Расплата - Роберт Уилсон

12 марта 2012 года, понедельник, 16:00

Западный Лондон, Кенсингтон, дом Исабель Маркс

– Если есть хоть малейшая вероятность, что Алишия находится в руках мусульманских террористов, мне придется сообщить об этом начальству. Мартин Фокс будет решать, ставить в известность полицию или нет. – Боксер продолжал давить на по-прежнему пребывающего в шоке Фрэнка, желая выведать хотя бы направление, в котором тот ведет свое расследование. – Трупов становится слишком много, и велика вероятность, что к делу подключат антитеррористический отдел.

– Как думаете, сколько времени пройдет, прежде чем об этом пронюхает британская террористическая ячейка?

– Хорошо, Фрэнк, давайте разложим все по полочкам. Не хотите раскрывать карты – не надо. Чисто гипотетически, если Алишию удерживают террористы, то с какой целью?

– Не могу исключать, что с целью наживы, хоть вы и продолжаете твердить про «непохожесть на обычные похищения». Одно дело, когда ты хочешь получить пару сотен тысяч, и другое – когда тебе нужно, скажем, пятьдесят миллионов. Кажется, такую цифру они упоминали Исабель…

– Уверен, вам доводилось слышать классическое бизнес-клише «думать не по шаблону». Именно это мне нужно от вас. А пока вы судорожно цепляетесь за шаблон финансовой выгоды. Нужно рассмотреть все варианты. Поведение похитителя, провокации и психоаналитика – все это указывает на то, что он хочет вас наказать. Но за что? Зачем это террористам?

– За то, что я не просто не помогаю им, а, напротив, мешаю.

– Вы знаете этих людей?! – Боксер не мог поверить своим ушам.

Фрэнк замолчал. Морщины на лбу, казалось, становились глубже с каждой секундой. Он понимал, что пришла пора открыться, – этого требовала жестокость преступников.

– Чарльз, послушайте, я должен вам многое объяснить, – доверительно, но в то же время заговорщицки начал он. – Прежде чем стать бизнесменом, я был актером, а до того, в семидесятых – восьмидесятых, чтобы выбиться из нищеты, занимался довольно сомнительной деятельностью. В вашем понимании я был гангстером, в моем – это всего лишь ярлык. Я просто воспользовался ситуацией, как другие контрабандисты. Тогда импорт золота в Индию полностью контролировало правительство. Вы наверняка наслышаны о любви индийцев к золотым украшениям – это часть нашей культуры. Занимаясь контрабандой золота на рыболовецких судах из Дубая, я сколотил состояние и обзавелся высокопоставленными друзьями, которые покупали мой товар. Чтобы вести такие дела, нужна была банда… Вот я и стал гангстером. Иначе меня попросту убили бы.

– Бывшие ваши подручные связаны с террористами?

– Вы должны понимать, что у террористов есть связи везде: среди бизнесменов, политиков, бандитов, религиозных деятелей, ученых. Я нахожусь в уникальном положении: был гангстером, стал бизнесменом, на короткой ноге с политиками, не вмешиваюсь в религиозные распри и к науке также имею отношение – я консультант по строительству российско-индийских атомных станций. Как говорится, кругом повязан.

– Тогда каким образом вы мешаете террористам?

– Я заключаю сделки и продаю товары по всему миру. Могу отмывать огромные суммы денег и доставлять… оборудование, назовем это так. Могу, но не хочу. Даже для бывших товарищей по криминалу. Я отказываюсь в это ввязываться. Мои контакты в политических кругах позволяют добывать информацию государственной важности. В частности, новые атомные электростанции необходимы, чтобы Индия продолжала развиваться и ее жители больше не оставались за порогом бедности. Есть люди, которые хотят этому помешать и ввергнуть страну в хаос. Я не желаю иметь с ними дела. Кроме того, будучи католиком, хоть и заблудшим, остаюсь в стороне от межрелигиозных конфликтов. – Фрэнк на мгновение замолчал и глянул на Боксера в упор. – Видите, многие не отказались бы от моей помощи, но никогда ее не дождутся. К сожалению, в последнее время пришлось балансировать на грани. Чтобы спасти металлургические заводы, потребовались услуги некоторых людей. Они ожидают, что я отплачу им тем же, а если нет – значит стану для них помехой.