Цикл оборотня - Стивен Кинг

– Я этого не сделаю, – ответил дядя Эл. – Марти, ты хорошиймальчик, но ты начал сходить с ума. Если ты как следует все обдумаешь, тосогласишься со мной.

– Может быть, – кивнул Марти. – Но подумай, как ты себябудешь чувствовать, если первого января тебе позвонят и скажут, что я лежу всвоей постели мертвый, разорванный на куски? Ты хочешь, чтобы это было на твоейсовести, дядя Эл?

Эл начал было что-то говорить, но тут же закрыл рот. Оностановил машину, развернулся и поехал обратно. Эл воевал во Вьетнаме и получилтам пару медалей; он успешно отделался от нескольких чересчур похотливых юныхледи; и вот теперь Эл чувствовал, что его загнал в ловушку десятилетнийплемянник. Причем инвалид! Конечно, Эл не хочет, чтобы нечто подобное было наего совести, даже сама возможность этого ужасала, о чем прекрасно знает Марти.Как знает и то, что если дядя Эл допустит существование хотя бы одного шанса изтысячи…

Через четыре дня, десятого декабря, дядя Эл позвонил.

– Прекрасная новость! – радостно объявил Марти, въезжая вбольшую комнату. – Дядя Эл приедет к нам на Новый год!

– Нечего ему здесь делать, – насколько могла холоднопроизнесла его мать.

Марти это не смутило.

– Надо же! А я его уже пригласил, – сказал он.

Весь остаток дня мать испепеляла Марти взглядом.., но нестала звонить брату, чтобы тот не приезжал. А это было важнее всего.

За ужином Кейти прошипела на ухо Марти:

– Ты всегда добиваешься того, чего хочешь! И только потому,что ты инвалид!

– Я тоже тебя люблю, сестричка, – с ухмылкой прошептал ей вответ Марти.

– Ты маленькая дрянь! – И с этими словами она бросилась вониз комнаты.

***

И вот наконец наступило тридцать первое декабря. Мать Мартибыла уверена, что Эл не приедет. Погода ухудшалась, ветер стонал и выл, заносядорогу снегом. По правде говоря, Марти и сам испытал несколько неприятныхмоментов.., но около восьми приехал дядя Эл – не на спортивном «мерседесе», ана взятой напрокат машине.

К одиннадцати тридцати все в семье отправились спать, заисключением Эла и Марти. И хотя дядя Эл все еще скептически относился ко всейэтой затее, он привез даже не один, а целых два пистолета, тщательно спрятав ихпод полой тяжелого пальто. Один из пистолетов, заряженный серебряными пулями, послетого, как семья отправилась спать, Эл молча передал Марти (как бы поставивточку в разговоре, мать Марти перед тем, как лечь спать, Громко хлопнула дверьюспальни).

Другой пистолет заряжен обыкновенными свинцовыми пулями..,но Эл считает, что, если безумец вломится сюда ночью (по мере того как времяидет, а ничего не происходит, Эл начинает сомневаться, что это произойдет),«магнум» сорок пятого калибра его остановит.

По телевизору камеры все чаще и чаще выхватывают большойосвещенный шар на крыше здания «Эллайд кемикал» на Таймс-сквер. Истекаютпоследние минуты года. Толпа ликует. В противоположном от телевизора углу стоитуже пожелтевшая и осыпавшаяся рождественская елка.

– Марти, ничего не… – начинает дядя Эл, и тут с трескомвылетает разрисованное стекло окна в большой комнате и со звоном разлетается намелкие кусочки, в комнату врываются порывы ветра, тучи снега… Врывается Зверь.

Не веря своим глазам. Эл в ужасе замирает. Он очень большой,этот Зверь, возможно, больше двух метров ростом, хотя сутулится так, что егопередние лапы-руки почти волочатся по ковру. Взгляд его единственного зеленогоглаза

(единственного – как и говорил Марти, ошеломленно думает Эл,все так, как говорил Марти) обшаривает комнату и останавливается на Марти,садящем в инвалидной коляске. Зверь прыжком подскакивает к мальчику, из грудиего вырывается торжествующее рычание.

Совершенно спокойно, не меняя выражения лица, Мартиподнимает пистолет тридцать восьмого калибра. В своей коляске Марти кажетсяочень маленьким, его неподвижные ноги, одетые в выцветшие мягкие джинсы, похожина палки. Не веря своим ушам, несмотря на дикое рычание оборотня, завывания ветра,сумятицу собственных мыслей о том, как такое возможно в реальном мире, Элслышит голос своего племянника:

– Бедный старый Лоу! Я постараюсь вас освободить.

И когда оборотень прыгает, протянув вперед когтистые руки,Марти стреляет. Пороха в патроне мало, и пистолет издает смехотворно слабый,почти неслышный хлопок, как у «воздушки».

Однако яростное рычание оборотня поднимается до еще болеевысоких нот – теперь это безумный крик боли. Зверь ударяется об стену, пробиваяплечом дыру в другую комнату. Картины Кюрье и Ива падают ему на голову исоскальзывают по спине на пол. Кровь заливает волосатое лицо чудовища, егозеленый глаз бешено сверкает. Рыча, зверь подступает к Марти. Оборотень тосжимает, то разжимает ладони, челюсти щелкают, сбрасывая на пол клочьяокровавленной пены. Марти держит пистолет обеими руками, так маленькие детидержат чашку с питьем. Он ждет, ждет… Когда же оборотень вновь бросаетсявперед, мальчик стреляет. Живительно, но единственный глаз Зверя тут же гаснет,как свечка на ветру! Ослепленное существо снова кричит и, шатаясь,передвигается к окну. Ветер взметает кверху занавески и закручивает их вокругголовы оборотня – Эл видит, что на белой ткани начинают расцветать кровавыецветы. По телевизору показывают, как большой освещенный шар начинает опускатьсяна землю.

Когда отец Марти, одетый в яркую желтую пижаму, с дикимиглазами влетает в комнату, оборотень падает на колени. «Магнум» сорок пятогокалибра все еще лежит на коленях у Эла. Он так и не смог его поднять.

Зверь падает ничком.., вздрагивает.., и умирает.

Мистер Кослоу смотрит на него разинув рот.

Марти поворачивается к дяде Элу. В руке у мальчика дымитсяпистолет. Марти выглядит усталым, но спокойным…

– С Новым годом, дядя Эл, – говорит он. – Оно умерло. Зверьмертв. – И тут он начинает плакать.

На полу запутавшееся в лучших белых занавесках миссис Кослоутело оборотня внезапно начинает меняться. Волосы, покрывающие его лицо и тело,каким-то образом втягиваются внутрь, губы, изогнутые в яростном рыке,расслабляются и закрывают оскаленные зубы. Когти магическим образомпревращаются в ногти – жалкого вида ногти, обгрызенные и обломанные.

Завернутый в окровавленный саван из занавесок, перед нимилежит преподобный Лестер Лоу, а вокруг него белеют пятна снега.

Отец Марти, вытаращив глаза, смотрит на распростертое наполу обнаженное тело. Запахнув халат, в комнату неслышно проскальзывает матьмальчика. Дядя Эл подходит к Марти и крепко-крепко его обнимает.