Танец духов - Джон Кейз

Менеджера банка «Кадоган» звали Джонатан Уоррен. Лет сорока, недурен собой — на британский неврастенический лад. Одет как бизнесмен с фотографии в модном журнале. Разумеется, маникюр. И легкий аромат дорогого лосьона после бритья.

Переговорив по телефону с директором, он обратился к Коваленко:

— Хорошо, мы готовы пойти вам навстречу.

— Как далеко?

Менеджер улыбнулся и, получив от Коваленко карточку с номером счета, застучал по клавишам компьютера. Затем что-то приписал на карточке и вернул ее агенту ФБР. Тот прочитал: «Томас Ахерн и компаньоны» — и сухо произнес:

— Мне нужно имя владельца счета и его адрес.

— Надеюсь, вы понимаете, это не сам владелец, а представляющая его контора. Они действуют от его лица, имеют с ним контакт. Уверен, что они будут рады помочь вам.

— И я уверен. Но в данный момент я с вами разговариваю.

— Видите ли, даже при всем желании мы не могли бы удовлетворить ваше любопытство — мы просто не знаем ни имени, ни адреса.

Коваленко возмущенно хмыкнул.

— Хотите сказать, вы понятия не имеете, с кем ведете дела?

Уоррен опять ответил уклончиво:

— Многие клиенты желают сохранить инкогнито, поэтому регистрируются через посредника. Это узаконенная практика. Посредники имеют официальную лицензию на подобного рода действия. Вот единственный адрес, который я могу вам дать.

Он ударил по клавише, и принтер выплюнул листок, на котором стояло:

Томас Ахерн и компаньоны

Коуп-стрит, 210

Дублин, Ирландская Республика

— Спасибо, — сказал Коваленко. — Теперь разрешите мне бросить взгляд на историю вкладов этого счета, и я с вами распрощаюсь.

Уоррен заметно напрягся.

— К сожалению, я не могу удовлетворить вашу просьбу, — сказал он. Потом лукаво улыбнулся и добавил: — Впрочем, если у вас есть рогаторий,[3]то я буду обязан подчиниться…

Коваленко сердито поджал губы. Судебного решения у него, естественно, не было. В чужой стране агент ФБР имеет право на сбор вещественных доказательств только с позволения местных органов. Это означает марафон из четырнадцати инстанций. Коваленко тошнило от одной мысли о подобном бюрократическом приключении. Поэтому он грозно посмотрел банкиру в глаза и отчеканил:

— Разве вы не понимаете, что речь идет о расследовании антитеррористической деятельности?

Уоррен, нисколько не впечатленный, вежливо улыбался.

— Увы, и рад бы помочь… но порядок есть порядок, — сказал он.

Вернувшись в Лондон, Коваленко мог рвануть в «МИ-5» — добиваться, топать ногами. Но дело явно обречено на провал. Выбивать доверительную информацию у подобного рода банкиров — все равно что просить у священника нарушить тайну исповеди.

— Ваш «порядок» защищает мошенников и террористов! — в бессильном отчаянии процедил Коваленко.

Он чувствовал, как кровь приливает к его лицу. В висках нехорошо застучало — давление явно подскочило. Если не успокоиться, так и до инфаркта недалеко…

Но и в вертолете Коваленко продолжал кипеть праведным гневом. Эти долбаные офшорные банки — чистой воды криминальные заведения! Будь он начальником планеты, он бы все банки сделал «прозрачными». Один шаг — такой элементарно простой — прищемил бы хвост множеству преступников! И террористы не имели бы столь мощной финансовой подпитки! Пресловутая банковская тайна существует только для того, чтобы под ее прикрытием негодяи всех стран имели возможность деньги воровать, прятать и отмывать, а банки — на этом жиреть. Запретить офшорные фокусы-покусы — и во всем мире поголовье жуликов сократится на добрую половину.

Под шум ротора Коваленко пытался расслабиться. Дышал животом, выдыхал протяжно. Чего, в сущности, беситься? Какой-никакой, а адресок он таки получил. Теперь надо как следует надавить на посредника. Эта контора наверняка получает письма от клиента и пересылает ему отчет о движении денег на его счету. Так что ниточка обязательно найдется.

К тому же контора находится в Ирландии. А там терроризма хлебнули достаточно и должны с бо́льшим пониманием относиться к нынешним проблемам американцев.