Подарок - Луиза Дженсен

– Джен! – Захлопнув дверцу, Сэм в три прыжка оказался рядом со мной и, когда я, покачнувшись, встала, прижал меня к груди. Шерстяной джемпер щекотал мне щеку, но я не отстранилась.

– Полицейские наверху? – спросил он.

– Я не вызывала.

– Почему? – Держа меня за плечи, он отступил на шаг и вгляделся в мое лицо.

Мне же оставалось надеяться, что он не прочитает в моих глазах вины и не догадается, что я переспала с другим.

– Я не уверена, что заперла дверь, когда уходила, – призналась я. – Столько всего произошло. Завтра иду сдавать анализы на биопсию. Голова кругом. Не хочу тратить понапрасну время полицейских. – Я прикусила нижнюю губу, не желая рассказывать, что недавно ходила в участок и теперь боялась, что мне снова не поверят. Я столько от него скрывала, что недосказанность перевешивала правду, и соотношение того, что я говорила, склонялось в пользу обмана.

Сэм поднял взгляд на окно квартиры.

– Пойду проверю, что там. Жди меня здесь.

Он исчез в подъезде. Прошло несколько секунд, и я, крадучись, на цыпочках, последовала за ним, но, как только он оказался на следующей площадке, громким шепотом окликнула:

– Сэм!

Он обернулся.

– Может быть, все-таки стоит вызвать полицию? Не исключено, что в квартире кто-то есть.

По его лицу пробежала тень.

– Я никому не позволю тебя обидеть.

Сэм скрылся за дверью, и я не успела сказать, что боюсь не за себя, а за него. Но, оказавшись вслед за ним в квартире, не удержалась и охнула. В расположенной справа гостиной был учинен разгром: книги свалены с полок, диванные подушки сброшены на пол.

– Выйди и дожидайся снаружи. – Голос Сэма был серьезным.

А я, хоть и не последовала за ним по коридору, уйти тоже не имела сил – внутри все скрутило, ноги будто приросли к полу. Сэм осмотрел каждую комнату и только после этого вернулся ко мне.

– Никого нет, но полицию все-таки нужно вызвать.

Я протиснулась между ним и стеной и бросилась в спальню.

– Ни к чему не прикасайся, – предупредил он меня, но было поздно.

Я склонилась над выброшенными из комода ящиками, содержимое которых рассыпалось по полу и перемешалось. Встала на колени перед открытым шкафом и взяла в руки резную деревянную коробку. Взломанную и пустую.

– Дженна, что с тобой?

Я слышала его вопрос, но не ответила – лишилась дара речи. Лихорадочно рылась в груде вещей на полу, стараясь понять, что пропало, складывала их обратно в коробку, но они утратили чистоту – незнакомец их касался. Я проглотила подкатившую к горлу горечь. Нашла лимонно-желтые носочки для новорожденных, белого мягкого кролика с шуршащими ушами, крохотный комбинезончик с принтом в виде свернувшегося клубочком спящего ежика. А вот тот снимок никак найти не могла. И хотя изображение не появившейся на свет жизни накрепко запечатлелось в моей душе, паника переполняла меня, пока пальцы не скользнули по глянцевому кусочку бумаги.

– Ты все еще его хранишь? – пробормотал Сэм.

От невыносимой тоски я согнулась пополам. Недоговоренность висела между нами, подобно туману. Я хотела сказать, как мне больно оттого, что мы потеряли нашего ребенка, когда сдало мое сердце, но извинения застревали в горле вместе со стыдом и слезами. Сэм обнял меня и стал поглаживать по спине, и в моей душе начало расти пятно сожаления.

* * *

Я чувствовала себя немного неловко, когда доставала Сэму одеяло и подушку, словно он гость. Словно эта квартира никогда не была его домом. Но я радовалась, что буду спать одна. Я лежала на кровати и слушала, как дождь барабанит в окно. Я так долго смотрела на уличный фонарь, что в угольно-черном небе поплыли оранжевые круги и кляксы. Я закрыла глаза. Завтра очередной осмотр, надо хотя бы немного отдохнуть.

Заурчал сливной бачок в туалете, и вода, булькая, полилась в канализацию под полом. От шагов Сэма в коридоре на душе стало теплее, но он не завернул в спальню и не лег, прижавшись к моей спине. Скрипнула дверь в гостиную, взвизгнули диванные пружины – он устроился там.

Но он не спал. Диван скрипел и стонал под его весом. Я же гадала, придет он ко мне или нет. И пыталась понять, хочу ли этого.

С момента, когда мы обнаружили, что кто-то проник в квартиру, тревога только нарастала. Но вызывать полицию я не стала. Несмотря на устроенный в доме кавардак – разбросанные повсюду бумаги, счета, альбомы для рисования, – ничего не пропало. И мне претила мысль, что придется кому-то что-то объяснять, тем более что в собственной моей голове царил полнейший хаос. Сэм молчал, помогая мне навести порядок и собрать сорванные со стен на кухне фотографии Калли. Но я заметила, каким изумленным стало его лицо, когда он разглядывал обрывки моей схемы. И покачивал головой, читая мои отрывочные соображения. Интересно, продолжил бы он думать, что все это только плод моего воображения, если бы я не ворвалась первой на кухню и не загородила от него холодильник, чтобы он не увидел то, что увидела я? Магнитные буквы переставили, и они образовали два слова: «НЕ КОПАЙ».