Охота на Охотника - Данил Корецкий

– И опять Адамс?! – Фэбээровец уже устал удивляться. – И все-таки картель! Он цел?

– Да.

– А нападающие?

– Нет.

Раздался грохот мощного мотора. Рядом с Красными скалами приземлялся вертолет. Скорей всего, это и были специалисты, которых так ждал шериф Гевин.

И действительно, через полчаса на площадку у «Царских ворот» поднялись четыре человека с вместительными металлическими чемоданчиками. Старшим оказался старый знакомый Ника Картера: крепкий мужчина с грубым лицом и красным полукруглым шрамом на подбородке. Это он возглавлял специальную группу Пентагона, расследующую убийство двух военнослужащих на базе номер семь в Гайане, и именно он не подпускал специального агента ФБР к материалам расследования, ссылаясь на их секретность.

Он и сейчас попытался удалить всех с места происшествия, но ничего не вышло: военная база – это одно, а город Делавар – совсем другое. Здесь командуют не военные, а местные и федеральные власти. Шериф Гевин представлял первых, а спецагент ФБР Картер – вторых. Поэтому они остались на площадке. Как и в прошлый раз, специальную следственную группу интересовало не все: им было плевать на винтовку «Стерлинг» и автомат «Узи», на десятки стреляных гильз и даже на личности убитых, которые, судя по всему, являлись далеко не простыми людьми. Основное внимание они уделили зеленым пятнам, странным трехпалым следам и изуродованным трупам, в которых их интересовала только техническая сторона этого изуродования.

Они полностью собрали зеленую клейкую жидкость, умело изъяли невиданные следы, сфотографировали и засняли на видео разделанные неизвестным оружием тела.

– Где я могу найти Генри Адамса? – спросил руководитель спецгруппы, чем немало удивил и шерифа, и агента ФБР.

– Он у себя дома, в горах, – пояснил Гевин. – Недавно на него напали…

– Кто?! – потеряв обычную сдержанность и невозмутимость, вскричал человек со шрамом.

– По его словам – колумбийцы из наркокартеля…

Раздался вздох облегчения.

– Они ошиблись. И он их убил, – не спросил, а констатировал человек со шрамом. И повернувшись к Картеру, бросил: – И вы тоже ошиблись, связывая его с картелем и всеми этими убийствами…

– Похоже, что только вы ни в чем не ошибаетесь! – огрызнулся Ник. – Тогда скажите мне: кто эти люди?

Он указал на распластанные трупы.

– Откуда у них высокоточное оружие и маскировочные комплекты автомобильных номеров? Если это профессиональные киллеры, то какую важную персону они собирались убить?

Человек со шрамом отстраненно покачал головой. Чувствовалось, что его эти вопросы совершенно не интересуют.

– Это не входит в мою компетенцию. Спрашивайте у шерифа!

Но Гевин только пожал плечами.

– А в мою тем более! Вы же федеральный агент!

Между тем на площадку поднялся крепкий бородач в охотничьей одежде и с карабином на плече.

– Мы готовы, шериф. Двадцать семь человек ждут.

– Отлично. Тогда пошли!

На прощанье шериф пожал руку Картеру.

– Что вы собираетесь делать? – настороженно спросил человек со шрамом.

– Прочесать местность. Тот, кто это сделал, не мог уйти далеко. И мы его найдем!

Старший специальной группы посмотрел на него, как на идиота.

– Тот, кто это сделал, умеет летать и сейчас находится далеко отсюда. Он невидим и очень хорошо вооружен. Вы никогда его не найдете, и в этом ваше счастье!

– Я все же попробую! – упрямо сказал шериф. Похоже, он был крепким орешком.

– Ты просто не знаешь, сынок, с чем ты столкнулся! – очень серьезно произнес человек со шрамом.

И хотя по возрасту он вряд ли годился шерифу в отцы, Ник Картер неожиданно для себя ему поверил. Возможно, потому, что его палец полностью выздоровел.

* * *

Джек Болдуин ошибался. Зверь не улетел далеко-далеко, он не был невидим, и из оружия у него имелся только нож. Почти беспомощный, он лежал в холодной каменной пещере в трех сотнях метров от «Царских ворот». Он допустил ряд ошибок, и каждая из них влекла очередную, подобно тому, как упавшая костяшка домино валит следующую, та – еще одну, и так до конца. Он многое понял и теперь собирался проанализировать собственные промахи, чтобы на своем примере сохранить жизни многим другим Охотникам.

1. На чужой планете нельзя выходить из корабля без тяжелого боевого скафандра и без оружия! Это правило должно быть навсегда внесено в Кодекс Охоты.

2. Следует разрешить есть добытую дичь, чтобы не плодить нарушения, разнообразить питательный рацион и не снижать удовольствие от удачной Охоты. Но потреблять ее можно только в корабле, после химических и других анализов, когда нет сомнений в том, что она безопасна.

3. Никогда нельзя снимать шлем вне корабля, если это не вынуждено жизненно важной необходимостью.

Эти три правила должны быть высечены золотыми буквами в Зале Охоты. И они будут там высечены, если, конечно, он сумеет выпутаться из сложившейся ситуации и благополучно вернуться на фиолетовую планету.

Он получил четыре ранения: одно в щеку и три в грудь. Кроме того, пуля аборигена повредила забрало шлема, он герметически не запирался, оставляя узкую щель, а следовательно, не включался антиграв и система регенерации. Холодный, по сравнению с климатом родной планеты, воздух, содержащий вместо живительного аммиака вредоносный кислород, вошел в скафандр, забирая у него остатки сил. Добраться до лечебной камеры в таком состоянии он не мог. Можно вызвать корабль сюда, но что толку: даже самая совершенная автоматика не сможет осуществить посадку на хаотичное нагромождение острых скал.

С большим трудом Зверь ушел поглубже в горы и почти случайно нашел вытянутую, как спальный мешок, пещеру, в которую заполз уже из последних сил. Следовало восстановиться, а потом уже думать обо всем остальном. Но лечебного чемоданчика при нем не было, и это тоже оказалось ошибкой. Вот и еще один вывод: надо сделать на скафандре специальный карман и носить наиболее нужные инструменты с собой. Правда, организм Зверя обладал высокой способностью к самовосстановлению, но на этот процесс требовалось время. Впрочем, другого выхода не было. Он нарвал моха и, опустив забрало шлема, забил щель. Это был хоть какой-то, но выход. Во всяком случае, удалось включить систему жизнеобеспечения, и привычный аммиак стал наполнять скафандр. Потом он принял несколько таблеток, усиливающих регенерацию, и впал в оцепенение.

* * *

– Он убил всех моих бойцов. А я убил его, – Британец замолчал, глядя на застывшего напротив Джека Болдуина. – А сегодня он снова летал надо мной: я почувствовал его присутствие, хотя видно ничего не было… Как раз накануне бойни у «Царских ворот».

Они сидели вдвоем на веранде «Орлиного гнезда», вертолет, опустив лопасти, стоял на дороге, ведущей от Черной скалы к дому. Гевин с Картером, патологоанатомом и криминалистом заканчивали осмотр трупов. Еще один вертолет с телевизионщиками завис в стороне над ущельем: после того как Адамс для острастки пальнул из ружья, они старались особенно не приближаться.