Расплата - Роберт Уилсон

– Он был моим клиентом до того, как я загремел в тюрьму.

– По-прежнему употребляет?

– Нет, теперь торгует сам.

– Легкими, тяжелыми?

– Всякими. Большей частью героин и таблетки, немного травки. Здание принадлежит ему и одному здоровому ямайцу по имени Делрой Дред, который толкает крэк местным черным ребятам. Они не то чтобы друзья, но всем тут заправляют. Ничего не происходит без их ведома.

Засунув руки в карманы новой куртки, Бритый осмотрел серый кирпичный фасад. Здание выглядело бесхозным и явно требовало ремонта.

– Тут точно есть все, что нам нужно? Вода, электричество, отопление? – спросил он. – Может случиться, что мы здесь надолго застрянем. Скажем, недели на две.

– Две недели?!

– Кто знает, сколько времени нужно, чтобы собрать пару миллионов наличными? Не говоря о том, чтобы убедить человека расстаться с этой суммой и придумать, как получить выкуп, не привлекая лишнего внимания. В таких делах спешка ни к чему. Пусть думают, что мы готовы ждать сколько угодно.

– Первый этаж оборудован под художественную студию. А наверху квартирка, где есть все необходимое. По крайней мере, так он сказал.

Дэн отворил тяжелую двойную дверь, и они оказались в студии. Из высоких створчатых окон открывался вид на канал Риджентс. На массивном столе у стены лежали кисти, тюбики с краской, стопки бумаги, книги и целая коллекция солнцезащитных очков. У окна, где было посвободнее, стояла пара мольбертов, а к стенам там и тут прислонились подрамники всевозможных размеров.

Дэн с Бритым поднялись по каменным ступеням на второй этаж. Квартирка была обставлена без изысков. Старые кресла, потертый кожаный диван, хромированные обеденные стулья и пластиковый стол. От пола до потолка – окна, такие же, как внизу. В спальне – кровать на металлической основе, с матрасом из поролона, засаленной простыней и грязным одеялом. Обрывки старого ковра с загибающимися уголками частично покрывали пол. Занавески на окнах напоминали очертаниями висельников, оставленных в назидание другим.

– Вот что мне здесь больше всего нравится. – Дэн выглянул в окно.

– Да что тут вообще может нравиться? – Бритый задумчиво разглядывал болтающуюся под потолком энергосберегающую лампочку.

– Канал, – ответил Дэн.

– У тебя что, есть лодка?

– Нет, но это наш путь к отступлению, если что-то пойдет не так.

– Я не умею плавать.

– Значит, останешься умирать.

Бритый подошел к нему и осторожно выглянул в окно.

– Ни хрена себе! – отпрянул он. – Тут же целую милю лететь! Я боюсь высоты!

– А Пайка и его подручных, значит, не боишься?

– Когда твердо стою на земле с пистолетом в руке – нет.

– Будем надеяться, так оно и выйдет, если наш план провалится.

– Есть у твоего друга имя?

– Он зовет себя МК.

– Как Милтон-Кинс[18], что ли?

– Не думаю, что тут есть взаимосвязь.

– Сколько он хочет?

– Пять сотен в неделю, по специальному тарифу для друзей.

– Что ж, для краткосрочной аренды сойдет, – скривился Бритый.

– Он также знает…

– Что еще?

– Что квартиру я снимаю не в качестве траходрома. Чует криминал.

– Как ты с ним познакомился?

– Лечил после аварии на мотоцикле. Он сломал ногу и серьезно поранил пенис, даже мочиться не мог от боли. Так и подсел на обезболивающие.

– Он нас не сдаст?

– Однажды я спас ему жизнь после передоза. Он сказал, что за ним должок.

– Значит, прежде чем он нас продаст, мы можем потерять одну жизнь, как в компьютерной игре. – Бритый пошел проверить ванную.

– Он не продаст, не такой он человек.

– На унитазе нет сиденья, – донесся из ванной голос Бритого. – А в душе – шторки.

– Хочешь потребовать скидку?

– Просто ставлю тебя в известность. – Бритый на секунду заглянул в спальню, прежде чем отправиться на кухню. – Духовки тоже нет.

– Планируешь воскресный обед?

– Ягненок с розмарином и чесноком, ням-ням! – причмокнул Бритый. – Что ж, по крайней мере, газовый баллон для плиты имеется.

– Холодильник работает?

– Свет горит – значит работает. Пива, правда, нет, и в одном из контейнеров поселилось что-то мохнатое. – Бритый вернулся в спальню. – Ладно, придется довольствоваться тем, что есть.

– И давно ты женат? – спросил Дэн.

– Если это твоя лучшая шутка, то разведусь через десять минут. Что твой друг скажет, если нам придется здесь задержаться?

– Спрошу.

Бритый развалился на кровати.

– Не мешало бы вздремнуть.

Мертвенно-бледный д’Круш застыл на диване. На экране пошли помехи. Боксер помог Исабель подняться, усадил ее на диван.

– Смотрите, – произнес Фрэнк.

Помехи сменились изображением кровати. Раздались всхлипы и плач, сменившиеся надсадным кашлем. В кадре появилась Алишия, извивающаяся на полу в узком черном платье, словно выброшенная на берег рыба. Она доползла до кровати, попыталась вскарабкаться на нее, но, обессилев, просто забилась под нее, словно зверек, собравшийся умирать в одиночестве.

Через несколько секунд раздался голос:

– У меня создалось впечатление – и нет оснований в нем сомневаться, – что вы не восприняли мои угрозы всерьез. Фрэнк, я говорю о тебе. Уверен, ты смотришь запись. Тебя легко просчитать. До сих пор думаешь, что все можно решить с помощью денег из твоих бездонных карманов. Я почти слышу, как ты говоришь: «Даже десять миллионов – не проблема». Для тебя это мелочь на офшорных счетах.

Голос выдержал паузу и продолжил:

– Возможно, это представление оказалось чересчур… живописным, но его цель – показать, как ты беспомощен в этой ситуации. Козырей у тебя нет, так что отнесись ко мне серьезно. Я показал свои намерения. Теперь ты должен показать искренность. Я сделал свой ход, очередь за тобой.

Изображение и звук пропали. Возобновились помехи. Д’Круш откинулся на спинку дивана, все еще ожидая продолжения. Казалось, он его хотел.

– Шику, о чем он говорит? – Исабель пришла в себя и дрожала от нервного возбуждения. – Ради бога, хватит скрывать! Пора действовать. Ты все чего-то ждешь и ни черта не делаешь. Видел, что на ней за платье? Ты купил его в Париже, а колье подарил на день рождения. Что еще эти люди должны сделать, чтобы ты хоть пальцем пошевелил? Сколько еще подобных… инсценировок нам придется вытерпеть, пока дело дойдет до настоящей казни?