Убийца - Джонатан Келлерман

– Зачем Конни это сделала?

– Мы надеялись, что вы сможете нам объяснить.

– Я? Откуда? Конни подала в суд на Ри? Из-за ее ребенка? Сколько же лет ребенку?

– Шестнадцать месяцев.

– Ри родила ребенка, – сказал Коннор Сайкс, округлив глаза. – А я и понятия не имел… Вам это, наверное, кажется ужасно странным. Но так уж мы все привыкли.

– Каждый в семье занят своим делом, – сказал я.

– Теперь, сам став отцом, я вижу, что бывает и по-другому. Моя жена, например, очень близка со своей сестрой. Мои сыновья – друзья, а не просто дети одних родителей. Но подумать только, что Конни подала на Ри в суд… и подумать, что Ри родила ребенка… Вы меня шокировали, лейтенант. У меня голова идет кругом.

У него была поза человека, поверженного во прах, – и тон другого человека, который забежал в прачечную по пути с работы, чтобы забрать белье.

– Но все-таки, не можете же вы всерьез верить, что Ри могла причинить боль Конни? Она ведь была такой мягкой, всегда… Я всегда видел в ней дитя эры цветов, только запоздавшее родиться. В тот раз, когда Ри пришла ко мне и попросила денег, она так и выглядела – в волосах цветы, в ушах серьги с «голубиной лапкой», одежда сшита вручную. Когда-то я сделал пару картин на эту тему – ретрохиппи, лав-ины и так далее. Просматривал старые журналы, чтобы сделать аутентичные костюмы.

– А какое у Ри было в тот день настроение?

– Настроение, – повторил Коннор и задумался, точно расшифровывая непонятное слово. – Радостное – даже немного дурашливое. Как всегда. Она единственная в нашей семье такая.

Вдруг он выпрямился.

– Конни подала на Ри в суд… и что, чем кончилось дело?

– Ри выиграла, – сказал я.

– То есть Конни проиграла, ушла в ноль… Вряд ли ей это понравилось. Она любила выигрывать. Когда в школе объявлялся какой-нибудь конкурс – научная ярмарка, сочинение или олимпиада по грамматике – она делала все, чтобы завоевать первое место.

– И часто это случалось?

– О, да, она была очень умной. Самой умной в нашей семье. За один год закончила два класса, на ура прошла в медицинскую школу, закончила одной из лучших – впрочем, если вы имели с ней дело, доктор, то наверняка все знаете.

– А как Ри училась в школе? – спросил я.

– Четверки, тройки, иногда двойки. Она не глупая, просто для нее важнее всего… удовольствие. Но никогда не за счет других, она всегда видела в людях только хорошее. Я отказываюсь рассматривать даже идею, будто Ри могла причинить Конни вред – или у вас есть доказательства ее участия?

– Мы бы хотели поговорить с ней, – произнес Майло, – но дело в том, что она съехала с квартиры, не оставив адреса.

– Понимаю, – сказал Коннор Сайкс, вынул из кармана очки для чтения в черной оправе и переложил их из руки в руку. – И это плохо для нее, верно?

– Может быть, у вас есть какие-нибудь идеи о том, куда она могла направиться, мистер Сайкс?

– Нет.

– Ни намека?

Голова качнулась из стороны в сторону.

– Извините.

– Может быть, вы хотите сказать нам что-нибудь еще?

Коннор не на шутку задумался.

– Нет.

– Что ж, сэр, в том маловероятном случае, если Ри все же появится у вас…

– Это действительно маловероятно, лейтенант. Но я вас понял: если она появится, я скажу ей, что своим отъездом она произвела неблагоприятное впечатление, и пусть свяжется с вами. А что касается Конни, то, может быть, у меня еще хватит времени сделать распоряжения касательно ее похорон и вернуться к началу концерта…