Чужая птица - Анна Янсон

— Мать вашу! — заорал Ленни, отпрянув назад и покачнувшись. — Что за чертовщина? Я думал, тут больше никого нет. Вы меня напугали до смерти!

— Что вы здесь делаете?

— Забираю шмотки, пока не пришли родственнички Сандры и не заграбастали все, утверждая, что это якобы принадлежит им. Вот, смотрите: взял струны от своей электрогитары, метроном и ноты, а если вы подвинетесь, то и до самой гитары дотянусь.

— Значит, у вас остался ключ от квартиры!

— Ну да. Я поливал цветы и забирал почту, когда они с Йессикой уехали отдыхать в Турцию в мае. Сандра потом требовала ключ обратно, но я не отдал. Надеялся: она передумает и снова позовет жить вместе. У нас было всего два ключа, запасных мы не делали.

— У кого еще могут быть ключи от квартиры?

— Не знаю. Можно на ваш взглянуть? Это точно один из тех двух. Видите, он сделан из желтого металла? Новые ключи из такого не делают.

— Получается, у Сандры было всего два ключа: один остался у вас, а вторым я открыла дверь — его мы нашли в кармане ее куртки. Но чей тогда был ключ, висевший на шнурке у двери? — задумалась Мария. — А замок на входной двери тут случайно не меняли?

— Нет, а зачем?

Когда Мария Верн и Томас Хартман подъехали к медицинскому центру «Вигорис», на парковке не оказалось ни одного свободного места. Машины теснились вокруг, брошенные как попало на газоне, а между ними — мотоциклы и велосипеды. На въезде образовалась пробка, а в холле клиники яблоку было негде упасть, и обстановка царила, мягко говоря, напряженная.

— На этой неделе у нас уже все расписано! Пожалуйста, расходитесь! Если вы хотите сделать прививку, запишитесь по телефону или обратитесь в поликлинику по месту проживания. Сейчас я не смогу никого записать, — объясняла молодая медсестра, стараясь сохранить дружелюбный, но в то же время профессиональный тон. Голос, однако, дрожал, а лицо раскраснелось.

— Не уйду отсюда, пока мне не сделают прививку! Всю жизнь я вкалывал и платил налоги. И теперь требую, чтобы мне оказали помощь! — кричал седой мужчина.

Худощавый и мускулистый, он походил на марафонца. Мужчина крепко обхватил одну из колонн, украшавших вестибюль клиники, и Марии невольно вспомнились защитники вязов в центре Стокгольма, которые приковывали себя цепями к деревьям.

— С места меня не сдвинете!

Марафонца поддержали остальные. Атмосфера сгущалась, делаясь угрожающей.

— У меня больное сердце, и меня одной из первых должны были включить в список. Но эти политиканы только с трибуны выступать мастера, а на деле их списком можно просто подтереться. Кого, по-вашему, туда включили? Тех, у кого есть свои люди наверху, и богачей. Нельзя им было доверять такое важное дело! — негодовала пожилая женщина. От возмущения у нее сел голос, и крик перешел в сипение.

— Несите сюда таблетки! Иначе мы вам устроим! — неистовствовал марафонец.

— Успокойтесь, пожалуйста! Если вы не разойдетесь, мы будем вынуждены вызвать полицию! — Казалось, еще чуть-чуть, и медсестра разрыдается.

— Тоже мне напугали! А ну позови сюда начальника! — вышел вперед мужчина с густой рыжей бородой и бритой макушкой. На нем была кожаная куртка на голое тело, на шее — толстая серебряная цепь. Он прорвался к стойке, схватил медсестру в охапку и вытащил ее оттуда. — Мы не шутим. Где твой босс?

— Начальника! Начальника! — начала скандировать толпа.

Они хлопали в такт и притопывали ногами.

Тут же в дверях появилась Виктория Хаммар.

— В чем дело? — спокойно поинтересовалась она, четко выговаривая каждое слово. Даже если она и испугалась толпы, то ничем не выдала — ни голосом, ни осанкой. — Лекарства хватит на всех. Вакцины тоже. Если вы будете следовать нашим инструкциям, то все успеют получить помощь. Клиника принимает пациентов, готовых самостоятельно оплатить лечение. Вам же следует обратиться к своему лечащему врачу и получить у него рецепт, после чего забрать лекарство в аптеке. О вакцинации вам следует договориться в поликлинике по месту жительства. Благодаря такому разделению труда работа становится наиболее эффективной.

— Все вранье! В этих чертовых аптеках лекарство закончилось, и поликлиники переполнены. Да я вам сейчас тут объявлю войну! Мои мальцы сидят в машине, и я хочу, чтобы вы им сделали прививку! Сейчас же! — Бородач вплотную подошел к Виктории, нависая над ней, как скала.

Она не отступила ни на шаг.

— Поначалу всегда случается неразбериха, но я обещаю вам: процесс наладится. Каждый день поступают новые партии ампул и таблеток. Как только власти составят список приоритетов, все получат лечение. Полиция, медперсонал и технические специалисты уже привиты. Скоро дойдет очередь и до тех, кто относится к группе риска. Но для начала нужно составить список. Вы же понимаете, нелегко решить, какой группе пациентов присвоить наивысший приоритет: больным раком, или, например, сердечникам, или страдающим неврологическими заболеваниями. Позвольте медсестре записать ваши имена и номера телефонов. Как только у нас появится окно, мы с вами обязательно свяжемся. А находясь здесь, в толпе, вы лишний раз подвергаете себя риску подхватить вирус. — С этими словами Виктория пробежалась взглядом по стоящим перед ней людям, давая понять: любой из присутствующих может оказаться заразным.

Мария с изумлением наблюдала, как Виктории Хаммар удается успокоить разгоряченную толпу и вынудить всех покинуть вестибюль клиники. Высоко держа голову, она дождалась, пока уйдет последний из митингующих. Им оказался марафонец. Он бросил в ее сторону взгляд, полный ненависти, и пробормотал напоследок:

— До чего трусливая нация эти шведы! Подчиняетесь любому приказу! Скажет вам начальник дерьмо ложкой хлебать, так вы и это станете делать. Вот если б у меня на родине такое приключилось… — Конца фразы они уже не услышали, поскольку дверь за ним захлопнулась.

— А вам чем я могу быть полезна? — обратилась к полицейским Виктория таким непринужденным тоном, что Мария потеряла дар речи.

— Нам бы переговорить с вашим мужем. Рейне Хаммар сейчас здесь, в клинике? — спросил Хартман.

— Да, он здесь, но очень занят. Вы сами видели — клиентов больше, чем мы физически в состоянии обслужить. По моим подсчетам, Рейне принимает по пациенту каждые пять минут. И время, которое уйдет на беседу, вы отнимите у пациентов. Надеюсь, я ясно выразилась?

— Как вы знаете, мы расследуем убийство Сандры Хэгг. Для вас, как для ее бывшего работодателя, я думаю, важно узнать, что с ней произошло, — объяснила Мария. «Я понимаю, вам сейчас нелегко, однако в кризисной ситуации нет ничего важнее, чем работающая правовая система», — хотела она добавить, но вместо этого произнесла: — Где мы можем его найти?

Мария сама удивилась своему резкому тону. Впрочем, понятно, что она вышла из себя — Виктория слишком уж давила на них. Ничего страшного, Рейне вполне может поработать полчасика сверхурочно на службе человечества.