Большая книга ужасов-33. Оттуда не возвращаются! Вкус твоей крови - Галина Гордиенко

«То ли мне все это померещилось, — растерянно подумал Сергей, — то ли оно ощущает меня, лишь когда я сам его вижу…»

— Ничего удивительного, что ты так долго не мог заснуть ночью, — услышал вдруг Сергей сладкий голос мачехи. Она мягко ему напомнила: — Ты же выспался днем, забыл? У компьютера.

— Ничего себе! — картинно возмутился Гришка. — Он еще и у компа дрыхнет! Совсем с ума сошел! Сурок, тоже мне!

Лапшин выдернул из судорожно сжатой руки Сергея диск и грубо пихнул друга локтем в бок.

— Проснись же наконец! Не забыл, нам еще к девчонкам сегодня слетать надо!

— Действительно… Если уж девочки заболели… А классный руководитель вас попросил… Сходите… — удивительно мирным тоном поддержала Гришку мачеха. Секунду помолчала и вкрадчиво предложила: — Кстати, почему бы вам как-нибудь не пригласить девочек сюда? Познакомите нас. Гриша сказал — вы чуть ли не с детского сада дружите?

Сергей внезапно почувствовал в этом невинном вроде бы вопросе какую-то опасность. Он с трудом «притушил» свои новые способности и исподлобья, осторожно посмотрел на Эльвиру.

Мачеха стояла в двух шагах от него. Она старательно улыбалась и вид имела сверхдоброжелательный. Прямо-таки сочилась медом. И все-таки… Что-то здесь нечисто! И приводить в дом Дину…

— Нечего им здесь делать, — проворчал Сергей, почти бегом спускаясь в холл. Торопливо застегнул куртку и открыл дверь. — В школе видимся, достаточно и этого.

— Ну почему же? — ласково проворковала Эльвира. — Вы можете музыку послушать, потанцевать, поболтать. Я хоть на твою девочку посмотрю. На… Дину, кажется?

— Никакая она не моя! — отрезал Сергей, вновь ощутив некую безотчетную тревогу. И, выскальзывая на крыльцо, грубо крикнул: — Эта девчонка вообще мне не нравится! Абсолютно! Она не в моем вкусе, понимаете? А у Лапшина — глюки! Кретин рыжий!!!

Лицо у Сергея запылало, и он быстро побежал вниз по ступенькам, жалея, что Лапшин припозднился и теперь грохочет своими кроссовками у него за спиной. Шел бы впереди… Сергей хищно ухмыльнулся и сжал кулаки: ох, и полетел бы сейчас Рыжий перед ним ласточкой! Все ступени своей тупой башкой пересчитал бы! В следующий раз он хорошенько подумал бы, прежде чем распускать язык…

Сергей был настолько взбешен, что едва не полез в драку, как только они с Гришкой свернули в сквер. Впервые в жизни он совершенно не боялся лапшинских кулаков! Что потрясло самоуверенного Гришку невероятно. И заставило его путано оправдываться.

Деморализованный Лапшин понес какую-то невероятную чушь. Клялся, что в последний раз он так подвел Сергея… Да он и не думал, что все всерьез… Да вообще он просто так болтал, чтобы отвлечь Эльвиру… Да, Динка — классная девчонка, он и сам в нее почти влюблен… Да черт с ней, с Динкой, не нужна она ему, Сергей — его друг, и он, Гришка, все-все понимает…

Лапшин нес невесть что, пока Сергей немного не успокоился и не перестал наскакивать на него петухом. А потом Гришка насильно усадил друга на скамью и потребовал объяснений. В конце концов, не зря же он целый час распинался перед этой Эльвирой! Кстати, вполне симпатичная тетка, когда с ней как следует разговоришься, непонятно, отчего Серый к ней так цепляется…

Сергей с ним не спорил. Помялся, подбирая слова, и начал рассказывать. Осознавая свое косноязычие, он с досадой подумал — рисовать проще. Он уже видел перед глазами эту картину в мрачноватых, ало-черных тонах: косо падающие на лестницу лучи заходящего солнца; жмущийся к перилам перепуганный мальчишка на верхних ступенях; ползущие к нему по алой ковровой дорожке зловещие черные нити… Как бесконечно длинные змеи с хищными зубастыми пастями и раздвоенными языками! И последний штрих — капающий с острых клыков этих змей яд, от которого спекаются ворсинки ковра, превращаясь в сгустки спаленной шерсти.

