Перед падением - Ной Хоули

Джеймс знал: туман, формирующийся над морем или морским побережьем, часто бывает очень плотным и подолгу не рассеивается. Впрочем, ему было прекрасно известно и то, что плохая видимость – не самая большая неприятность из тех, с которыми может столкнуться пилот авиалайнера. Современная курсоглиссадная система позволяет посадить самолет даже вслепую. Но если в момент посадки ветер резко поменяет направление, это может застать пилота врасплох.

«Так выйдите же из среды их и отделитесь от них» – так говорилось в Библии. В какой-то момент Джей Эл Бейкер вместе со своей паствой перебрался в леса, окружающие город Эурека, штат Калифорния. Община поселилась в заброшенном летнем лагере, где не было ни водопровода, ни электричества. Участники секты купались в озере и ели растущие в зарослях дикие ягоды. Их гуру все больше времени проводил в молитвах, которые порой продолжались часами, а иногда и чуть ли не круглые сутки. Знаки видны повсюду, говорил он, – откровения, свидетельства приближения Судного дня. Чтобы спастись, необходимо было очиститься от греха, от всех нечестивых помыслов. Процедура очищения включала в себя, помимо прочей схимы, причинение боли гениталиям – как собственным, так и чужим. Иногда она требовала посещения исповедальни – стоящего на самом солнцепеке старого деревянного дома, внутри которого температура воздуха в жару переваливала за 40 градусов. Однажды мать Джеймса пробыла в нем три дня, чтобы отогнать дьявола, якобы явившегося за ее душой. По ночам Джеймс пытался, пробравшись сквозь кусты, принести ей немного воды. Но всякий раз, когда он просовывал сквозь дыру в крыше флягу, мать отказывалась ее принять.

Мелоди решил про себя, что перед взлетом следует проверить систему, позволяющую пилотировать в условиях нулевой видимости. Будь у него возможность, он с радостью поговорил бы с членами экипажа, совершившего на «Лире» предыдущий перелет, чтобы выяснить их личные впечатления о метеоусловиях. Впрочем, погодная обстановка, особенно на небольшой высоте, менялась очень часто.

Изучая спецификацию, Джеймс пил чай, пакетики с которым всегда держал в своей дорожной сумке. Когда он в очередной раз поднес чашку ко рту, в нее упала капелька крови, затем еще одна. Мелоди почувствовал на верхней губе соленую влагу.

– Черт, – пробормотал он и, приложив к лицу салфетку и запрокинув голову, торопливо направился в туалет. В последнее время у него пару раз в неделю случались носовые кровотечения. Врач сказал, что это результат перепадов атмосферного давления, связанных с пребыванием на большой высоте. За несколько месяцев Джеймс перепачкал кровью несколько комплектов униформы. Сначала его очень пугали эти приступы, но со временем, когда стало ясно, что никакими другими неприятными симптомами они не сопровождаются, Джеймс решил, все дело в возрасте, и не стал больше волноваться по этому поводу.

В туалете он, зажимая салфеткой нос, дождался, когда кровотечение прекратится, а затем умылся. На этот раз ему повезло – он не закапал кровью ни пиджак, ни рубашку. Через пару минут он снова сидел в комнате отдыха в том же кресле, которое даже не успело остыть.

В пять тридцать он собрал вещи и вышел на летное поле, чтобы принять самолет.

В конечном итоге конец света 9 августа 1978 года так и не наступил.

Первым делом Джеймс принялся за проверку всех систем в кабине пилотов, предварительно прочитав бортовой журнал – он всегда очень серьезно относился к изучению документов. Затем Мелоди проинспектировал работу подвижных частей крыльев и хвоста. Закрыв глаза, он сосредоточенно прислушался, стараясь уловить рывки и скрипы, и в итоге решил, что рули высоты и элероны с правой стороны действуют недостаточно плавно. Об этом Джеймс немедленно сообщил в отдел технического обслуживания. Затем он осмотрел главную консоль управления и проверил уровень топлива в баках.

Вторым пилотом с Мелоди должен был лететь Мишель Гастон, француз, человек весьма своеобразный. Во время длинных перелетов он любил поговорить на философские темы. Джеймсу эти беседы всегда доставляли удовольствие, особенно когда они касались тем между философией и идеологией. Однако, когда второй пилот поднялся на борт, им оказался не Гастон. Перед Мелоди предстал молодой мужчина лет тридцати в сбившемся набок галстуке и, как показалось, слегка под хмельком.

– Привет, командир, – поздоровался он.

Джеймс узнал молодого человека и вспомнил, что его зовут Чарли, однако фамилию припомнить не смог. Как-то раз ему уже доводилось летать с ним. Тем не менее Мелоди недовольно нахмурился.

– А что случилось с Гастоном? – поинтересовался он.

– Я за него. Кажется, у Гастона проблемы с животом. Мне позвонили – и вот я здесь. А больше ничего не знаю.

Джеймс испытал приступ раздражения, но не показал этого и, выслушав молодого человека, лишь неопределенно пожал плечами. В конце концов, это была проблема администрации.

– Вы опоздали, – сказал Мелоди. – Я уже позвонил техникам – мне показалось, что управление рулями высоты, элеронами и закрылками с правой стороны немного затруднено. А сейчас собираюсь обойти машину, чтобы провести внешний осмотр. Так что кладите свою сумку и пойдемте со мной.

Второй пилот бросил взгляд на ангар.

– Ладно, дайте мне минутку, – сказал он и спустился на летное поле.

После его ухода Джеймс также выбрался наружу и обошел самолет кругом, внимательно его разглядывая. Хотя стоял теплый летний вечер, он проверил, не образовался ли где-нибудь на внешней обшивке лед. Еще Джеймс искал ослабевшие болты, недостающие заклепки, трещины на внешних осветительных приборах. На крыле он заметил остатки птичьего помета и стер их. Затем оценил, нет ли у самолета, стоящего на взлетно-посадочной полосе, крена на одну сторону – это свидетельствовало бы о том, что давление в шинах колес шасси различается. Потом Мелоди осмотрел двигатели и заднюю кромку крыльев. При этом Джеймс полагался не только на глаза, но и на свою интуицию – если что-то и будет не в порядке, он это почувствует. Однако ни глаза, ни шестое чувство ничего необычного не обнаружили.

Вернувшись в кабину, он спустя некоторое время поговорил с техником, и тот сообщил, что рули высоты, элероны и закрылки проверены и работают штатно. После этого Джеймс немного поболтал со стюардессой, Эммой Лайтнер, с которой раньше ему работать не приходилось. Она была куда привлекательнее, чем большинство стюардесс, занятых на коммерческих рейсах, – такую закономерность Мелоди и раньше отмечал неоднократно. Он помог ей погрузить на борт несколько тяжелых сумок и чемоданов. Молодая женщина улыбнулась Джеймсу дружески, но без признаков кокетства. И все же было ясно, что ее красота в любом случае притягивала мужчин, хотела она этого или нет.

– Сегодня нам работать недолго, – сказал Мелоди. – Пожалуй, часам к одиннадцати вернемся обратно. Где вы базируетесь?

– В Нью-Йорке. Я снимаю жилье вместе с еще двумя девушками. Правда, я думаю, их сейчас нет, возможно, они в Южной Африке.

– Что до меня, то я сегодня прямиком отправлюсь в кровать – отсыпаться, – сказал Джеймс. – Утром я был в Лос-Анджелесе. А вчера – в Азии.