За пригоршню чар - Ким Харрисон

Я выбрала большую бутылку дымчатого стекла с универсальнымфиксажем, который можно будет использовать для демонского проклятия переноса, ипобледнела, посмотрев на цену. Ни фига себе. Может, сумею обойтись бутылкойпоменьше. Повертела темную бутылку в руке, посмотрела, прищурившись, нажидкость. В ней должна быть камфара, но я чуяла запах только лаванды. Не люблюпокупать готовые средства, но время поджимало.

Увидев у меня в руке бутылку, Айви зашагала ко мне, чтобыположить ее в корзину, и остановилась, когда я вернула бутылку на полку инахмурилась. Видит Бог, не так уж я слаба. И удержать занюханную бутылкуфиксажа могу как-нибудь даже без усиления бримстоном.

Сегодня я сама готовила себе завтрак, после того как отскормленного мне Айви бутерброда закололо в пальцах. Не знаю, как она сумеласунуть туда бримстон, чтобы я не знала, но все равно злилась на этих двоих, чтоони меня лечили без моего ведома, пусть даже благодаря Дженксову уличномубримстону я этой ночью спала в своей постели.

Выбрав бутылку фиксажа поменьше, я вздохнула, почувствовав,как дрожат колени. Может, надо было принять бримстон, который Айви в менявпихивает, и смириться. А то я устаю просто от ходьбы. Айви не скажет, сколькокрови она взяла, и от Дженкса тоже толку мало, раз он в кровоточащей заусеницевидит повод для паники.

Оттенки серого, — подумала я, понимая, что соскальзываютуда, куда клялась себе не попадать. Я, будь оно проклято, привыкла видетьчерное и белое, но эти цвета сильно размылись примерно в тот момент, когда мойпоследний чек из ОВ оказался проклят.

Я отвела взгляд к окну — черное в ночи, оно отражало какзеркало. Увидев себя, я поправила воротник красной курточки. Она отличносмотрелась с черной футболкой «СЦЕНА» с последнего концерта Такаты. Последнийпротивоболевой амулет работал, ничего у меня не болело, но, посмотрев на своюсгорбленную фигуру, я решила, что вид у меня не усталый, а больной. Живот свелоот мысли, что я похожа на тень вампира: худая, хорошо одетая, утонченная — ибольная.

Чувствуя, как стучит пульс, я отвернулась. Хватит бримстона…Никогда больше. Есть черное, и есть белое, а серое — это трусливое оправданиепутаницы наших желаний с нашими потребностями. Но вот непонятно было мне самой,смогу ли я дальше в это верить, раз я стою здесь, в лавке чар, и покупаюматериалы, чтобы свить черное проклятие. Только один раз!.. Только один раз, иникогда больше.

Держа телефон возле уха, я поставила фиксаж на место. Я быповесила трубку и перезвонила позже, но мне нравилось слышать звуки нормальнойжизни, тихие и далекие, за пятьсот миль. А казалось, что дальше.

Расслабив мышцы, я потянулась за инкрустированной деревяннойкоробкой. Она была красива, и любопытство вместе с любовью к изящной работеподтолкнули меня ее открыть — там лежал магнитный мел. Коробочка была безбожнодорога, и ее присутствие говорило о том, что в окрестности существует популяцияпрактикующих лей-линейщиков.

Как-то вдруг я заметила, что владелица смотрит на меняповерх своей кофейной кружки, и я стала играть с мелом на публику, рассматриваяпечати, будто думая его купить. Терпеть не могу, когда на меня смотрят, будто ячто-то могу украсть. Будто незаконное заклятье над дверьми, от которого сразупрыщами покроешься, недостаточная зашита?

Строго говоря, черные чары. Так чего же это я ее не выдалаполиции?

Магнитный мел? — спросила Айви рядом со мной, и явздрогнула, чуть не уронив телефон, который плечом прижимала к уху.

Он мне не нужен, — ответила я, пытаясь скрыть, что оназастала меня врасплох. — Особенно в такой коробке. Соль действует не хуже,потом остается только пропылесосить.

Очень неохотно я разжала пальцы на изящно сделанной коробочке.Детальки соединялись «в ласточкин хвост», а металл был только на петлях,застежке и усиленных черным золотом уголках. Если вынуть мел, получитсяотличное место для хранения чего-нибудь такого, что нуждается в дополнительныхпредосторожностях. На мой взгляд, это была самая красивая штучка во всей лавке.

Увидев в корзине пучок трав, который я туда не клала, яприподняла брови.

— Кошачья мята? — спросила я, увидев на целлофаненапечатанный рисунок в виде черных лапок.

— Я думала, Рекс оставит Джакса в покое, если у неебудет чем заняться. — Карие глаза смотрели смущенно, Айви отступила нашаг. — Ты как? Посидеть не хочешь?

Это она уже спрашивала третий раз после ухода из мотеля, и янапряглась.

— Нормально, — ответила я и сама подумала:«Врешь». Я была измотана и сердцем, и телом.

Легкий щелчок поднятого телефона в ухе.

— Кери, — начала я раньше, чем она успелачто-нибудь сказать. — Сколько мне нужно фиксажа для проклятия переноса?

Визг пикси стал тише — наверное, Кери перешла в гостиную.

Капля с большой палец, — ответила она, и я соблегчением взяла бутылку поменьше.

Мой большой палец? — спросила я жалобно. — Этосколько, примерно чайная ложка? Ну почему нельзя было нормальные единицыуказать?

Очень старое проклятие, — ответила Кери, явносдерживаясь. — В те времена чайных ложек не было.

Прости, — извинилась я и встретилась взглядом с Айви,укладывая фиксаж в корзину. Кери милейший человек, я таких мало видела. Нобывает вспыльчива.

Карандаш у тебя есть? — спросила меня скрывающаясяэльфийка очень вежливо, но можно было понять, что достала я ее своейбесцеремонностью. — Я бы хотела, чтобы ты это записала. Мне известно, чтоу тебя есть в одной из книг с собой проклятие гашения инерции, но не хотелосьбы, чтобы ты неверно перевела латынь.

Я посмотрела на владелицу — уже начавшую поглядывать наАйви, которая расхаживала осторожным крадущимся шагом — и повернулась к нейспиной.

— Может быть, ты мне прямо сейчас дашь списокингредиентов?

Набор у меня в корзинке был уже достаточно причудлив. Есливладелица хоть что-то в своем деле понимает, она догадается, что я составляючары маскировки. Единственная разница между легальными чарами маскировки ипротивозаконным заклятием создания двойника — это буква закона, несколькодополнительных этапов и образец клеток копируемой личности. Но вряд ли онасообразит, что я хочу сплести демонское проклятие для перенесения силы состатуи на что-нибудь другое. А что она будет думать об ингредиентах демонскогопроклятия гашения инерции — это уж ее глубоко личное дело. Кери говорила, чтоэто проклятие шуточное, но оно поможет.

Шуточное проклятье, — подумала я мрачно. Все равночерное. Если меня поймают, заклеймят как черную ведьму и кастрируют — в смыслемагии. И я не обманывала себя, что не так уж это неправильно. И не оправдываласебя, что это «для того, чтобы спасти мир». Это был плохой поступок, и все.

Только один раз, — зазвучало у меня в мыслях, и яскривилась, вспомнив Ника. Продавать Алу информацию обо мне он тоже наверняканачал с одного-единственного безобидного фактика.