Услышанное потрясло Лапшина. Он ошеломленно повертел головой и невнятно пробормотал:

— Ну, влипли! А на вид, клянусь, нормальная тетка… Я даже начал подумывать, не оставить ли ее в покое? В конце концов, не ты же на ней женишься, а твой папа. А он — не младенец. Сам о себе может позаботиться… — Гришка немного помолчал и почти жалобным тоном произнес: — А ты не ошибся?

— Конечно, ошибся, — раздраженно буркнул Сергей. — И в постель я нырнул не от страха, а потому что поспать мне вдруг захотелось! Обожаю спать днем. Знаешь, это еще с детского сада у меня осталось. Нет, с ясельного возраста!

— А ведь Эльвира тебе поверила, — задумчиво протянул Гришка.

— Я действительно днем заснул у компьютера, — зло отрезал Сергей. — И голова у меня гудела, как хороший барабан. Ей ли об этом не знать?

Гришка серьезно посмотрел на друга:

— Все-таки ты думаешь, что стакан с напитком был наяву?

— Да.

— Слушай… я не понял одно… твоя мачеха — человек или нет? — Гришка смущенно помялся и торопливо выпалил: — Ты видел просто свечение вокруг нее черного цвета или что-то другое? Я имею в виду, саму-то Эльвиру ты видел?

И он мысленно потер руки: жизнь становилась все интереснее и интереснее. Было в этой Эльвире нечто… необычное, да! Она — классный противник!

— Если б я знал… Понимаешь, не понял я. Мне кажется… ее саму я так и не увидел. Только кусок тьмы в кресле. И над ним… — Сергей с отчаянием махнул рукой. — Может, я просто разглядеть ее не сумел в той дурацкой кляксе?

Гришка разочарованно проворчал:

— Мог бы присмотреться и получше! Тебя никто не торопил.

— Не получилось, — Сергей встал со скамьи и медленно побрел по аллее. — Сначала, ни с того ни с сего, у меня глаза вдруг защипало страшно, а потом эти жуткие нити из Эльвиры ка-ак полезли! Словно змеи!

— Ладно, разберемся, — Гришка сочувственно покосился на приятеля. — Не бери в голову. Не один же ты!

Друзья какое-то время шли молча, думая каждый о своем. Почти не сговариваясь, они подошли к киоску и купили по мороженому. Потом не спеша ели его, с сожалением отмечая, как все-таки быстро уменьшается в размерах сладкая шоколадная масса в вафельных рожках.

Ни Сергею, ни Гришке не хотелось говорить об Эльвире. Случившееся больше походило на сюжет для триллера, чем на реальную историю. И непонятно, как им из этого выбираться? Желательно с минимальными потерями.

Гришка едва ли не впервые в жизни был настроен серьезно. Впрочем… он всегда играл всерьез!

Выбросив в ближайшую урну цветастую фольгу из-под мороженого, мальчишки угрюмо переглянулись. Играть дальше в молчанку им обоим показалось глупым. И проблему это никак не решало.

Сергей откашлялся и почти робко поинтересовался:

— На чем ты остановился? Рассказать все девчонкам?

— Для начала — да.

— Может, не надо? Помочь они мне не помогут, только испугаются. Да и поверят ли?

— Это Ленка-то испугается? — фыркнул Гришка. — Скажешь тоже! И положиться на нее можно не хуже, чем на любого мальчишку.