Безупречный муж - Лиза Гарднер

– Он был у Диффорда, – ответил Куинси, – и у Уилкокса тоже. Бекетт или нашел его в их записных книжках, или спросил их о нем.

Все в комнате представили себе, как Бекетт задавал свои вопросы, и нервно задвигались на стульях. Тесс поняла, что снова смотрит на Джей Ти. Его взгляд упирался в дальнюю стену, но Тереза заметила, что его челюсти крепко сжаты. О себе он совершенно не беспокоился – это было не в его характере. Однако Тесс знала, что он легко может представить себе, как Бекетт нападает на нее или на Марион. Она была постоянным «ужасом» Джей Ти, и это было несправедливо.

– А почему только голова? – спросила она, подумав.

– Не знаю, – ответил Куинси.

– Тактика запугивания, – заявил Джей Ти. – С целью деморализовать противника.

Куинси нахмурился, но спорить не стал. Было видно, что отутюженный агент недолюбливает наемника.

– У него все еще остается тело Диффорда, – заметила Марион.

– Возможно, – пожал плечами Куинси. – Никто ведь не проверял багажники своих машин.

Все замолчали, и атмосфера в комнате стала тяжелой и напряженной.

– А вам не кажется, что вас тоже стоит взять под наблюдение? – мягко заговорила Тесс. – Вы все время говорите, что цель – это я, но ведь он нацелен на всех тех людей, которые помогли поймать его в первый раз. А это были я, Диффорд и вы, Куинси.

– Об этом стоит подумать.

– А что, если он использует дом как отвлекающий маневр? Полиция будет наблюдать там за мной, а он нацелится на вас… Это вполне в его духе.

– Вы правы, – Куинси побарабанил пальцами по крышке стола. – Большую часть времени я буду находиться с лейтенантом Хоулиханом в штабном фургоне. Так что тылы у меня будут прикрыты.

– Снайперы? – поинтересовался Джей Ти. – Для такого города трое – это все равно, что ничего.

– Уильямстаун не так уж велик, – вмешался лейтенант Хоулихан. – Его можно пройти из конца в конец минут за двадцать. В основном это комплекс старых зданий, в которых располагается сам Уильямс-колледж, и несколько мест, которые посещаются туристами. Дом Тесс находится на Элм-стрит, в десяти минутах ходьбы от Мейн-стрит. Весь квартал состоит из старых, отреставрированных домов. Снайперы расположатся на углах здания и будут контролировать всю улицу.

– Но один угол останется пустым.

– Вы правы, но видимость сейчас достаточно хорошая. Один из них разместится в середине квартала на правой стороне, а двое других – на углах на левой стороне улицы. Таким образом, дом Тесс будет внутри треугольника. Мне кажется, что за крыши можно не беспокоиться.

– А патрульные? – продолжал расспрашивать Джей Ти с изрядной долей скептицизма. Было видно, что ни сами полицейские, ни их методы не производят на него никакого впечатления.

– У нас будет штабной фургон, две машины без опознавательных знаков и три пары пеших полицейских, которые будут патрулировать город. В основном это университетский кампус со множеством совсем молодых людей. Мы всех предупредим об опасности и обеспечим плотное присутствие полиции в кампусе. Не забывайте также о службе охраны самого колледжа и о силах местной полиции.

– Понятно. А не слишком ли много внимания привлечет к себе штабной фургон, припаркованный прямо перед домом?

– Он не будет стоять на Элм-стрит. Улицы Арнольд, Холл, Мэйпл и Линден пересекаются. Мы начнем с какой-то одной улицы и будем передвигаться по всем им.

– А откуда такая уверенность, что он появится? – Марион ни к кому конкретно не обращалась. – Ведь именно так вы поймали его в первый раз, и он знает, что это опасно. А кроме того, это не вписывается в его схему. ДЖИМ БЕКЕТТ БЫЛ ПЕРВЫМ; ДЖИМ БЕКЕТТ БЫЛ ЛУЧШИМ – в этом есть хоть какой-то смысл. Но ДЖИМ БЕКЕТТ БЫЛ У…[89]Не понимаю.

– Он придет, – сказала Тесс.

– Потому что разваливается на куски?

– Потому что всегда доводит до конца задуманное, – прошептала она. – Всегда.

– Думаю, что я этого никогда не пойму, – Марион откинулась на спинку стула.

– А вы и не можете, – подал голос Куинси. – Вы ведь женщина. – Он устало отмахнулся от протестов Марион. – Я говорю с позиции статистических данных, а не мужского шовинизма. Большинство серийных убийц – мужчины. Частично это можно объяснить гормонами, но не надо забывать и о поведенческом аспекте. Мужчин учат, что свой гнев удобнее вымещать на других. Женщин же учат, что в гневе надо держать все в себе. Все очень просто – если ваша мать мучила вас в детстве, то вы станете алкоголичкой, или анорексичкой, или у вас появится склонность к самоубийству. Но убийцей вы никак не станете.

Посмотрев на Тесс, он сказал небрежным тоном:

– Бекетт придет, миссис Уильямс. И его приход будет очень кровавым.

Марион подождала, пока ее брат с Тесс не уедут в мотель, прежде чем перейти к своему плану. Было уже больше шести вечера, но активность в оперативном зале не снижалась. Звонили телефоны, по ним разговаривали операторы. Лейтенант Хоулихан орал на какого-то молодого офицера, одновременно разгрызая таблетку «Тамс»[90]. Обстановка в здании была суровой.

Марион шла, пытаясь найти свободную комнату или укромный уголок. Вместо этого она столкнулась с офицером Льюисом, светловолосым юношей, который был очень похож на Ричи Каннингэма[91]. Увидев, что она подходит к нему, он замер и с трудом сглотнул.

Марион уже встречалась с ним сегодня. Вполне возможно, что в будущем он станет хорошим полицейским, но лично ей показалось, что у него кишка тонка. В отместку за это парень решил, что она человеческое воплощение черной вдовы[92], которая только и ждет, чтобы он ответил на ее вопросы, а потом спокойно откусить ему голову и завершить соитие.

– Мне нужен специальный агент Куинси.

Слова застряли у офицера Льюиса в горле. Он прижался спиной к стене и махнул рукой в конец коридора. Покачав головой, Марион прошла мимо. У себя за спиной она услышала его облегченный выдох.

Куинси сидел за своим личным, крохотным рабочим местом, со всех сторон обложенный фото с мест преступлений. Он даже не сразу поднял голову. Марион воспользовалась этим, чтобы взглянуть на фотографии. Оказалось, что они не имеют никакого отношения к Бекетту. Большинство жертв были пожилые женщины, жестоко искромсанные пилообразным ножом.

Куинси перебирал их одну за другой, как будто складывал колоду карт. Наконец он вздохнул, покачал головой и положил фото на стол, не найдя, по-видимому, того, что искал.