Ева - Уильям Пол Янг

По сравнению со зноем снаружи в хижине было прохладно. Пахло свежевыпеченным хлебом, на столах было выставлено угощение: сладости, фрукты, орехи, мед и вяленое мясо. Ева жестом пригласила Лили присесть на ковер, на котором лежало несколько вышитых подушек.

– Дай-ка я тебя получше рассмотрю, – сказала она, оглядывая девушку с головы до ног, и в ее глазах появились слезы. – Мне просто не верится, что мы наконец встретились! Мне всегда обещали, что нас будет трое, но я уже и не надеялась на то, что это произойдет при жизни.

– Ева, прости меня, конечно, но я не очень понимаю, о чем ты, – сказала Лили.

– Она действительно не знает, – произнес ангел, оставшийся стоять около полога.

Ева закрыла ладонью рот и потом рассмеялась:

– Неужели? Действительно не знает? Вот это подарок! Лили, дорогая, мне выпала большая честь сообщить тебе хорошие новости.

– Интересно, – произнесла Лили.

– Но сперва я должна узнать, зачем ты к нам пожаловала.

– Я хотела с тобой поговорить! У меня к тебе куча вопросов, и мне немного странно слышать, что мы видимся впервые.

– Ох, Лили, – воскликнула Ева. – Хотя мы не встречались, я тебя очень хорошо знаю.

Одна из дочерей Евы подала Лили пиалу с теплым козьим молоком, на поверхности которого плавали небольшие пузырьки. Девушка сделала глоток.

– Скажи мне, где мы находимся? – спросила она Еву.

– Мы за пределами Райского сада, недалеко от его стены на востоке.

– И какой сейчас год?

Ева подняла взгляд вверх:

– Как же лучше тебе объяснить? Понимаешь, я слежу за ходом времени. Времена года сменяют друг друга. Их четыре в году. Для меня отсчет начался с тех пор, как я ушла из Райского сада, чтобы быть с Адамом.

«Значит, все случилось именно так, как предсказывал Гералд», – подумала девушка и спросила:

– А сколько лет прошло с тех пор?

– Почти четыре сотни времен года…

– Так почему же ты ушла из Райского сада? Почему не захотела остаться с Господом? – эти слова Лили произнесла чуть резче и громче, чем ей хотелось бы. Впрочем, как девушке показалось, эти вопросы нисколько Еву не обидели.

Ева глубоко вздохнула. А Лили уже знала ответ, глядя на морщинки на лице женщины и появившуюся седину в волосах.

– Я потеряла веру, – ответила Ева. – Веру в то, что Адонай осуществит мои желания. Мне хотелось быть рядом с Адамом. Я не представляла себе, как Господь выполнит данное мне обещание, и решила, что если хочу иметь детей, то должна выйти из Райского сада. Адам повернулся к земле, из которой родился. Он в поте лица добывал свой хлеб, и земля для него стала смыслом всей жизни. Она дарила ему любовь и уверенность. И я тоже начала обрабатывать землю. Я повернулась к тому, откуда произошла. Я вернулась к Адаму.

– И что было потом? – Лили чувствовала, что разочаровалась не только в Еве, но и в самой себе.

– Земля может дать ровно столько, сколько может дать, и то только с Божьей помощью. Прежде чем землю обрабатывать, ее надо расчистить от леса и кустарника, а это совсем непросто. А теперь наши дети, ставшие мужчинами, воюют друг с другом за эту землю, потому что считают, что им ее мало.

– А что произошло с тобой, Ева? – спросила Лили и отставила в сторону пиалу с козьим молоком.

– Я отвернулась от Господа и повернулась к Адаму, а теперь Адам и наши сыновья воюют друг с другом, и каждый из них пытается расширить свое царство. Вот в каком мире я сейчас живу, – произнесла Ева и, посмотрев на сидящих в хижине женщин, чуть тише добавила: – А дочери воюют друг с другом, выбирая в мужья моих сыновей.

Это были не самые обнадеживающие новости.

«Люди отвернулись от Господа, и сколько несчастий это принесло», – подумала Лили.

– Расскажи мне, как ты покинула Райский сад. Как это было? – попросила Лили.

– Каждый вечер Адам подходил к огненной стене и звал меня. Он предал меня, и я была на него зла и в то же время хотела быть с ним. Возможно, Господь даровал нам умение прощать и заново строить сожженные мосты. Видимо, способность прощать – это часть нашей человеческой природы, от которой никуда не деться.

Потом Адам перестал появляться, и я приходила к стене, ожидая услышать его плач и стенания. Каждый день я молила Господа дать мне совет. И каждый день Господь отвечал, что я должна Ему верить. Шли дни, а Адам все не возвращался. Я думала об обещании Господа о том, что мое потомство раздавит потомство змеи. Чем больше я думала об этом, тем сильнее чувствовала свое одиночество. Мне все меньше хотелось видеть Господа, и постепенно я от Него отвернулась. Я устала Ему верить, мне нужны были точные ответы.

– И почему же Господь не отвечал на твои вопросы? – спросила Лили.

– Господь просил, чтобы я Ему верила, – ответила Ева. – Но я все равно от Него отвернулась. И в этом была моя ошибка.

– Так почему же Господь тебя не остановил? Почему Он позволил тебе отвернуться?

– Лили, со временем я поняла, что любовь Господа ко мне сильнее, чем моя собственная любовь к себе. Господь не противится решениям, которые мы принимаем. И чтобы моя любовь стала настоящей любовью, мне надо было от Него отвернуться. Адонай никогда от меня не отворачивался и не прятал Своего лица, но Он и не предотвратил последствий моего решения. И вот сейчас многие из моих детей, как дочери, так и сыновья, проклинают имя Господне. Но Господь их за это не наказывает, а спокойно принимает их выбор.

Лили расплакалась:

– И во всем этом виновата я!

Ева снова нежно ее обняла, как любящая и заботливая мать. Одна из женщин принесла теплый хлеб и мисочку с оливковым маслом, словно еда могла помочь Лили не чувствовать себя такой несчастной.

– Что ты говоришь, дорогая? Почему ты в этом виновата? – спросила Ева.

– Адам перестал приходить к границе Райского сада из-за меня.

– Перестань! Я же говорила, Лили, что хорошо тебя знаю.

– Интересно, откуда? – спросила девушка между приступами рыданий. – Как ты можешь об этом знать?

– Адам мне обо всем рассказал.

Лили подняла глаза и посмотрела на Еву, которая протягивала ей платок, чтобы вытереть слезы. Лили взяла его и высморкалась.

– Адам сказал, что ты тогда называла себя Лилит, – Ева улыбнулась, – но Адонай послал мне сон, в котором я увидела всю правду о тебе.

– Неужели Адам рассказал тебе, как я предлагала ему себя? – Лили было ужасно стыдно.

– Да, во всех подробностях. Но Адонай поведал мне о том, кто ты на самом деле. Ты никогда не была Лилит. Лилит – это полный обман.

Рассказав Еве о своих похождениях в роли Лилит, девушка перестала плакать. Потом они еще долго разговаривали и смеялись. Девочка с широко раскрытыми глазами принесла Лили белый цветок. Он вырос на пустынной земле, там, где ее коснулась стопа Хранителя. Девушка с благодарностью взяла его из маленьких рук. Она посадила ребенка себе на колени, и Ева погладила девочку по взъерошенным волосам.