Танец духов - Джон Кейз

Берк молчал. Он был впечатлен. Хотя, по сути, информация ничего не меняла.

— Послушайте, мистер Коваленко, — заговорил Берк осторожно, — я рассказал вам все, что знаю. Наседать на меня дальше бессмысленно. Я бы и рад вам помочь, но уже исчерпал свои возможности. Попробуйте стать на мое место: для нашей конторы дело Франциско д'Анконии — чистейшая рутина. Одно из сотен подобных. Ежемесячно у нас таких заказов штук десять, не меньше.

Коваленко внушительно поколотил костяшками пальцев по столу.

— Терроризм — это вам не рутина, — сказал он. — Ладно, давайте начнем сначала — и теперь говорите правду. Итак, некто позвонил вам договориться о встрече…

Допрос пошел по второму кругу. Потом по третьему.

На инспектора Догерти было жалко смотреть. Он томился от скуки и желания покурить.

— Вы упрямый, — заключил Коваленко очередной круг вопросов. — Но зря вы водите меня за нос. Как вы объясните вот это?

Берк взял протянутый ему листок из блокнота. Там его почерком было написано: «Эспланада, Белград».

— А, совсем вылетело из головы! — воскликнул он. — Клиент собирался на пару недель в Белград. Сказал, что в случае нужды можно писать ему в отель «Эспланада». Я, помнится, попросил какой-либо постоянный адрес, но он настоял на отеле. И регистрационные бумаги я отослал именно туда.

— Вот видите, если вас хорошенько прижать, сразу все вспоминаете. Значит, вас не удивило, что д'Анкония не сообщил вам свой постоянный адрес?

Берк отрицательно мотнул головой.

— И это довольно обычное дело. Д'Анкония объяснил, что будет долго в разъездах и до Чили доберется не скоро. Поэтому он просил в дальнейшем ничего ему не пересылать. Если будет корреспонденция для него — ее следует сохранять. А он, когда представится возможность, свяжется с нами и затребует ее. Очень многие наши клиенты поступают именно так…

— Разумеется! — саркастически фыркнул Коваленко. — Крайне удобно! Все концы в воду.

Берк опять повернулся к инспектору:

— Мистер Догерти, давно ли Ирландия стала пятьдесят первым штатом Америки?

Инспектор хихикнул.

— Мистер Берк, мы тут на собственной шкуре узнали, что такое терроризм. А после того, что случилось с башнями Международного торгового центра, нам просто стыдно не помогать американцам. Советую не ерепениться. Скажите правду — и гуляйте на все четыре стороны.

Берк только зубами скрипнул.

Коваленко торжествующе хмыкнул.

— Итак, вы потакаете анонимности клиентов. Чтобы им было легче проворачивать темные дела и прятать грязные деньги на тайных счетах!

— Нет, — возразил Берк. — Сколько клиентов, столько и причин желать конфиденциальности. Не думаю, что за этим во всех случаях кроются криминальные мотивы.

— Ага. Стало быть, вы все-таки не такой простак, каким хотите казаться, и в некоторых случаях подозреваете криминальные мотивы. Да, вашими услугами пользуются, похоже, и террористы, и наркодельцы. И те, кто прячет доходы от налоговой службы.

Берку опять пришлось возражать.

— Ни в каком законе не записано, что пользоваться офшорами — преступление. Одно дело — не платить налоги, другое дело — законным образом помещать деньги туда, где налогов можно платить меньше. Банальный здравый смысл. Ничего общего с криминальным умыслом.

Коваленко опалил его яростным взглядом.

— Насчет банального здравого смысла я вам так скажу, мистер Берк… Почему он не подсказал вам вовремя, что клиентов надо хоть чуть-чуть проверять? Немножко прилежания, и вы бы сейчас не кусали локти.

— Странная идея. Превратить юридическую контору в филиал ФБР? А что еще должно стать придатком ФБР?

— Идея не странная, а хорошая! — отрубил Коваленко. — С Белградом мы уже связались. Тамошняя полиция проверила — мнимый Франциско д'Анкония действительно прожил две недели в отеле «Эспланада». Затем его след теряется.

— Послушайте, а как насчет чилийского паспорта? Его копия в моем архиве.

— Проверили. По адресу, указанному в паспорте, находится известный в Сантьяго ресторан «Эль Полло Локо». Ну-ка, знаток испанского…

— «Чокнутый цыпленок», — сказал Берк.

— Имя себе он взял из знаменитой книжки, адрес в Чили тоже общеизвестный. Преступник действовал нагло, с вызовом. При тютельном усердии его можно было вывести на чистую воду в два счета. Просто пять минут пошарить в Интернете.

— Мы этим не занимаемся, мы не полиция и не спецслужба, — устало повторил Берк. Его тянуло зевнуть. В довершение всего в кабинете было душно.

— М-да, — сказал Коваленко, — какое удобное наплевательство. Пришел некто с улицы, вы устроили ему тихую банковскую гавань, получили гонорар — и совесть спокойна… Ну, раз вы говорите, что ни в чем не виноваты, — деваться некуда, приходится вам верить. Давайте ваш паспорт.

— Зачем?

— Взглянуть. Может, вы и не Берк вовсе.

Берк пожал плечами. Поздненько фэбээровец о паспорте вспомнил.

Коваленко полистал полученный документ. Потом открыл свой атташе-кейс.

Берк с тоской смотрел в окно. День был по-прежнему ясный, и самое время прошвырнуться по оживленным центральным улицам, по которым он так соскучился. Его взгляд вернулся на Коваленко.

— Что вы делаете?! — крикнул он, невольно вскочив.

Инспектор Догерти сорвался с места — на помощь Коваленко. Тот остановил его рукой.

Пока Берк отвлекся на окно, Коваленко стукнул печать в его паспорт.

— Что вы сделали? — угрюмо спросил Берк, снова опускаясь на стул.

— Индоссировал ваш паспорт. Думаете, я неученый? Я тоже знаю всякие умные слова. Пожалуйста, получите.

Поперек первой страницы теперь стояла печать: «Действителен только для возвращения в США».

— Вы… вы не имеете права! Вы не можете!..

— Уже смог.

— Но… какого черта?!

Очевидно, фокус был заранее обговорен с инспектором Догерти, потому что тот сказал:

— Ты нам нужен тут. Как свидетель. Есть резон немножко подрезать твои молодые резвые крылья.

— Как свидетель? — ошеломленно переспросил Берк.

— Да, на процессе по делу Ахерна.

— При чем тут Томми? С каких пор Томас Ахерн находится под судом?

Коваленко посмотрел на часы.

— Думаю, он как раз сейчас получает с курьером соответствующие документы.

— Но в чем вы хотите его обвинить?

— Отмывание денег — это раз… — со смаком стал считать Догерти.

— Вы рехнулись! — почти закричал Берк. — Если уж кого судить, так меня. Это я оформлял документы д'Анконии! Моя подпись везде. Томми и в глаза не видел этого клиента!