Изгоняющий дьявола - Уильям Питер Блэтти

– А что случилось в церкви? – заинтересовалась Мэри Джо Пэррин.

– Это так омерзительно. – Декана передернуло.

– Расскажите, мы все равно уже не едим.

– Нет уж, увольте, – запротестовал он.

– Расскажите!

– А вы разве не можете прочитать мои мысли, Мэри Джо? съехидничал декан.

– Я могла бы, – засмеялась она, – но считаю себя недостойной вторгаться в эту святая святых!

– Это противно, – предупредил декан.

Он рассказал об осквернениях. В первом случае старый ризничий нашел в церкви кучу человеческих испражнений на алтаре прямо перед молельней.

– Да, это мерзко, – сморщилась миссис Пэррин.

– А второе еще хуже того, – заметил декан.

Избегая фривольных мест и заменяя грубые слова на более приличные выражения, он рассказал, что к статуе Христа, стоящей недалеко от алтаря, кто-то прилепил огромный фаллос, вылепленный из глины.

– Ну что, вам еще не противно? – закончил он.

Крис заметила, что Мэри Джо действительно стало не по себе, потому что она сказала:

– Да, пожалуй, хватит. Я уж и не рада, что попросила вас рассказать об этом. Давайте переменим тему.

– Нет, я зачарована, – возразила Крис.

– Еще бы, я ведь очаровательный человек. – Эти слова произнес отец Дайер. Он застыл над ней, держа в руках тарелку. – Погодите минуточку, мне надо кое о чем переговорить с астронавтом.

– О чем же? – спросил декан.

С серьезным видом отец Дайер сказал:

– Что вы думаете о первом миссионере на Луне?

Все рассмеялись.

– Вы им как раз подойдете по размерам, – захихикала миссис Пэррин. – Они вас без труда засунут в носовое отделение.

– Нет, я не про себя, – поправил ее отец Дайер. Потом повернулся к декану и объяснил: – Я хотел договориться насчет Эмори.

– Это наш приверженец пресвитерианства, – пояснил Дайер женщинам. – На Луне ведь никого нет, а это как раз то, что ему нужно. Понимаете, он очень любит тишину и спокойствие.

– А каких грешников он будет там обращать? – спросила миссис Пэррин.

– Конечно же, астронавтов. Это ему подходит. Один или два человека, никаких толп. Парочка грешников и довольно.

Он с серьезным видом посмотрел на астронавта.

– Извините, – сказал Дайер и устремился к нему. – Мне он нравится, – улыбнулась миссис Пэррин – И мне тоже, – согласилась Крис. Затем повернулась к декану: – Что же все-таки у вас в том коттедже? – напомнила она о прерванном разговоре. – Или это страшная тайна? Что там за священник? Такой смуглый. Вы понимаете, о ком я говорю?

– Отец Каррас, – тихо сказал декан. На лице его появился оттенок грусти.

– Чем он занимается?

– Он наш советник. – Декан поставил рюмку на стол и повертел ее за ножку. – Прошлой ночью у него произошло большое несчастье. Бедняга!

– Что такое? – с участием спросила Крис.

– У него умерла мать.

Крис почувствовала, как ее охватывает жалость.

– Я не знала, – прошептала она.

– Он очень сильно переживает, – продолжал иезуит. – Она жила совсем одна и, наверное, пролежала мертвая несколько дней, прежде чем ее нашли.

– Как это ужасно, – пробормотала миссис Пэррин.

– Кто же нашел ее? – печально спросила Крис.

– Управляющий. Они, наверное, и до сих пор об этом не знали бы, если б... Просто ее соседи пожаловались, что у нее днем и ночью играет радио.

– Как это грустно, – тихо промолвила Крис.

– Извините меня, мадам.

Перед ней стоял Карл. Он держал поднос с рюмками и стаканами.

– Поставь сюда. Карл, пожалуйста.

Крис сама любила разносить вино гостям. Ей казалось что это прибавляет вечеру особую интимность и очарование – Ну ладно. Начнем с вас. – Она предложила вина декану и миссис Пэррин, потом обошла всю комнату, угощая гостей.

Дайер и астронавт, не обращая ни на кого внимания продолжали свою беседу.

– На самом деле я не священник, – услышала Крис голос Дайера. Он положил руку на плечо астронавту который смеялся и все никак не мог успокоиться. – Я скорее, передовой раввин. Через некоторое время Крис услышала, как Дайер спросил у астронавта:

– Что такое космос?

Астронавт пожал плечами и ничего не ответил. Дайер нахмурился и недовольно произнес:

– А ведь вы должны знать.

Крис стояла рядом с Эллен Клиари. Они вспоминали поездку в Москву. Вдруг Крис услышала знакомый резкий и злобный голос, доносившийся из кухни.

О Боже! Это Бэрк!

Он уже кого-то ругал.

Крис извинилась и быстро направилась в кухню. Дэннингс отчаянно орал на Карла, а Шарон безуспешно пыталась успокоить его.

– Берк! – закричала Крис. – Прекрати сейчас же!

Дэннингс не обратил на нее никакого внимания и продолжал орать. От злости на губах у него выступила пена. Карл с безучастным выражением лица стоял около раковины и, сложив руки, смотрел прямо в лицо Дэннингсу.

– Карл! – воскликнула Крис. – Может быть, ты уйдешь отсюда? Убирайся! Ты что, не видишь, в каком он состоянии?

Но Карл так и не сдвинулся с места, пока Крис буквально не вытолкнула его за дверь.

– Нацистская свинья! – орал ему вслед Дэннингс, потом добродушно посмотрел на Крис и потер руки в предвкушении вкусного.

– А что у нас на десерт? – как ни в чем не бывало спросил он.

– На десерт! – Крис в ужасе схватилась за голову.

– Но я же голоден! – пожаловался Берк.

Крис повернулась к Шарон:

– Накорми его! Мне надо укладывать Регану. И, пожалуйста, Бэрк, ради всего святого, веди себя прилично! Там священники! – Она указала на гостиную.

Бэрк в изумлении поднял брови, и в его глазах блеснул неподдельный интерес.

– И ты тоже заметила? – искренне изумился он.

Крис вышла из кухни и спустилась вниз к Регане. Дочь весь день играла одна. Сейчас она занималась планшеткой. Регана была сосредоточенна и, казалось, ничего не замечала вокруг. Ну ладно, по крайней мере она не настроена агрессивно. В надежде как-то развлечь Регану Крис повела ее в гостиную и представила своим гостям.

– Какое прелестное дитя! – восхитилась жена сенатора. Регана вела себя подозрительно хорошо, кроме, пожалуй, одного момента, когда при знакомстве с миссис Пэррин она замолчала и не ответила на рукопожатие. Но пророчица отшутилась: