За сумеречным порогом - Питер Джеймс

Полицейский встал, кивнул, вид у него был несколько удивленный. Кэт смотрела, как он выходит из палаты, и почувствовала вдруг острый укол в желудке. Она приподняла простыню, задрала легкую больничную рубашку и стала разглядывать темно-синие стежки на животе, размышляя, большие ли останутся рубцы. Когда она пошевелилась, рана снова заболела. Кэт услышала скрип и позвякивание. Хорошенькая медсестра с волосами цвета красного дерева катила желтый платный телефон к ее кровати.

– Междугородний звонок. – Сестра воткнула вилку в розетку над головой Кэт и вручила ей трубку.

Кэт подумала, что звонит мать, и собралась по возможности цветистее расписать, как прекрасно она себя чувствует.

– Кэт? – Это был Патрик. Его быстрый, встревоженный голос звучал совсем близко. – Как ты?

У Кэт возникло такое чувство, будто она знала его всю жизнь, будто он был самым лучшим другом на свете, и от радости, что она его слышит, у нее на глазах появились слезы. Ей хотелось, чтобы он был тут, в палате, и сидел рядом.

– Со мной все о'кей, – сказала она.

– Что случилось?

– Где ты?

– В Брюсселе. Мне придется остаться тут еще на несколько дней. Что с тобой произошло?

– Ничего серьезного, просто небольшие ушибы. – Кэт замялась. Морис Долби. Белый автомобиль. Нет никакого смысла объяснять ему все, во всяком случае сейчас, по телефону. Ей хотелось бы рассказать и о том, как она на время покинула свое тело, но она испугалась: подумает еще, что у нее крыша поехала.

– Я звонил к себе в редакцию, и мне сообщил мой приятель. Он видел заметку в вашей газете. Я просто не мог поверить. Вчера позвонил в твою редакцию, они сказали, что ты здесь. Я четыре раза пытался до тебя дозвониться, но ты все время спала, и мне ничего вразумительного о тебе не сказали. С тобой действительно все в порядке?

– Да, вполне, хотя еще довольно больно.

– Голос у тебя совсем не веселый.

– Так оно и есть.

– Сколько тебя продержат в больнице?

– Говорят, около недели. – Кэт немного понизила голос. – Я в той же самой палате, где лежала Салли Дональдсон.

– Шутишь! Удалось что-нибудь выяснить?

В этот момент врач и сестра проходили мимо кровати, и Кэт замолчала.

– Именно этим я сейчас и занимаюсь, – сказала она мгновение погодя. Она подумала о докторе Суайре. О его странном выражении лица. Он знает о Салли Дональдсон. Должен знать. – Пока не могу сказать больше.

– Я звоню из автомата, и у меня кончаются монеты. Перезвоню тебе сегодня вечером, из отеля. До которого часа можно звонить?

– Не знаю.

Послышались гудки, затем громкий щелчок, Патрик что-то сказал, Кэт не разобрала что, а потом раздалось унылое жужжание. Она положила трубку на рычаг, настроение ее улучшилось. Она закрыла глаза и без труда представила себе Патрика: его резкие черты, короткие, взъерошенные каштановые волосы, ясные зеленые глаза, слегка искривленный нос – очевидно, когда-то сломанный, – твердый подбородок, всегда высоко поднятый, серьезное, внимательное выражение лица и теплоту, которая таилась под внешней сдержанностью. Образ затуманился, больше она ничего не могла припомнить; хоть бы у нее была его фотография, портрет – что-нибудь, запаниковала Кэт.

И тут она увидела долговязую фигуру фотографа из «Новостей». Эдди Бикс, в джинсах и туристских ботинках, огромными шагами пересекал палату. В руках у него была корзина с фруктами и огромного размера конверт.

– Привет! – сказал Эдди. – Потрясно выглядишь. Я думал, ты тут лежишь на вытяжке, вся загипсованная.

Кэт в недоумении смотрела на гору из ананасов, бананов, винограда, киви. Открытка, казалось, была подписана всеми сотрудниками редакции.

– Спасибо, – проговорила она. – Так мило с вашей стороны.

– С тобой все в порядке?

– У меня сильные ушибы внутренних органов. – Она коснулась лица. – И несколько царапин. Нужно еще сделать некоторые анализы, но врачи не думают, что возникнут какие-то проблемы.

Эдди уселся и громко хмыкнул.

– Признаюсь, я был рад, что не мне пришлось фотографировать твою машину.

– А что, кто-то ее фотографировал?

– Деннис Ригби. Он сказал, что там было настоящее месиво. Я принес тебе статейку. – Эдди вынул из подмышки свернутые «Вечерние новости Суссекса», положил газету прямо перед лицом Кэт и перевернул несколько страниц.

Кэт увидела снимок искореженного автомобиля, ярко залитого светом на фоне темноты ночи. Какой-то полицейский стоял спиной в флюоресцирующем жилете и регулировал движение транспорта. Кэт прочитала статью:

РЕПОРТЕРУ ЧУДОМ УДАЛОСЬ СОХРАНИТЬ ЖИЗНЬ

Репортер «Вечерних новостей» Кэт Хемингуэй была отправлена в клинику после столкновения ее автомобиля с грузовиком недалеко от Льюиса.

Полицейский констебль Дерек Страуд сказал: «Ее „фольксваген“ был искорежен почти до неузнаваемости в автокатастрофе, которая произошла из-за сильного дождя. То, что она осталась жива, просто чудо».

Кэт Хемингуэй, двадцати четырех лет, получила сильные внутренние ушибы и царапины. Сегодня утром ее состояние оценивалось как удовлетворительное.

– Как дела в редакции? – спросила Кэт, борясь с тошнотой при виде того, что увидела в газете.

– Порядок, никаких особых драм. – Эдди широко улыбнулся. – Никаких, после твоей статейки об эксгумации, за которую на тебя наехал Терри Брент.

– Я хотела бы попросить тебя об одолжении. Мне нужна кое-какая одежда и умывальные принадлежности из моей квартиры.

– Нет проблем. Джеф Фокс уже договорился с Джоанной. Я передам ей твои ключи.

Кэт открыла ящик тумбочки и вытащила сумочку. Заглянула в нее, но ключей там не оказалось. Не было и кошелька. Потом она вспомнила и сделала знак Белинде, которая тут же появилась у постели.

– Ваши ключи вместе с другими ценными вещами лежат в сейфе. Я принесу вам конверт, – сказала сиделка.

Когда она ушла, другая сиделка прикатила телефон к ее кровати.

– Вас просят к телефону.

– Хочешь поговорить без свидетелей? – спросил Эдди Бикс.

Кэт покачала головой и взяла трубку. Она услышала щелчок – сиделка вставила вилку в розетку.

– Алло? – сказала Кэт.

– Кэт Хемингуэй?

Она узнала резкий голос матери Кевина Дональдсона.

– Бэт Дональдсон у телефона.

– О, здравствуйте.

– Я узнала об аварии. Мне очень жаль. Вы в порядке?

– Да, спасибо.

– Я пыталась разыскать вас. Это заняло некоторое время.

– Ну что насчет повторного вскрытия? – спросила Кэт.