Подарок - Луиза Дженсен

Скуля, как одно из тех раненых животных, которых сама лечила, я попыталась в тесном пространстве вытащить из кармана трубку. Это был Сэм.

– Я только что прочитал твое сообщение…

– На помощь! – прохрипела я. – Она хочет меня убить.

– Дженна? Что происходит? Где ты?

Аманда опустилась на четвереньки и приложила глаз к отверстию от выпавшего из доски сучка. Я изо всех сил ткнула в дыру большим пальцем, и она вскрикнула от боли. Потом зашлепала ладонями по полу, стараясь найти возможность пробраться вниз, но, к счастью, находилась в другой части домика.

– Дженна, я хочу всего лишь поговорить. Хотя бы на это я могу рассчитывать?

– Я в кемпинге «Гнездо совы» в Ньюли-он-Си. Пожалуйста, вызови сюда полицию и «Скорую помощь». Сэм? Сэм? – Я взглянула на экран, сигнал снова пропал, и я не знала, услышал он меня или нет.

– Дженна, выходи, давай все спокойно обсудим. Мне жаль, что так получилось. Я понимаю, что поступила неправильно, но на это были веские причины. Пожалуйста, ничего никому не рассказывай. Ради Тома. Он не заслуживает того, чтобы доживать жизнь в одиночестве. Все, что я хотела, – это защитить его и дочерей.

Я колебалась. Если бы она собиралась меня убить, то уже успела бы застрелить. Видимо, что-то доброе в ней все-таки осталось.

– Давай обсудим, как ты собираешься поступить. Ведь не станешь же ты разглашать наши тайны. Если меня отправят в тюрьму, в первую очередь пострадает Том. А он тебе нравится. Ведь правда? И ты ему очень нравишься. Ты нравишься и мне, и ему. Подумай о памяти Калли. Ни к чему, чтобы все сплетничали, что она покрывала убийцу. Она спасла тебе жизнь. Без нее тебя бы здесь не было. И без меня тоже. Ты нам обязана. Ведь так?

Калли. Я прижала ладонь к груди, и по моим щекам побежали слезы. Я не знала, как поступить. Я очень, очень устала.

Но это всего лишь простуда.

Ритм сердца все замедлялся, и я не сомневалась, что вскоре оно остановится совсем. Доски надо мной содрогались и скрипели: Аманда колотила чем-то в пол, и я понимала, что она доберется до меня прежде, чем я успею отсюда выбраться. Дерево уже начало крошиться. Но, собрав последние силы, я решила, что надо все-таки попытаться.

Вытолкнув обеими руками оторванную от пола доску, я пролезла в проем. Туловище уже было на свободе, а ноги по-прежнему в яме, когда я уперлась во что-то твердое. Запрокинув голову, я посмотрела наверх. Ноги. И принадлежали они Аманде.

Она просунула руки мне под мышки и потянула. Почувствовав, что меня тащат наверх, я закричала и стала шарить руками, ища, за что бы зацепиться, но годы занятия йогой сделали Аманду на удивление сильной. Я была уже почти наверху, когда поняла, на что я наткнулась коленями. Это была клюшка. Холодная и металлическая. Я вспомнила, что в этом месте играли в гольф. И пока Аманда меня вытаскивала, я схватила клюшку и прижала к себе.

Аманда стояла надо мной, а вверху завывал ветер. Обе мы выбились из сил.

– Почему ты не можешь пообещать, что никому ничего не расскажешь?

Я не могла отвести взгляда от пистолета. Рука Аманды дрожала, и ствол колотил ее по ноге.

– А вы поверите моему обещанию?

Мне показалось, что прошла целая вечность, прежде чем она наконец заговорила:

– Когда дочери были маленькими, они устраивали битвы подушками, пока я готовила обед. Я миллион раз просила их этого не делать. В гостиной негде было повернуться. В конце концов они разбили вазу, которая досталась мне от дедушки и бабушки и стоила целое состояние. Я разозлилась не на шутку и спросила, как это вышло. Калли вышла вперед и сказала: «Мама, это сделала я». Вот такой она была – честной и доброй. А ты… в тебе ее сердце. Ты последняя ее живая частица, и я хотела бы тебе верить. Но ты – не она.

– Я чувствую то, что чувствовала она. Когда Калли и Софи были маленькими, вы с Томом привозили их сюда. Калли была счастлива.

– Дочери были бы счастливее, если бы было больше денег.

– Вы-то стали счастливее, когда у вас прибавилось денег?

– Не стала. Облегчение испытала – правда. А счастья не прибавилось. Но Том заболел и не мог работать. Не представляю, как бы я выкрутилась без Оуэна. Сама я многие годы вообще не работала и, даже если бы куда-нибудь устроилась, все равно не сумела бы выплатить долги Софи. Я расплатилась в полной мере и не могу сесть за решетку. В самом деле не могу.

– Ничего не могу обещать, Аманда, – ответила я. – Понимаете, я умираю, и честность – это все, что у меня осталось.

– Послушай, Дженна, – нахмурилась она, – не заставляй меня обходиться с тобой жестоко. Я этого действительно не хочу.

Щелчок.

– Ты меня вынуждаешь.

Ствол взлетел вверх.

– Прости меня, Дженна.

Я привстала на колени и, поднявшись на ноги, взмахнула клюшкой. Удар пришелся Аманде в плечо и лишил ее равновесия, но оказался недостаточно сильным. Аманда выпрямилась и снова подняла пистолет.

На этот раз я вцепилась в клюшку обеими руками, и вложила в удар все силы. Я попала в висок, и Аманда, сложившись пополам, повалилась на землю. Раздался тошнотворный звук, когда ее голова ударилась о камень. Затем наступила тишина.