Секта - Микаэль Крефельд

– Судя по всему, вы хороший детектив. Хотя вы и не первый посланец моего отца.

– Об этом мне ничего не известно.

– Как же так: тайные агенты друг друга не знают, хотя у них общий хозяин? Что-то плохо верится. – Якоб Месмер перевел взгляд через плечо Томаса на бубнящее собрание. – Так какой же у вас мотив? Вы пришли, чтобы шпионить за нами, а затем доносить хозяину?

– Я пришел передать вам вот это, – кивнул Томас на конверт. – И больше ничего.

Якоб Месмер посмотрел на него холодным взглядом:

– Я вижу, что у вас на уме не только данное вам поручение. Вы не просто посланец. У вас на лице написано, что вы… имеете свою цель?

Он ткнул пальцем, указывая на что-то за спиной Томаса. Невольно обернувшись, Томас увидел, как Самуэль в первой группке похлопывает по плечу Беньямина. Беньямин отделился от группы, которая снова сомкнула круг, и те, кто там стоял, продолжали говорить на языках. Самуэль проводил Беньямина к сцене. Подойдя, Беньямин остановился у края, склонив голову и сложив руки за спиной.

– Знаешь ли ты этого человека, Беньямин? – спросил Якоб Месмер писклявым голосом.

– Нет… Учитель.

– Ты даже не взглянул на него. Посмотри, Беньямин, и ответь мне честно!

Беньямин исподлобья покосился на Томаса и сразу замотал головой.

– Ты мне лжешь? Разве ты не знаешь, что он такой же шпион, как ты?

Беньямин отвел взгляд и потупился.

– Я пришел не шпионить, – сказал Томас. – А этого человека никогда не видел.

– Вы оба говорите неправду, – пожимая плечами, вымолвил Якоб Месмер. – Господь все видит. Нам же приходится устанавливать камеры наблюдения, чтобы запечатлеть момент.

Самодовольно покивав, Якоб Месмер впервые улыбнулся.

– Я… Я пытался отослать его. Выставить за ворота, – произнес Беньямин, еле сдерживая слезы. – Чтобы он не нарушал ваш покой, Учитель.

– Видите, – сказал Якоб Месмер, тыча пальцем в Беньямина. – Он не может удержаться от лжи. В него вселился бес и говорит его языком.

Томас пожал плечами:

– Я его не знаю, а у него, вероятно, есть свои причины отвечать так, как он ответил. Во всяком случае, это не имеет никакого отношения к документу, который я должен был вам передать.

Словно не слыша Томаса, Якоб Месмер продолжал сверлить глазами Беньямина:

– Что-то сегодня почти не слышно правдивых слов. Неужели ты, Беньямин, никогда не научишься говорить правду? Стоит оказать тебе хоть немного доверия, и ты обязательно его обманешь, не так ли? Такова уж твоя природа.

– Простите, Учитель. Я сожалею о своем грехе.

Якоб Месмер отер пухлой рукой рот:

– Ступай, грешник!

– Да, Учитель.

– Но прежде сними с руки повязку. Она тебе больше не понадобится.

На глазах у Беньямина выступили слезы, когда он снимал красную повязку с руки. Бережно сложив, он оставил ее на краю сцены. Мгновение он еще постоял, пока Якоб Месмер не прогнал его быстрым движением руки.

Якоб Месмер зевнул, глядя на Томаса:

– Они, словно дети малые, требуют присмотра. Все время нужен глаз да глаз.

Не дождавшись от Томаса ответа, Якоб Месмер перевел взгляд на лежащий у него на коленях конверт:

– Вам известно содержимое конверта?

– Это контракт, в котором речь идет о «Месмер ресурсиз» – фирме, принадлежащей вашему отцу и вам. Но подробностей контракта я не знаю.

– Фирма принадлежит ему, я к ней не имею отношения, – с удивлением произнес Якоб. – И что он вам рассказал?

– Что вы были создателем месмограммы.

Якоб Месмер заерзал в кресле и вытер вспотевший лоб:

– Это было очень давно. Там все было другое. Все… Что ему нужно?

Взяв в руку конверт, Якоб потряс им перед Томасом.

– Если я правильно понял, речь идет о предстоящем слиянии этой фирмы с другой. Перед тем как это произойдет, он хочет выкупить ваши права. Да вы прочтите сами!

– Так, значит, он хочет распространять все эти лживые словеса дальше среди новых слушателей, чтобы стало еще больше безбожников?

– Вы лучше всех знаете, что собой представляет месмограмма, – сказал Томас с холодной иронией.

– Его условия?

– Не имею представления. Я здесь только затем, чтобы вручить вам контракт. Если вам будет угодно подписать его прямо сейчас, я готов доставить его назад отправителю. Если нет – перешлите по почте, – сказал Томас.

– Что он говорил обо мне? – спросил Якоб Месмер, вскрывая конверт.

Томас покачал головой:

– Можно сказать, ничего. В этом не было необходимости. Мне было поручено только разыскать вас.

– Уж я его знаю! Я знаю, какой он внутри. Поди, не упустил случая наговорить обо мне всяких гадостей, так ведь?

– Нет.

– Неужели вы будете утверждать, что мой отец хорошо обо мне отзывался? – Месмер разразился саркастическим смехом.

Томас пожал плечами:

– Если честно, то мне показалось, что он сожалеет о том, что произошло между вами, какова бы ни была причина разрыва.

Якоб Месмер вынул из конверта пачку вложенных бумаг и быстро пролистнул страницы.

– Он говорил что-нибудь о прошлом?

– Он рассказывал о вашей совместной работе и о том, что тревожится о вас с тех пор, как она прекратилась, а вы организовали свою… – Томас чуть было не сказал «секту», но вовремя спохватился, – свое движение.

– Заботливый отец! – иронически произнес Якоб Месмер. – Подославший ко мне шпиона Беньямина.

– Но вы, кажется, обратили его в свою веру.

Якоб Месмер оторвался от бумаг:

– Какова ваша роль в этой игре? Ради чего стараетесь?

– Нет у меня никакой роли. Я просто выполняю работу, которую мне поручили.

– Сколько сребреников платит вам мой отец?

Томас обернулся на бубнящие кучки:

– В данный момент эта плата представляется мне далеко не достаточной.

Якоб Месмер вернулся к бумагам и с особенным интересом прочитал последнюю страницу. Закончив, он вложил все обратно в конверт, и Томас подумал, что ему придется возвращаться без подписи.

– Вы заметили его руку?

– Чью руку? Вашего отца?

Якоб Месмер кивнул.

Томас кивнул тоже:

– Он имел какое-то отношение к пожару на Бельгиенсгаде?

– Так вы и это знаете? Ишь какой пронырливый шпионишка! – Якоб провел рукой по подбородку. – Нет. Это был несчастный случай. Страховое общество не выразило никаких сомнений при выплате страховой премии.