Когда людоед очнется - Доминик Сильвен

С Бригстеном они встретились в кафе «Малоу». Он махал им экземпляром «Таймс пикейун», сидя за невиданно толстым сэндвичем и кофе с молоком в стеклянной чашке. Лоле он сразу пришелся по душе: неполных тридцать лет, светлые кудряшки, круглые очки в зеленой металлической оправе и прекрасный аппетит.

— Как у вас называют такие сэндвичи?

— Ро'Воу.

— «Бедный парень», — пояснила Ингрид.

— Я так и поняла. И что же кладут в это кулинарное чудо?

— Все, что пожелаете, — отвечал Бригстен. — Ветчину, салат, мясо, креветки, угря и даже устриц.

— Как я посмотрю, бедные парни ни в чем себе не отказывают, — заметила она, знаком подзывая официанта, чтобы заказать такой же сэндвич-ассорти.

Ингрид сразу перешла к делу. Кое о чем она уже сказала по телефону, так что Бригстен все схватывал на лету.

— Я сообщу вам все, что знаю о пребывании Брэда Арсено во Франции и об убийстве Лу Неккер. А вы взамен расскажете, что известно вам.

— По рукам.

Ингрид поделилась своей информацией. Похоже, ее рассказ понравился журналисту.

— Джулия Кларк была похищена однажды вечером, когда выходила из офиса «Фрэзер Реалити». Ее нашли в нескольких километрах от автострады 90. С пулей девятого калибра в голове, выпущенной в упор. И со связанными руками и ногами.

— Как ее нашли? — спросила Лола.

— Тело закопали между разрушенной рыбацкой хижиной и лысым кипарисом, который пошатнула Катрина. Меньше чем через месяц циклон Рита довершил начатое. Кипарис кренился все сильнее, и один из корней приподнял тело. Собака рыбака отрыла кость.

— По-вашему, это дело рук Бена Фрэзера? — спросила Лола.

— Трудно сказать. Фрэзер никогда не был судим. Никто не видел, чтобы он ссорился с Кларк. Они собирались пожениться. Во «Фрэзер Реалити» ее работой были довольны. Во всяком случае, пули, которыми убили Кларк и Фрэзера, выпущены из одного пистолета. В Магнолия-холле обнаружили гильзы, но самого оружия не нашли.

— Полиция подозревает Арсено, — продолжала Лола. — А что вы об этом скажете?

— Последний арест Арсено за появление в нетрезвом виде случился задолго до исчезновения Кларк и тем более убийства Фрэзера. Однако я провел свое расследование и откопал одну старую историю. Его отец, Джеймс Арсено, жил в доме престарелых в квартале Сен-Бернар.

— Сен-Бернар полностью затопило, — вмешалась Ингрид.

— Точно. Старик стал одной из жертв Катрины. Брэд пытался его спасти. Я узнал эту историю от медсестры. Кстати, она последняя в Новом Орлеане, кто видел Брэда Арсено живым. Вот я и подумал, как человек, который только что пытался спасти отца и видел, как тот погиб, решился пристрелить лучшего друга, причем в ту же самую ночь.

— Джеймс Арсено и Бен Фрэзер погибли в одну ночь? — поразилась Лола.

— Именно.

— У вас сохранились координаты медсестры?

— Да, она нашла место в больнице строящегося квартала, но она рассказала мне все, что знала.

Бригстен вынул ручку из кармана пиджака, сверился с электронной записной книжкой и написал на бумажной салфетке имя Селесты Гулд и ее номер телефона. Ингрид тут же направилась к телефонной кабинке, но вернулась расстроенная. У Гулд оказалось полно работы, и она согласилась встретиться с ними не раньше чем через три дня.

— А вы тем временем покажите город вашей французской подруге, — посоветовал Бригстен, сладострастно впиваясь в свой Ро'Воу.

Ингрид взглянула на него с досадой. Затем погрузилась в тяжкое раздумье, пока Бригстен описывал Лоле места, которые ей непременно следует посетить.

— Лучше расскажите нам об отце Бена.

— Шерман умер сто лет назад, — сказал Бригстен, заглатывая кофе с молоком.

— Ты думаешь, тут есть какая-то связь? — спросила Лола у Ингрид.

Ингрид рассказала о своей мимолетной встрече в то последнее лето в Луизиане с внебрачной дочерью Шермана, дикаркой Шарлиз. Той, о существовании которой Бен узнал только после смерти матери в девяностых годах. Шарлиз требовала, чтобы к ней относились как к полноправной Фрэзер. Они с вновь обретенным братом не слишком-то ладили. Или слишком. Ингрид запомнились крики, обрывки разговора и поцелуй. Поцелуй, который Шарлиз, тощая, как кузнечик, и навязчивая, словно комар у протоки, украла у своего привлекательного сводного брата на крыльце Магнолия-холла, прежде чем в облаке дыма сорваться с места, взвизгнув покрышками.

— Похоже, девчонке нравились театральные эффекты, — заметила Лола.

— Понятия не имею, тогда я видела ее в первый и последний раз.

— А вы ее знаете? — спросила Лола у Бригстена.

— Лично нет. Но после смерти Бена «Фрэзер Реалити» сменила профиль. Прежде фирма всегда действовала по двум направлениям. Сдача внаем и продажа недвижимости, с одной стороны, и строительство — с другой. За последний год «Фрэзер Реалити» резко пошла в гору. Новый генеральный президент пришел из «Тулейскорп», калифорнийского консорциума по недвижимости, в последние месяцы наделавшего много шума. «Тулейскорп» перевел шестьдесят тысяч долларов лоббистской фирме, основанной большой шишкой из республиканской партии. А один из его филиалов попал под обстрел СМИ, получив контракт на восстановление Ирака. Ныне «Фрэзер Реалити» участвует в прибыльном проекте на севере озера Понтчартрейн.

— Было бы интересно повидаться с Шарлиз, — сказала Ингрид.

— Я пытаюсь сделать это уже несколько месяцев. Но мне удалось взять интервью только у Харлея, а он ничего путного так и не сказал.

— А мать Шарлиз? — настаивала Ингрид. — Она еще жива?

— Вы можете перетрясти всю семью, — ответил Бригстен, — однако я не вижу никакой связи между вашим другом Брэдом и бывшей любовницей Шермана.

— Вам известно, кто она?

— В начале девяностых я был еще студентом в Далласе. Сожалею.

— А не посоветуете нам одного из ваших старших коллег? — попросила Лола.

Казалось, Бригстен колеблется.

— Есть один такой, — произнес он наконец. — Музыкальный критик. Немного чудаковатый, зато знаком со всеми на свете. Снял на год номер в «Шерами-Мэнор» — роскошной гостинице, но никто не знает, откуда у него такие деньги. К тому же поговаривают, будто он балуется наркотой. Его зовут Брет Гидри, он же Пуки. Только не спрашивайте меня почему.

Ингрид схватила номер, который Бригстен написал рядом с номером медсестры, и снова направилась к телефонной кабинке. Лола воспользовалась этим, чтобы купить несколько консервированных соусов, обнаруженных на прилавке кафе «Малоу». Она выбрала «Панолу», «Кристалл» и «Кажён-Шеф». Вундеркинд Бартельми с супругой будут довольны. Вернувшись, Ингрид объявила о победе:

— Лола, через два часа мы встречаемся с Пуки.