Когда под ногами бездна - Деннис Лихэйн

Вылет задержался из-за погодных условий. Прибытие ожидается в 20.25 (СГВ^[38] + 1)

Иными словами, через пятнадцать минут.

Она проверила данные о снятии денег со счета через банкомат. Больших сумм не наблюдалось. С некоторым стыдом Рейчел осознала, что картой Брайан пользовался в последний раз тогда, когда покупал ей ожерелье.

Она посмотрела на телефон, надеясь, что он завибрирует и на экране появится имя звонившего, «Брайан». Надо поговорить с ним, и все разъяснится. Можно будет посмеяться над своими параноидальными подозрениями.

Минуточку. Информация о звонках. Ну конечно! О телефоне Брайана Рейчел ничего не могла узнать – он принадлежал компании, как и счет. Но у нее имелись данные о своем телефоне. Она опять застучала по клавиатуре. Спустя минуту на экране появились данные о ее звонках за последний год. Она вывела на экран личный программный календарь и просмотрела записи о своих расходах в те дни, когда Брайана не было в городе.

Перед ней были сведения о звонках Брайана во время его поездок в Ном, Сиэтл, Портленд. И все это ни о чем не говорило. Звонки можно было сделать откуда угодно. Она изучила звонки за другую неделю, ту жуткую январскую неделю, когда все покрылось льдом, а Брайан был (или утверждал, что был) в Москве, Белграде, Минске. В пятой колонке стояли суммы, начисленные ей за ответы на международные вызовы. Немалые. (Интересно, почему с нее берут деньги за входящие вызовы? Надо сменить провайдера.) Суммы соответствовали звонкам с другого конца света.

Рейчел снова вышла на сайт «Бритиш эйруэйз», и в это время ее телефон завибрировал. Брайан.

– Привет! – сказала она.

Раздалось продолжительное шипение, за ним два хлопка и наконец его голос:

– Привет, малыш.

– Привет, – повторила она.

– Я…

– Где ты…

– Что?

– Где ты сейчас?

– На таможенном контроле. У телефона кончается зарядка.

Облегчение, которое она испытала, услышав его голос, тут же сменилось раздражением.

– У них что, нет розеток в первом классе? На «Бритиш эйруэйз»?

– Розетки-то есть, но моя не работала. Ты в порядке?

– Угу.

– Точно?

– Да, а что?

– Ну, не знаю. Просто голос… напряженный.

– Наверное, что-то на линии.

Помолчав, Брайан произнес:

– Ясно.

– Как там на контроле?

– Толкучка. Точно не знаю, но, похоже, одновременно с нами прибыл самолет «Суисс эйр» и еще один из Эмиратов.

Связь на время пропала.

– А я виделась сегодня с Мелиссой, – сказала Рейчел.

– Да?

– А после этого я вышла…

Телефон загудел, раздалось несколько щелчков.

– Прости, сейчас телефон отключится. Я позвоню тебе из…

Наступила тишина.

Она подумала о звуковом фоне. Похоже ли это на таможенный контроль? Какие звуки должны слышаться на таможенном контроле? В последний раз Рейчел летала за границу довольно давно. Она попыталась вспомнить, как там и что на таможне. Когда человек проходит через пункт контроля и открывается турникет, раздается звонок, – в этом она была абсолютно уверена. Правда, она не помнила, какой именно – громкий или тихий. Во время разговора с Брайаном она не слышала никаких звонков. Но, возможно, очередь была длинной, а он стоял в конце.

Что еще она слышала? Гул голосов, но ни одного разговора. Очень многие не разговаривают, стоя в очереди, особенно после длинного перелета. Слишком устают. Слишком измочалены, как любил говорить Брайан, произнося это с британским акцентом.

Она смотрела в окно, на дождь, из-за которого вид на реку и Кембридж напоминал пейзаж Моне. Кое-что в этом пейзаже ей нравилось. Ниже по течению можно было различить бесформенную массу, утыканную шпилями, – комплекс Стейт-центра, скопление яркоокрашенных алюминиевых и титановых зданий, похожее на направленный внутрь взрыв. Вообще-то, Рейчел терпеть не могла современной архитектуры, но Стейт-центр необъяснимо притягивал ее. В его безумном беспорядке было что-то вдохновенное. Выше по течению виднелся купол главного корпуса Массачусетского технологического института, а за ним – шпиль Мемориальной церкви в Гарвардском парке.