Могила девы - Джеффри Дивер

— Давно ты здесь живешь?

«Насколько же спокоен этот Хэнди, — подумал Поттер. — Приставил пистолет к глазу девушки и хладнокровно, обстоятельно обсуждает условия сделки».

— Примерно год, — сымпровизировал Лебоу. — Если работаешь на Дядю Сэма, готовься, что придется часто переезжать с места на место. — Он торопливо колотил по клавишам. И вдруг пальцы замерли. На экране появилось сообщение об ошибке запроса.

«Чем неотложнее задание…»

Он начал сначала. И наконец на мониторе появились карта, текст и в углу — цветной снимок панорамы города.

— Ясное дело, — хмыкнул Хэнди. — Вот и этому фэбээровцу, с кем я общаюсь, наверное, тоже пришлось помотаться по свету. Как его там? Энди Палмер?

Лебоу уже набрал в легкие воздух, чтобы возразить, но Поттер быстро нацарапал на клочке бумаги: «Не реагируй на имя».

— Вроде бы.

— Его так зовут? Энди?

— Вроде бы. Не помню. Он назвал мне код, и я понял, что это не обман.

— Вы пользуетесь кодами, как шпионы?

— Послушайте, сэр, мне надо заниматься вашей проблемой.

— А что у вас там за река?

— В Топике?

— Ну да.

Лебоу склонился к экрану и прочел краткую справку о городе.

— Вы имеете в виду Канзу? Река Канзас. Делит город пополам.

— Она. Когда-то приходилось здесь рыбачить. Дядя жил в старом районе неподалеку. Понтовые старые дома, булыжная мостовая, все очень круто.

Генри Лебоу настолько выдвинулся вперед, что рисковал упасть со стула. Он лихорадочно читал с экрана.

— Вашему дяде повезло — Потвин прекрасный район. Красивые дома. Только улицы там вымощены не булыжником, а кирпичом. — Лысина агента ФБР блестела от пота.

— Какой ваш там любимый ресторан?

Секундная пауза.

— «У Денни». У меня шестеро детей.

— Какой же ты плодовитый сукин сын, — хмыкнул Хэнди.

Щелк.

— Связь прервана, — прокомментировал Тоби.

Лебоу смотрел на телефон, его руки дрожали.

Четыре пары глаз уставились в окно.

— Неужели сработало? — пробормотала Фрэнсис.

Никто не решился ответить. Только Чарли Бадд выдохнул:

— Ох!

— База вызывает разведчика-два.

— Разведчик-два на связи, — прошептал лейтенант Джоуи Уилсон, стоя под окном бойни в тени школьного автобуса.

— Доложи расположение объектов.

Боец быстро поднял зачерненное лицо, заглянул внутрь и снова нырнул вниз.

— Двое преступников в главном помещении рядом с окном. Хэнди направил пистолет на заложницу. «Глок». Приставил прямо к голове. Не могу сказать, взведен ли курок. В руках Уилкокса оружия нет, держит «глок» за поясом. У Боннера полуавтоматический дробовик «моссберг» двенадцатого калибра. Но он в тридцати футах от зала с заложниками. Ситуация благоприятная, если не считать девушку в окне.

— Можешь нейтрализовать Хэнди?

— Нет. Он за трубами. Невозможно сделать точный выстрел. Боннер постоянно перемещается. Не знаю — может, сумею вести его на прицеле.

— Будь наготове.

Время ультиматума давно прошло, и Хэнди мог в любой момент выстрелить в бедную женщину.

— Разведчик-один, доложи.

— Разведчик-один. Я у генератора. Заряд в боевой готовности.

«Господи, — подумал Тримэйн, — только бы не облажаться», — и глубоко вздохнул.

— Разведчик-один, — вызвал он Пфеннингера, который в это время держал в руке провод детонатора устройства Л-210.

— Разведчик-один на связи.

— Кодовое слово…

— Разведчик-два вызывает базу! — раздался в эфире энергичный голос Уилсона. — Заложница в безопасности. Повторяю: разведчик-два — базе. Объект Хэнди снял боевую тревогу и убрал оружие. Объект Боннер отвел девушку к остальным заложникам.

Тримэйн поднял голову. Девушка больше не маячила в окне.

— Объект Боннер оставил ее в помещении заложников, а сам вернулся обратно.

— Кодовое слово «жеребец», — сказал капитан в микрофон. — Всем разведчикам и всем группам: жеребец, жеребец, жеребец. Подтвердите, как поняли.

Бойцы ответили.

Командир группы спасения заложников, который славился умением быстро соображать, успокоился и вознес безмолвную молитву справедливому и милосердному Господу Иисусу Христу за то, что он спас жизнь девушке. Но главным образом за то, что дал ему дополнительное время лучше подготовиться к штурму. Господь вселил в Тримэйна уверенность, что ему удастся освободить невинных агнцев из рук варваров-римлян.

— Связь, — объявил Тоби. — Вызывает Хэнди.

Поттер выждал два звонка и ответил.

— Лу, я только что разговаривал с Кресуэллом. Он считает тебя мудаком. Не запомнил даже твоего долбаного имени.

— У меня есть враги. И с сожалением должен констатировать, что большинство из них на правительственной службе. Ну так что?

— По рукам, — весело бросил Лу. — У тебя есть еще час.

Поттер помолчал, дав тишине сгуститься.

— Арт, — неуверенно спросил Хэнди, — ты на связи?

Переговорщик тихонько вздохнул.

— В чем дело? У тебя такой голос, словно только что умерла твоя любимая собака.

— Знаешь…

— Не тяни, выкладывай.

— Не знаю, как тебя попросить. Ты повел себя хорошо, предоставив нам дополнительное время. И…

«Надо испытать, насколько укрепилась наша связь, — думал Поттер. — Что на самом деле думает обо мне Хэнди? Достаточно ли мы с ним сблизились?»

— Решайся, Арт. Хватит мямлить.

— По словам Кресуэлла, ему нужно время, по крайней мере до половины десятого, чтобы все устроить. Необходимо согласование с канадскими властями. Я просил его уложиться в час, но он ответил, что не справится так быстро. У меня такое ощущение, что я подвожу тебя.

В глубине души Поттер так и считал. Ведь он так нагло, так расчетливо лгал.

— Половина десятого?

Хэнди долго колебался.

— Черт с ним — переживу.

— Правда, Лу? — Голос переговорщика звучал удивленно. — Я это ценю.

— Чего не сделаешь для своего доброго друга, Арт.

Надо воспользоваться его хорошим настроением.

— Лу, позволь задать тебе последний вопрос.

— Давай.

«Давить или нет?»

Анжи посмотрела на Поттера, их глаза встретились, и она одними губами сказала: