Подарок - Луиза Дженсен

Я посмотрела вниз. Том ушел надолго, Аманда спит. что плохого, если я быстро взгляну на содержимое коробок.

Первую коробку я пыталась открыть как можно тише, но картонные клапаны с шуршанием цеплялись друг за друга, и я каждые несколько секунд замирала, прислушиваясь, не проснулась ли Аманда. Коробка была до краев набита одеждой. Я надавила на мягкое содержимое и, ничего не почувствовав, взялась за следующую. Из нее я вытащила клубок проводов, под которыми оказался айпад. Я открыла крышку чехла, но экран остался темным. Найдя нужный шнур, я включила гаджет в розетку. Замигала красная иконка аккумулятора, через несколько минут появился символ зарядки, и планшет заработал. Воодушевленная, я открыла веб-браузер «Сафари», но айпад не был подключен к Интернету, и мне пришлось организовывать доступ при помощи своего телефона. Вторая попытка меня разочаровала. Я просмотрела электронную почту Калли и не обнаружила ничего интересного. Аманда посылала ей кулинарные рецепты, Сара с работы – смешные ролики про котов с ютьюба». Заглянула в приложения. «Слова с друзьями», «Аэрохоккей», «Тетрис». Надавила пальцем на иконку универсального блокнота «Эверноут». Нашла файл «Садоводство», заметки о кустарниках и наткнулась на папку «Авиабилеты». Там была указана цена на два билета в Испанию в одну сторону. Следовательно, Калли помогала сестре организовать ее путешествие за границу. Но почему билеты только в одну сторону? Похоже, Том и Аманда ждут, что Софи вернется в любой момент. Была еще одна папка с ссылкой на приложение «Кредит до зарплаты», но я не успела в нее заглянуть – из спальни Аманды послышался шорох. Я выдернула штепсель планшета из розетки и тихо положила все на место. После чего выскользнула из комнаты и постучала к Аманде.

Она лежала на спине и невидящими глазами смотрела в потолок. Руки ее покоились поверх одеяла, запястья казались тростинками, выглядывающими из рукавов рубашки, – одно неосторожное движение, и они переломятся.

– Как вы себя чувствуете, Аманда?

– Устала, – прошептала она, хотя проснулась лишь минуту назад.

– Я вам кое-что принесла. Можно открыть шторы?

Аманда едва пошевелилась, но я решила, что она кивнула. Раздвинула шторы, распахнула окно, и комнату наполнило теплое золотистое сияние. Сразу сделалось не так душно.

Матрас прогнулся и скрипнул, когда я устроилась на краешке кровати. Аманда приподнялась и села, опершись о подушку. Я открыла сумку и извлекла из нее купленную картину.

Ее руки дрожали, и ей потребовалось невероятно много времени, чтобы снять обертку. Но когда картина явилась на свет, меня поразило, сколько муки отразилось на лице Аманды. Она увидела в изображении больше, чем сумела я.

– Простите, я не хотела причинить вам боль.

– Вы не причинили. Наоборот, приятно, что вы обо мне помните.

– Сегодня купила на любительской выставке. Она напомнила мне те, что рисуете вы.

– Мы все любили море. В детстве я привыкла отдыхать за границей, а там всегда было солнечно. Но нашим девочкам мы с Томом того же дать не могли. Каждый год вывозили их в кемпинг «Гнездо совы» в Ньюли-он-Си. Девочки обожали это место. Даже когда дождь хлестал по крыше фургончика и мне, чтобы они заснули, приходилось вставлять им в уши ватные тампоны. У Калли и Софи было такое же красное ведерко, как это. – Аманда провела пальцем по мазкам кисти на холсте.

– Хорошо иметь такие воспоминания.

– Я тогда не понимала, насколько была счастлива. – Она расплакалась.

Я подошла, наклонилась, обняла ее и почувствовала, как моя футболка стала влажной от ее горя. Я не выпускала Аманду, пока не вернулся Том, хотя у меня затекли руки и заболела спина.

День получился длинным, и я совершенно вымоталась, но, когда толкнула дверь в подъезд своего дома, инстинктивно почувствовала опасность. В воздухе витал тошнотворно-сладкий запах. Сначала я объяснила это разгулявшимися нервами: после вчерашнего случая с Нейлом, ясное дело, ко всему будешь относиться настороженно. Но, войдя, увидела их – разбросанные по лестнице лилии и розы. Цветы, которые я оставила в машине Натана. Плетеная корзина, в которой их принесли, была разодрана и смята, словно ее топтали. Глядя на этот разгром, я почувствовала, как к голове прилила кровь, и пошатнулась. Оперлась о стену, чтобы не упасть. За спиной громко хлопнула входная дверь, и мой желудок превратился в узел страха. Отступив назад, я снова открыла дверь подъезда и со стуком захлопнула ее, чтобы со стороны подумали, что я ушла. А сама присела у лестницы, ожидая, что сверху раздадутся шаги. Прижалась к стене, стараясь превратиться в невидимку. Минута проходила за минутой, и судорога заставила меня подняться на ноги. Я решила, что в подъезде никого нет.

Медленно и очень тихо я кралась наверх, вытягивая шею, высматривая, не мелькнет ли тень, слушая, не раздастся ли шарканье ног. Я ничего не видела и не слышала, но страх рос и рос. Вот и моя площадка.

Дверь моей квартиры оказалась приоткрыта. Внутри кто-то был.