Причина смерти - Патрисия Корнуэлл

— Ездить на нем я больше не буду, так что не беспокойся. Но кто тебе сказал, что собранный в машине мусор радиоактивный?

— Та дамочка, что заведует этой штуковиной… СЭМ.

— Сканирующим электронным микроскопом.

— Вот-вот. В мусоре обнаружился уран, на него среагировал счетчик Гейгера. Говорят, ничего подобного раньше не случалось.

— Определенно.

— Потом запаниковала уже служба безопасности, — продолжал Марино, — и один из охранников принял решение эвакуировать всех, находящихся в здании. Все бы ничего, да только парень забыл, что, когда разбиваешь стекло на красной коробочке и поворачиваешь ручку, тем самым включаешь и систему пожаротушения.

— Насколько мне известно, этой системой никогда прежде не пользовались, так что его забывчивость вполне понятна. Допускаю, что он даже и не знал этого. — Я невольно вспомнила директора — представить его реакцию было нетрудно. — Боже мой. И все это случилось из-за моей машины. В некотором смысле из-за меня.

— Нет, док. — Марино поймал мой взгляд и решительно покачал головой. — Это случилось из-за того, что какой-то мерзавец убил Дэнни. Сколько раз нужно повторять тебе одно и то же?!

— Я, пожалуй, выпью вина.

— Прекрати. Не изводи себя. Я знаю, что ты делаешь, и знаю, как ты работаешь.

Я поискала взглядом бармена. В помещении стало жарко. Сидевшая неподалеку компания из четырех человек шумно обсуждала «Зачарованный сад» во дворе заведения, где мальчишкой играл Эдгар Алан По.

— Он написал здесь одно из своих стихотворений, — говорила одна женщина.

— Я слышала, крабовые котлетки здесь хороши, — заметила другая.

— Не люблю, когда ты такая, — продолжал Марино, наклоняясь над столом и тыча в меня пальцем. — Выпьешь, наделаешь глупостей, а что я? Не смогу уснуть.

Бармен наконец обратил на меня внимание и, изменив маршрут, подошел к нашему столику. Я попросила заменить шардоне на скотч и, сняв блейзер, повесила его на спинку стула.

— Дай-ка сигаретку.

Марино от удивления открыл рот.

— Пожалуйста. — Я протянула руку.

— Нет, тебе нельзя, — уперся он. — Да ты и не хочешь.

— Предлагаю уговор: одну сигарету выкуриваю я и одну ты, а потом мы оба бросаем.

— Ты меня разыгрываешь, — засомневался Марино.

— Ничего подобного.

— А мне-то от такого уговора какая польза?

— Никакой, кроме того, что проживешь подольше. Если, конечно, еще не поздно.

— Спасибо. Но никаких сделок я с тобой заключать не буду. — Он вытряхнул из пачки две сигареты и щелкнул зажигалкой. — Давно не курила?

— Не знаю. Может, года три. — Я не почувствовала вкуса сигареты, но держать ее в губах было приятно, как будто именно в этом и состояло их назначение.

Первая затяжка, и легкие словно полоснуло лезвием. Мгновенно закружилась голова. Примерно то же я почувствовала, когда закурила свой первый «Кэмел» в шестнадцать лет. Как и тогда, никотин окутал мозг, мир как будто затуманился, а мысли стали упорядочиваться.

— Господи, как же мне этого не хватало. — Я стряхнула пепел.

— Вот и не донимай меня больше.

— Кто-то же должен.

— Послушай, это же не марихуана или что-то там еще.

— Не знаю. Марихуану не курила. Но если бы закон разрешал, сегодня, наверно, попробовала бы.

— Дело дрянь. Ты меня пугаешь.

Затянувшись в последний раз, я потушила сигарету. Марино наблюдал за мной молча и как будто настороженно. Он всегда немного паниковал, когда я чуточку выходила из колеи.

— Послушай. — Я перешла к делу. — Думаю, что вчера за Дэнни следили, и его смерть вовсе не была следствием ограбления, угона или неудавшейся сделки по наркотикам. Думаю, убийца поджидал его под магнолией на Двадцать восьмой улице, может быть, около часа, а потом встретил, когда он, уже в темноте, возвращался к моей машине. Помнишь, там, в доме напротив, пес? Так вот, по словам Дайго, пес этот лаял все время, пока Дэнни был в кафе.

Секунду-другую Марино молча глядел на меня, потом вздохнул.

— Ну вот, о чем я и говорил. Ты ходила туда сегодня. Одна.

— Ходила.

Он отвернулся, играя желваками.

— Вот и я про то же.

— Дайго говорит, что пес лаял не умолкая.

Марино не отреагировал на эту информацию.

— Я была там раньше, но он не подавал голос. А потом, когда я подошла к забору, он чуть с цепи не сорвался. Понимаешь?

— И кто, по-твоему, будет шататься по улице целый час, когда рядом пес слюной брызжет? — Марино снова посмотрел на меня. — Перестань, док.

— Уж точно не какой-то случайный убийца. В том-то все и дело. — Официант принес напитки. Я подождала, пока он обслужит нас, и добавила: — Думаю, Дэнни убил профессионал.

— Ладно, пусть так. — Марино допил пиво. — Но зачем? Что такого мог знать мальчишка, если только не был связан с наркотиками или не имел отношения к организованной преступности?

— Он был связан с Тайдуотером. Жил там. Работал в моем офисе. Оказался причастен к делу Эддингса. А мы знаем, что убийца Эддингса — человек очень ловкий. Там тоже все было тщательно спланировано.

Марино задумчиво потер щеку.

— Так ты уверена, что здесь есть связь?

— Думаю, никто не хотел, чтобы мы об этой связи узнали. Расчет строился на то, что со стороны убийство будет выглядеть как результат разборок уличной шпаны или сорвавшегося угона.

— Угу. Между прочим, все до сих пор так и думают.

— Не все. — Я перехватила его взгляд. — Многие, но не все.

— И ты убеждена, что целью был именно Дэнни.

— Целью могла быть и я. Может быть, его убили, чтобы припугнуть меня. Этого мы никогда уже не узнаем.

— С Эддингсом уже закончили? — Марино сделал знак бармену — еще по одной.

— Ты же знаешь, какой сегодня был день. Надеюсь, результаты получим завтра. А теперь расскажи, как дела в Чесапике.

Он пожал плечами.

— Понятия не имею.

— Как это ты понятия не имеешь? У вас там триста полицейских. И что, никто не расследует смерть Эддингса?

— Да будь их даже три тысячи, это не важно. В данном случае важно то, что отдел убийств топчется на месте. И мы ничего сделать не можем, потому что упираемся в стену, и эта стена — детектив Рош. Расследованием по-прежнему занимается он.

— Не понимаю.

— Он и твоим делом занимается.

Слушать о Роше у меня не было ни малейшего желания, — он не стоил моего времени.