, иногда буквально падая навзничь, дрыгая ногами и шлёпая себя по животу.

Но на одной из тренировок, когда Ньютон в очередной раз утратил концентрацию и обессиленно упал на мокрую землю, даже малышу стало не до смеха.

– Давай же, Ньютон, соберись! – с учительским терпением и усталостью в сотый раз призвал Гуру.

Они учились телепортации – сложнейшей из техник. И это место – Полигон Прыжков, по словам Гуру, подходило идеально. Полсотни похожих крутых плато с огрызками антенн были разбросаны буквально в воздухе, на большом расстоянии друг от друга. Их скалистые корни утопали в фиолетовых грозовых тучах. Наверху же, вместо неба простирался бушующий океан, грозящий обрушиться вниз, на головы сноходцев, в любой момент.

Эта локация подходила для тренировки, потому что здешние хранители обитали низко и пока не замечали четвёрку, резвящуюся наверху. Кроме того, телепортация требовала крайне детальной визуализации места назначения, а очень похожие друг на друга холмы усложняли эту задачу.

Ньютону нужно было перемещаться точно вслед за Аней. Невозможно переместиться в какое-то место, вслед за другим сноходцем, ориентируясь лишь на его место положение. Нужно точно представлять окружение места, в которое требуется попасть, со всеми его отличительными особенностями. А Ньютон то и дело путал плато и оказывался совсем не там, где нужно. Плюс ко всему, велик был риск не рассчитать силу «толчка», что угрожало падением в тучи – ещё одна причина, по которой Аня была здесь.

– Поднимись и сделай это! – снова повторил Гуру, стоящий за спиной.

– Да как мне это сделать? – Ньютон злился, тяжело дыша после тысячной попытки и впиваясь руками в рыхлую землю. – Я же не вижу отсюда ничего! Как я могу знать, что там? Всё одинаковое! Везде голая земля да камни!

– Ориентируйся на обломки вышек. Посмотри внимательно и вообрази, какой бы она предстала перед тобой, стой ты у её подножия. И не думай о камнях и земле!

Покачиваясь, Ньютон поднялся на ноги и вновь посмотрел на темноволосую девушку вдали. Она махала ему руками, а рядом с ней подпрыгивал смуглый коротышка. Затем он чуть поднял глаза и взглядом ощупал ровные очертания треугольной вышки.

Ньютон сосредоточился, почувствовал, как его внутренняя энергия сливается с энергией локации, и «прыгнул» через пространство.

Внезапно каменная твердь больно упёрлась в грудь. Ньютон оказался ничком на краю плато, и взгляд его угодил в сверкающую молниями пропасть. В лицо хлынула вода. В носу зажгло, лёгкие сдавило. Ньютон пытался закашлять беспомощно хлюпающим горлом, но не смог. Почувствовав устойчивый камень лишь под правой рукой, а под левой пустоту, он с трудом отполз от обрыва, сплёвывая воду. Всё внутри болело и стонало.

Откуда-то послышался звонкий смех. Ньютон поднял голову и сквозь слёзы увидел на соседнем холме Аню – совсем ясно и близко. Он в панике отвернулся от неё, пригнулся к покрытому сухим мхом камню и судорожно ощупал вновь появляющуюся левую руку.

Гуру возник рядом так неожиданно, что Ньютон вздрогнул и, увидев мокрые туфли учителя, задрал голову вверх. Нахмурившийся Гуру хотел что-то сказать, но, заметив неестественно меняющуюся неустойчивую телесную форму, которую ученик отчаянно старался превратить в руку, смягчился и присел.